Петрушка – душа скоморошья (Бывальщина)
Что дальше с Петрухой и его новой ватагой приключилось, никому не ведомо.
Ушли они из города Колядца в неизвестную сторону, и только слухи-летуны остались на долю тех, кто помнил о весёлых скоморохах.
Несмотря на грозный царский указ, продолжали ватаги бродить по бескрайним русским просторам, потешая людей, вызывая ненависть у попов и бояр.
Говорили, что за Петрухой охотились стражники особо, — государевым преступником его объявили.
Один раз будто бы ватагу отбила из рук стражи толпа в городе Пскове.
Другой раз пришлось ватаге спасаться на челнах из города Казани.
В третий раз совсем было Петруху схватили, да он представился старушкой: мешок с обручем наподобие юбки опустил до пят, платочком повязался, так и прошмыгнул меж стражников.
Разное сказывали.
Вроде бы показывал Петруха на куклах историю выкупа скоморохов у боярина Безобразова и все свои приключения. Борьбу с медведем вёл самую подлинную — выходил из-под обруча и всю сцену с Михайлой представлял натурально. А в это время бывший нищих атаман с куклами работал — князя и боярина изображал, как они медвежью потеху смотрят.
Бывало, что и вместе выступал Петруха с атаманом. Тогда сразу над обручем появлялись четыре куклы — и Поп, и Боярин, и Стражник, и Скоморох. Люди сказывали, что на такое представление весь город от мала до велика сбегался. А потом народ помогал скоморохам удирать и прятаться.
Пробовали стражники искать Петруху по голосу: ведь кукла Скоморох кричала звонко, приметно.
Только ничего из этого не вышло: многие кукольники выучились пищики делать и, выступая с куклой Скоморохом, верещали не хуже Петрухи.
Да и называть куклу Скомороха стали всё чаще и чаще попросту Петрушкой.
Выскакивал над обручем скоморох Петрушка и кричал на всю площадь:
— Вот и я! Петрушку вся стража ищет-хватает, ямой да цепями пугает!
Потом Петрушка бил всех подряд — и Попа, и Барина, и Воеводу. А когда приближалась стража, то с помощью зрителей скоморох-кукольник исчезал.
У кукол Петрушек появился длинный, острый любопытный нос — точно такой, какой был у самого Петрухи-скомороха.
Кто Петруху знал или видел раз-другой, непременно в кукле его узнавал:
— Похож Петрушка… Мал, да удал — душа-то в нём скоморошья!
Но людей таких становилось всё меньше, а кукол Петрушек — всё больше. Забыли и о самом Петрухе, зато Петрушку все знали, везде любили, всегда ждали, как дорогого гостя.
Петрушка становился бесстрашным и злым, когда встречался с врагом.
Он был бесшабашно удалым задирой, когда встречался с другом.
Он никогда и никому не позволял посягать на самое дорогое — на свободу.
Поэтому и поныне, смотря на похождения ловкой куклы-скомороха, говорит народ: «Наш Петрушка!»
…Вот так и отыскался через века след Петрухиной ватаги, след скомороший.
