Шпеер (СИ)

— Хагрид! — сдавленно хрюкнул Г. Дж.
— Ох ты грех. Не узнал вас, мистер Поттер, — гигантский Спайдермен отступил от двери. — Ужо решил, солдатишка сопливый отвязаться вздумал. Вишь, фейс-контроль выдумали. Чужие чтобы не позалазили, значицца.
Гарри скользнул взглядом по мощным бедрам, обтянутым эластиком. Сердитый ответ на оскорбление солдатской чести замер на губах.
«Лучше килт!» — подумал Г. Дж., отводя глаза от внушительного длинного бугра, компенсирующего неспортивный живот супергероя.
— Проверяйте пригласительные.
«Паук-Слонопотам».
— Так точно, господин э-э... — Хагрид недоуменно оглядел военную форму без признаков отличия. — Офицер? Капитан? Майор?..
— Рядовой, — буркнул Гарри.
* * *
И без того роскошный обеденный зал «Пера Феникса» блистал великолепием королевского чертога.
Струящийся отовсюду свет преломлялся в бесчисленных зеркалах, лениво переливался золотыми бликами в бассейне с пером, лизал жаром колонны-сталактиты и, танцуя по стенам с энергией адского пламени, преображал все вокруг в царство золота и огня. Эстраду украшала огромная рождественская елка, сияющая желтоглазыми свечками.
Равнодушный к алхимическим превращениям интерьера в драгметалл, рядовой Поттер сидел за столиком, устало сгорбившись и забыв о военной выправке, досадуя, что приехал раньше времени. Как Гарри ни пытался настроиться на веселый лад, мысли были мрачней мрачного — радостные огни проникали в сердце не глубже, чем солнечные лучи в Марианское ущелье.
«Шатц, где ты? — уныло думал он. — Скрываешься в подземельях? Прячешься в Трубе? А я тут, в тепле, возле чертовой елки!»
Из Драко ничего толком вытянуть не удалось. Шепнув, что дом принадлежит семье Малфоев, имеет отличный винный погреб с выходом в туннель лондонской подземки, Ангел-адвокат счел свой долг выполненным и отвез Гарри домой, болтая о пустяках.
«Надо взять себя в руки, — вжившись в роль завсегдатая окопов и наплевав на этикет, Г. Дж. облокотился о стол, подперев щеку рукой, и хмуро разглядывал гостей. — Завтра. Все завтра. Сегодня надо веселиться».
Невидимая проекция рядового Поттера весело прицелилась и метким выстрелом из SSG69 сбила с елки смахивающую на масонский пентакль звезду.
Непунктуальные хоговцы, как всегда, запаздывали. Хотя зал уже наводнили гости, мелькая разноцветьем и пестротой немыслимых нарядов, стоящий в дверях Слагхорн в парике дворецкого продолжал выкрикивать в микрофон вымышленные имена вновь прибывших, то опуская грушеобразный нос в какой-то список, то тревожно стреляя глазами по сторонам: приказ не впускать чужих выполнял не один только Хагрид.
«И когда Дамблдор выдаст свое проклятое задание?» — Гарри всматривался в лица гостей, пытаясь вычислить старика.
Таких маскарадов Г. Дж. Поттер не видал отродясь. Кроме Хагрида-Спайдермена, Слагхорна-лакея и тонконого Аргуса Филча в костюме Спанч-Боба, солдату Поттеру пока не удалось опознать ничье лицо. Что было и неудивительно: лиц не было. По залу плыли звериные головы, маски и колпаки. Всюду чувствовалась незримая рука проказников Уизли: маскарад чем дальше, тем неотвратимей превращался в сборище монстров — ни прекрасных дам в загадочных полумасках, ни смокингов, ни даже простых приличных костюмов не было и в помине.
Напугавший таксиста Спрут уже был здесь. Огромная голова со свисающими на плечи щупальцами была вполне безобидной, в то время как нижняя часть тела заставила сердце храброго солдата Поттера дрогнуть — на поясе проклятого осьминога пружинило восемь пар детских ног в вязаных рейтузах и ботиночках. Гнусные конечности пританцовывали и выкаблучивались, стоило Спруту слегка шевельнуться.
— Госпожа Кенгуру! — торжественно объявил Дворецкий: так докладывают о прибытии королевской особы.
Неспортивно попрыгав в дверях имиджа ради, Кенгуру деловым шагом устремилась к столику рядового Поттера. Плюхнувшись на стул и завалив хвостом соседний, Кенгуру сердито сдернула собственную голову, превратившись в Гермиону с наэлектризованной синтетикой шевелюрой.
— Жарко как, — раздраженно сказала она, вернула в исходную позицию упавший стул и положила голову австралийского сумчатого между пустыми тарелками.
— Э-э.. умм... угу, — промычал Гарри.
— Гилдерою не дали пригласительный! — голос Гермионы задрожал от обиды. — Свинство! Сколько посторонних! — она оглядела зал и нахмурилась: посторонними казались ВСЕ.
— Мистер Слагхорн сказал, что гостей отбирали... Отбирал...— Гарри замялся.
— Сам Дамблдор, — хмуро закончила фразу Кенгуру, удивив Г. Дж. осведомленностью. — Можно, тогда вместо Гилли здесь Рон сядет?
— Да пожалуйста, — пожал плечами Гарри.
План рассаживания гостей составляла Гермиона, комбинируя сотрудников по пять человек — чего, увы, Северус не мог сейчас оценить. Директор Поттер выразил желание оказаться рядом с Лавгуд или Беллатрисой Лестрейндж, чем удивил секретаршу до глубины души. Объяснять, что хочет видеть рядом тех, с кем, вероятно, сел бы Северус, Гарри, понятное дело, не стал.
— Фея Динь-Динь, — крикнул Дворецкий.
В дверях раздался знакомый визгливый смех, мало чем напоминающий звон колокольчика. Солдат и Кенгуру повернули головы. 
К их столику походкой мелкой шлюшки цокала на каблучках Джинни Уизли — в неподобающе коротком платьице в виде зеленого листика. За спиной феи трепетали шифоном золотистые крылышки, слегка смягчая убийственный эффект от маленького зеленого платья.
— Собачьи крылья, задави их холера, — грубо сказала Фея, обнаружив, что может сесть только на краешек стула: летательному аппарату недоставало гибкости. Обнаружив напротив рядового Поттера, хмурого и застывшего, как труп в окопе, Джинни-Динь забыла о своих бедах и восхищенно всплеснула руками, сбив на пол голову Кенгуру.
— Обож-жаю военных! — взвизгнула Фея, фанатично сверкая глазами. — Обалдеть, мистер Поттер! То есть не мистер, а кто, капитан Поттер? Майор? Ой, нет, наверное, полковник! Американский!
— Австрийская пехота, — мрачно сказал Гарри.
— У-у, — надула губы Динь-Динь. — А пушка настоящая?
— Да! — рявкнул рядовой Поттер, вспугнув Фею до дрожи в крыльях.
Гермиона извлекла из-под стола недостающую часть тела Кенгуру и нахлобучила на место: очевидно, догадалась, что туловище Кенгуру не гармонирует с головой Бобра.
За соседним столиком расселся Спрут в компании уродливой Птицы Додо и Белого Кролика, постоянно откидывающего уши, которые хлестали по голове то одного, то другого соседа.
— Надень чертов цилиндр, — сказал Спрут голосом Артура Уизли. — Полощешь уши в моем стакане!
— Лишние конечности подбери, Осьминог многодетный, — не остался в долгу Кролик. — Из-за тебя мы сидим втроем.
— Вот и отлично, — Додо повел носом и опрокинул двухлитровую бутылку Спрайта. — Выпивку для пятерых делим на троих.
Голоса Додо и Кролика были Гарри незнакомы.
Гости прибывали, наполняя зал многоцветьем, блеском, шумом и смехом. Рядовой Поттер безучастно тянул минералку, прислушиваясь к кусающим язык пузырькам.
— Единорог! — выкрикнул Дворецкий.
Гарри перевел на дверь угрюмый взгляд и удивленно моргнул: по проходу, образованному церемонно расступающимися гостями, плыла Луна Лавгуд в белой простыне. Луна уже успела озадачить Г. Дж. и остальных — весь день проходила с висящей на шее коробочкой, из которой то и дело тревожно высовывал нос мистер Добби. Как выяснилось, крысу принес чернокожий незнакомец в синей униформе.
Луна подошла к столику Гарри, Гермионы и Джинни и остановилась, разглядывая странную троицу. Лицо ее казалось более отрешенным, чем обычно.
Гарри вышел из оцепенения и всмотрелся в странный наряд: простыню скрепляла на плече бельевая прищепка, как фибула греческую тогу.
Динь-Динь поглядела на прищепку и невежливо прыснула в кулак.
— Единорог? — спросила Кенгуру, судя по голосу, давясь смехом. Плечи сумчатого подозрительно тряслись. — А где же рог?
— Он невидимый, — серьезно сказала Луна. — Для некоторых.