Мелхиседек

выстрелить из мушкета с плеча, - слишком он тяжел, чтобы держать его на весу, и
слишком мощная у него отдача, чтобы сохранить после нее любовь к стрельбе для повторного
акта. Для установления равноправных отношений между стрелком и мушкетом мушкетеру
придается сошка, которая по внешнему виду и размеру точь-в-точь напоминает ухват для
горячих горшков русской печи. Разница небольшая: у сошки один конец острый, чтобы втыкать
его в землю, а второй конец не для горшков, а для того, чтобы положить на него ствол мушкета и
выстрелить. Мушкет - это станковое ружье большого калибра, или небольшая пушка малого
калибра. Истина где-то посередине. Прежде, чем из мушкета выстрелить, в его ствол надо
засыпать порох и забить его пыжом, чтобы порох не высыпался. Сверху на порох надо вкатить
круглую свинцовую пулю диаметром 23 мм и забить ее еще одним пыжом, чтобы, не дай, Бог не
выкатилась. После этого надо взгромоздить чудовищный ствол на сошку, выбрать счастливчика, прицелиться в него и … не забыть предварительно поджечь фитиль. Если все будет хорошо, то
мушкет в свое время выстрелит, и пуля полетит туда, куда ей одной ведомо. Тот, кто встанет на
ее пути, получит отверстие размером с чайное блюдце. Если, конечно, будет огинаться слишком
близко от усердных мушкетеров. Мушкет стреляет недалеко.
Теперь представим себе этого пехотинца, на одном плече у которого маленькая пушка, а
на другом, - большая рогатина, (сошка). На правой стороне у мушкетера висит огромный
3
подсумок с круглыми свинцовыми шарами, - пулями. На другой стороне увесисто болтается
мешок с порохом для зарядов. На поясе - рог для набирания пороха широким концом и для
засыпания в ствол узким концом. Справа и сзади находится сумка с пыжами, (по два на каждый
выстрел). Так же на поясе подвешивается вода в баклажке, а за спиной запас провианта, ружейное масло, ветошь, ерш для чистки ствола, набор перевязочных лент и накладок на случай
получения раны. Почти ничего мы не забыли, и осталось совсем немного: найти место кресалу
для разжигания поражающего противника огня. Задача не столь трудная, как может показаться
на первый взгляд, поскольку свободных мест на теле воина почти не осталось, и глаза не
разбегаются от избытка вариантов. Где найдем незанятое место, там и разместим. Запросто
решив эту проблему, нам останется сущая мелочь, - позапихивать в свободные участки
мушкетера запас фитиля, нож для нарезки запалов и шомпол для забивания пыжей. А теперь, (внимание!), вопрос: господа, а куда шпагу будем вешать? И, если, все-таки, набросим ее куда-
нибудь, то будет ли похож этот мушкетер на изящного дуэлянта и галантного кавалера? Куда он
денет мушкет, если надумает подать даме руку? Куда он денет сошку, если вздумает кинуть в
кого-либо перчатку в качестве изящного символа вызова на дуэль? Как он будет мгновенно
вынимать шпагу, если он даже почесаться и то не может? А вот интересно: не привалит ли его
сошкой и мушкетом, когда пули в сумке потянут его, согнувшегося для изысканного поклона, вниз? И, наконец, что он будет делать, например, если к нему подбегут мальчишки и уволокут у
него из ножен его шпагу? Где взять свободные руки, чтобы помешать этому безобразию и на кого
оставить свое основное оружие, чтобы догнать пацанов налегке? Не лучше ли от греха подальше
оставить ненужную игрушку (шпагу) дома?
А теперь, главный вопрос, - можно ли во всех родах войск того времени найти более
неподходящего, чем тяжелый пехотинец-мушкетер, для того, чтобы изобразить красиво и со
вкусом одетых, моментально меняющих планы и легких на подъем искателей приключений?
Дюма было неважно, кто такой мушкетер на самом деле, и, слава Богу. Нам это тоже
непринципиально. Нам важно увидеть, как довлеет фантазия над жизнью. В данном случае
безобидно. Поразительно другое, - где наша голова и ее громко продекларированные
способности к критическим умозаключениям, когда такое несоответствие не бросается нам в
глаза? А что если это происходит и в других