Литания

Но когда она наконец очнулась, то зашлась в крике. Врачам пришлось срочно дать ей успокаивающее.
Он не представлял себе, что значило противостоять той мощи, в которую сплелись здесь пространство и время.
Его скорость устрашающе росла. Так казалось ему — а с «Ворона» его падение наблюдали несколько дней. Свойства вещества изменялись. Он не мог оттолкнуться так быстро или так сильно, как было нужно, чтобы вырваться.
Излучение, лишенные оболочек ядра, рождающиеся, гибнущие и вновь возникающие частицы — все это сочилось и кричало в нем. Его собственное вещество обдиралось и слой за слоем уносилось прочь. Ядро сверхновой горячечно белело впереди. По мере его приближения оно сжималось, становясь все меньше и плотнее, ярче и ярче, пока яркость не потеряла смысл. Под конец силы тяготения сжали его мертвой хваткой.
— Элоиза! — вскричал он в агонии распада, — Помоги же мне, Элоиза!
Звезда проглотила его. Он вытянулся во что-то бесконечно длинное, сжался в неизмеримо тонкое — и сгинул.
Корабль курсировал в отдалении от звезды. Еще многое предстояло узнать.
Капитан Сцили навестил Элоизу в госпитальном отсеке. Внешне она шла на поправку.
— Я бы назвал его настоящим человеком, — объявил он сквозь бормотание механизмов, — но это слишком слабо сказано. Мы даже не из его расы, но он погиб, чтобы нас спасти.
Она взглянула на капитана неестественно сухими глазами. Он с трудом смог разобрать ее ответ.
— Он человек. Разве у него нет бессмертной души?
— Ну, наверное, да, есть. Если вы верите в души, здесь я соглашусь с вами.
Она покачала головой.
— Но почему же тогда ему не дано покоя?
Сцили оглянулся в поисках врача и обнаружил, что они остались одни в узкой комнате с металлическими стенами.
— Что вы хотите сказать? — он заставил себя погладить ее руку. — Я знаю, он был вашим хорошим другом. Но смерть оказалась к нему милосердна. Быстрая и чистая — хотел бы и я так уйти из жизни.
— Для него… да, наверное, так и есть. Должно быть. Но… — она не смогла закончить и внезапно зажала уши. — Перестань! Пожалуйста!
Сцили пробормотал что-то успокаивающее и покинул палату. В коридоре он столкнулся с Мазундаром.
— Как она там? — спросил физик.
Капитан поморщился.
— Неважно. Надеюсь, не сломается окончательно прежде, чем мы сумеем доставить ее к психиатру.
— А в чем дело?
— Ей мерещится, что она все еще слышит его.
Мазундар стукнул кулаком по ладони.
— Я так надеялся, что нет! — выдохнул он.
Сцили скрестив руки ждал объяснения.
— А она слышит, — сказал Мазундар, — конечно же, она слышит.
— Но это невозможно! Он мертв!
— Он будет с нею всегда. Вспомните о замедлении времени, — ответил Мазундар. — Да, он камнем упал с небес и погиб. Но это по времени сверхновой. А оно отличается от нашего. Для нас окончательный коллапс звезды тянется бессчетное количество лет. А расстояния для телепатии не помеха. — Физик повернулся и быстро пошел прочь, подальше от этой палаты.