Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ)
С другой стороны, кто их, смертных разберет? Они там все друг другу родственники… Ух’эр ухмыльнулся своим мыслям.
Даарен пожал плечами.
— Ладно. Но тогда я не умру.
— Все вы так думаете! — фыркнул Ух’эр.
Даарен хмыкнул, снова скрестил на груди руки и упрямо уставился в глаза.
Ух'эру вдруг показалось, что этот и правда может не помереть. Сколько он уже здесь? Сколько он уже никак не помрет?
Так привязан к сыну? И его, Ух’эра, ждал как раз для этого — договориться. Может, и комнату себе сделал, чтобы внимание привлечь.
“Тогда тем более никуда не поведу, — сердито подумал он. — Пока ждал, мог бы имя вспомнить. Вообще у нас принято, чтобы нам молились, и тогда, только тогда, если очень захотим, можем помочь…”
Правда, такие, как этот, молиться не умеют. Этот пока молиться будет, еще и обругает случайно.
Даарцы!
Движением пальцев Ух’эр заткнул воющую скалу. Взмахом ладони — прихлопнул выдуманный мирок человека: пусть тратит время создавая новый, пока Ух’эр придумает следующую шутку.
Человек не шелохнулся.
Ух’эр уже думал было развернуться, чтоб уходить, но вдруг понял: сейчас все проще. Он почти не потратил сил на все, что делает в своем мире. Так может, попробовать все-таки заглянуть в чужой? И силы проверит, и от проблемы избавится. А если не выйдет — тогда уже придет черед родственников играться.
Бросил косой взгляд на Даарена, схватил его под локоть точно так же, как он только что тот хватал его. Потащил за собой. Раздраженно прошипел по дороге:
— Давай быстрее! Увидят, что я с человеком вожусь — засмеют!
— А тебе-то что? — удивился Даарен.
Ух’эр удивился в ответ, от удивления даже медленнее пошел. И ослабил хватку.
— Ты главный, — напомнил ему Даарен. — Пусть хоть смеются, хоть песни танцуют. Это твое царство. Так будь царем.
— Да нуууу! — тоскливо протянул Ух’эр в третий раз, и воем ответили то ли скалы, то ли волки, то ли весь мир. — Ты вообще невозможно скучный! Неудивительно, что вся твоя семья перемерла! Со скуки, небось! А, нет, не вся. Один остался, да? Сын, да? Об опасности его предупредить хочешь? Там еще кто-то скучный рядом с ним завелся?
— Ты слишком разговорчив для бога смерти, — хмыкнул Даарен. — И просто для бога. И вообще.
Ух'эр не слушал.
"Похоже, Марла, я опять спасаю насекомых, — думал он. — Конечно, чтоб одно из них точно и окончательно померло. Но спасаю. Я. Бог смерти. Хорошая шутка, да? Жаль, что почему-то не смешно".
Взмахнул рукой, набрасывая на них завесу.
И выбросил ладонь вперед, впечатывая в лоб человеку.
Глава 23. Теперь иди
Дэшон поплотнее перехватил удобно скрученные и перемотанные лентами куски пергамента, шагая к комнате Рэя. За окном темнело — Ирхан, такой яркий сегодня, все еще тянулся последними угасающими лучами к дворцу, но их уже не хватало, чтоб осветить коридор. Рэй так и не зашел к Дэшону сегодня, хоть тот и просил — весь день, как и многие предыдущие дни, Рэй был занят. То на тренировочных площадках, то в воздухе на вивернах — отрабатывал с охотниками непривычные им задачи и маневры. Строи, удары, подкаты, блоки. Что работает против великана, что — против гнома. А травы и амулеты — пока в сторону.
Бойцы уже с ног валились, между прочим, а он всё отрабатывал. Дурак. Отдохнуть бы им, всем. Потому что — ну какие они бойцы? Они в большинстве своем еще дети.
“У тебя и Рэй — дитя, — напомнил Дэшон себе. — И ничего, повоюет еще…”
Правда, наверное, недолго.
Если не успокоится — точно недолго. Очень с ним тяжело сейчас — его швыряет из стороны в сторону, он то злится, то боится, то все сразу, но не подойти, не подступиться никак, не привести в чувство. Как загнанный в угол зверь: протянешь руку — откусит.
И четких планов же — никаких. Нарисовать схему боя, продумать ходы, просчитать хоть что-нибудь — этим нужно заниматься, а не до полусмерти загонять молодежь, избивая деревянный муляж условного великана.
Схемами Дэшон и собрался заняться. Перенаправить всю ненормальную энергию Рэя в нужное русло. Он это, в конце концов, умел. На Рене натренировался. Перенаправить энергию, заставить наконец поверить, что выиграть сражение можно. И нужно. Объяснить хоть этому, хоть одному даарцу объяснить, что такое стратегическое преимущество, почему дворец так просто не взять, и как это — грамотно обороняться. Не то, чтобы Дэшон сам был великим стратегом, но кое-какие идеи имелись.
Почему он не дошел до комнаты, Дэшон толком объяснить себе не смог бы. То ли услышал что-то, то ли почувствовал с той стороны, с которой не должен был. А может, недавняя беседа с Рэем на него так подействовала, а может, все еще тянущий к дворцу свои лучи Ирхан. В общем, Дэшон сам не понял, почему свернул к брошенной когда-то и запечатанной теперь навеки комнате младшего принца.
На самом деле ее никто не запечатывал. Просто дверь закрыли — и больше никогда туда не входили.
Какое-то время после того, как все началось, Дэшону казалось, что Даарен вот-вот вспомнит о ней и прикажет… Ну, сжечь там все, например. Или досками заколотит со всех сторон. Но Даарен так ничего о ней и не сказал, ни разу. А сам Дэшон решил не напоминать.
Он протянул свободную руку к двери и теперь уже очень четко услышал шуршащий звук изнутри.
Глупости, конечно. Показалось.
“Или мыши, — подумал он, — даарские… большие даарские…”
Решительно толкнул дверь и не додумал.
Йен круто развернулся к нему, сжимая в руках кучу тряпья. Из кучи свисал тяжелый сапог.
“Дежа вю”, — мелькнуло в голове четкое воспоминание о том, как это называется. Всё уже было. И он на пороге комнаты, и ошарашенный взгляд желтых глаз в полумраке. Только в этот раз Йен одеться не успел, а просто одежду в охапку схватил. И сапог.
Правда, на этот раз Йен мгновенно пришел в себя. Глаза насмешливо блеснули.
— Ага, — шепнул он, ухмыльнувшись. — Молчи.
И подмигнул.
Шагнул спиной к открытому окну, все так же прижимая одежду к себе.
— Ты что здесь… — Дэшон осекся. Глупый вопрос, что он здесь делает — видно же, человек за вещами пришел. Ну, не человек. И не факт, что пришел. Через окно влез, что ли? Если в Нат-Кадовскую башню влез, то почему бы и тут не влезть… Но как его не заметили? Они там, все, с оружием и на вивернах! Как опять не заметили?