Игра окончена
– ПРАВИЛ БОЛЬШЕ НЕТ, – сказал Всеобщий Дух. Но, несмотря на силу этих слов, в них была какая-то неуверенность.
Вейлрет ответил:
– Ваши настоящий враги – это ТЕ. Вы видели глиняное лицо одного из НИХ, Дэвида. Вы знаете о Ведущей Мелани и об остальных ТЕХ, Тэйроне и Скотте. Вы должны противостоять им.
Легкая восторженная улыбка мелькнула на его лице, и он понизил голос.
– Мы вам не соперники. У вас есть настоящий враг. Вообразите себе, сколько удовольствия вы сможете получить, одолев его. Вспомните Правило один: Игра – всегда удовольствие.
Всеобщий Дух переливался цветными бликами.
– Да, Вейлрет. Мы помним. – Голос стал мягче, в нем ясно звучал чистый дуэт Брила и Тарси. – Наше внимание направлено ТУДА.
Всеобщий Дух стал еще больше и вышел из своей огромной серой оболочки, словно переходя в другое измерение. Меньшие Духи Земли и Смерти тоже встали: все они знали, что им надлежит делать. Три черных Духа Смерти, три белых Духа Земли и единый, серый, поглотивший все Всеобщий Дух разбили между собой все границы и срослись в одну всемогущую сущность, неизмеримо более могущественную, чем каждый из них.
Это было некое Суперпревращение, рядом с которым предыдущее казалось только робким первым шагом.
Ни грот, ни гексагон, ни все Игроземье не могли бы выдержать энергии Всеобщего Духа. Вейлрет пал на камни, ослепший и ошеломленный, а Дух рос, поднимался выше и выше, наполняясь новой магической силой, вбирая в себя все знания, собранные в Игроземье.
Затем он оказался в реальности, оставив за собой только гул и напряжение.
– Великий Максвелл! – прошептал Франкенштейн.
Эпилог
Конец Игры
Дэвид чувствовал разрывы боли в голове, да и во всем теле. Персонажи, живущие в нем, были убиты один за другим. Он хотел заплакать, но не мог. Ему казалось, что кости под его щеками разбиты в крошево.
На ковре в остывшей гостиной лежал окровавленный труп Тэйрона с широко раскрытыми мертвыми глазами.
Мелани выла, глядя на карту. Скотт выглядел так, словно был не в силах понять, что им следует предпринять и как все могло так повернуться. Дэвид заставил себя открыть глаза и посмотреть сквозь красную пелену боли.
Со страшным треском с раскрашенной деревянной карты поднялся Всеобщий Дух, похожий на дым от огня, и возвысился до потолка.
Дэвид отполз назад. Мелани растерянно уставилась на него. Скотт закрыл глаза и замотал головой.
А Всеобщий Дух вещал им из провала капюшона. В воздухе лопались разряды магии.
– Теперь ваша Игра окончена. Слова отражались эхом от стен дома. Ветер снаружи, казалось, затих.
– Мы забираем Игроземье с собой. Нам больше нечего делать с вами.
– Но и нам тоже нет дела до вас! – завопил Дэвид. Его слова с трудом вырывались из распухшего горла.
Карта под Всеобщим Духом мерцала мягким светом. Паутинообразные черные линии струились с нее, как расплавленное масло.
Всеобщий Дух подался слегка назад, поглощая карту своей светящейся массой. Гексагоны Игроземья рассыпались, увеличились и полетели прочь, словно в водовороте. Сияющие блики закружились вокруг фигуры Всеобщего Духа, словно спираль Млечного Пути. Даже крошечные кусочки карты около камина поднялись и закружились в общем урагане.
Всеобщий Дух стал еще больше.
– Я оставляю только то, что принадлежит вам, – сказал он, после чего последовал слабый взрыв. Дух исчез. Несколько оставшихся ярких гексагонов одновременно вспыхнуло и растворилось в воздухе.
А на ковре гостиной осталось лежать ситналтанское оружие, и его таймер отсчитывал последние две секунды перед взрывом.
* * *
– Да. Всевластитель Майган, это великолепно. Позволим ли мы оружию взорваться?
Комтар Дират пристально всматривался в расстеленные перед ним карты со старательно вычерченными домами персонажей и аккуратно разрисованной гостиной. Рядом с ним располагались фишки, представляющие собой персонажей Дэвида, Мелани и Скотта, фишка Тэйрона уже вышла из игры.
Всевластитель Майган подобрал кости с игральной площадки.
– Я думаю, это решит случай. И он швырнул кости.