Избранные стихи, песни, рассказы

с вечера ботинок. Он оказался в правом кармане его широкого, как шерстяной плед, пиджака. Никита Сергеич вытащил обувку из кармана и начал в форме протеста барабанить ею по трибуне. У американцев вылезли из ресниц закатившиеся ещё во времена «Унесенных ветром», глаза, и они повставали со своих стульев, выкрикивая демократические лозунги, типа «Нью-Йорк! Нью-Йорк!». Прыщёв не унимался, но тогда подошла полиция, отняла у него ботинок и под руки увела разбушевавшегося фантомаса в вестибюль.
© Сергей Шиповник, Россия, Волгоград, 2000
СЕКСАПИЛЬНАЯ ЛЮСИ
Сексапильная красавица Люси Мак-Донна хмурым дождливым утром спускалась по ступенькам автобуса Мичиган-Нью-Йорк и зацепилась единственными целыми у неё колготками за заклёпку в двери. Ну, а в результате, конечно же, большая затяжка прямо на коленке.«Ёпэрэсэтэ» - только и оставалось произнести Люси.
Водитель отвернулся, словно ни в чем не виноват. Все претензии к Заводу-Изготовителю «Техасмоторс». Да и какое ему дело до всяких колготок? У него расписание. Пять минут на заправку – и по газам, опять в Мичиган. А путь не близкий. Времени нет думать о всякой ерунде. Тем более, о колготках.
Мак-Донна рассуждала по-иному. Вот самец племенной. Обезьяна немытая. Чёрный, ведь, как сажа в трубе. Ему-то что! Его замусоленные джинсы и топором не разрубишь. Эту бы заклёпку тебе в лоб вколотить!
Чрезвычайно расстроенная, Люси поплелась по улицам Большого Города.
Почти никто в эту пасмурную погоду не высовывал своих грустных носов из-под зонтиков и, представьте себе, Мак-Донну пока что Город не замечал. Но Люси не сокрушалась. Спустившись в метро, она присела на скамейку и стала аккуратно зашивать прореху. Мимо пробегал Негритёнок с пачкой «Нью-Йорк Таймс»:
- Гёрл, купите газету, она вчерашняя, всего за полцента.
- Да я и читать-то их толком не умею. А там объявления есть?
- О, да, мисс. Мой отец Джон Хилтон именно так приобрёл подержанный «Форд», причем очень удачно. С четырьмя колёсами, и что удивительно - все стёкла на месте. Даже бензина в нём была треть бака. Правда, не заводился поначалу, но потом всё же мы его растолкали.
- А насчет работы там бывают объявления? - откусив нитку от шва, спросила Люси.
- Мисс, а какая вас интересует работа? Моя мать Саманта Хилтон трудится сейчас посудомойкой в Ночном Клубе «Бродвей». Говорит, что людей не хватает. Хозяин жадный и мало платит. Если хотите, я за двадцать центов Вас туда отведу. А насчёт жилья, если Вам будет нужно, то поговорите с моей матушкой, она что-нибудь присоветует.
Хозяин Клуба - степенный с животиком Босс посмотрел сначала на ножки в рваных колготках, затем на довольно-таки привлекательную грудь, ну, а потом уже и на лицо, что тоже его не разочаровало.
- Зарплата у нас не большая, сама должна понимать: налоги, отстёжки. Зато питание бесплатное. Всё, что после гостей остаётся, разбирают: кухня и обслуга. Так что если ушами не прохлопаешь - голодной не будешь.
Вот именно так начиналась звёздная карьера Певицы Мак-Донны. Ну, или приблизительно.
Посуду Люси в Ночном Клубе «Бродвей» мыла недолго. Купив через неделю с первой же получки новые стильные колготки, Мак -Донна начала топтать обувь по прослушиваниям и просмотрам. Её никуда не брали. Больно уж вела она себя дерзко с работодателями, вроде того, что не сильно-то и нуждаюсь. Сами потом прибежите. И вот когда уже почти все студии Люси себе заколлекционировала и наделала на колготках новых затяжек, вот именно тогда Мак-Донне подфортила удача. А она, оказывается, была тут, рядом.
В пятницу перед открытием «Бродвея» Люси пришла к Боссу за очередной нищенской в конвертике получкой, а в его кабинете сидел, курил и потягивал джин Главарь Местной Мафиозной Группировки Смит Гранд. Он пришел за своим гонораром. Только деньги были для него положены не в тонюсенький розовый конвертик, а в пухлый крокодиловой кожи с серебряной монограммой кейс.
Как только Смит увидал Люси, он моментально подсчитал в своей до воскового блеска бритой голове, какую прибыль можно заполучить с этой строптивой белогривой лошадки.
- Ты давно ли тут работаешь и кем? – подливая себе ещё джина, вопрошал Гангстер.
- А ты кто – шериф или из ФэБээР? – небрежно швырнула ему в лицо Мак-Донна.
- Вообще-то я наказываю тех, кто обзывает меня режущими мой тонкий и ранимый слух словцами. Как насчет деловых переговоров здесь за столиком в Клубе?
- С тобой, что ли?
Тут вмешался Босс:
- Люси, ты не груби этому Господину, а лучше согласись его выслушать. Мой тебе добрый совет…
***
Начать решили с танцев. Смит Мак-Донну приодел, и поехали на его позолоченном «Линкольне» прямо на Манхеттен, где в стеклянной пробирке лифта взлетели на 201-й этаж в Музыкальную Студию «Мэдисон Диско».
Генеральный Продюсер Студии Ллойд Убер, конечно, видел на своём веку и не таких секс – бомбардировочек, но замолвка за Люси от Смита Гранда, человека авторитетного во всех отношениях, сыграла для карьеры Мак-Донны не последнюю роль.
А затем была работа. Напряженный пятнадцатичасовой труд. Ноги, да, да, те самые ножки, о которых вздыхало потом полмира, отваливались, как протезы. Пот стекал с неё, словно ливень со стекла, но это было так полезно для очистки сосудов! А то они забиваются, как рыболовные сети, мусором. Сосуды нужно прочищать.
Деньги сначала посыпались. Потом повалили. Представьте себе сугробы денег. Полная квартира. По ним можно ходить, прыгать, скакать, кататься, кувыркаться… Что же ещё можно сделать с деньгами? Раздавать как благотворительные пожертвования. Покупать лимузины, яхты, летательные аппараты. Что ещё? Путешествовать по кругу. Как песня. Потому, что круглая Земля. Да мало ли чего можно сделать с деньгами? Вот без них ничего не поделаешь. Люси это хорошо понимала и поэтому потела, потела, потела…
© Сергей Шиповник, Россия, Волгоград, 2000
НАЦИОНАЛЬНЫЙ РУССКИЙ НАПИТОК
Рейхсмаршал Паулюс, как ни кто не хотел умирать. Даже с присвоенным ему вчера Гитлером таким крутым званием и заочно подаренным жезлом. А не пошёл бы он нахфиг, этот шизофреник! Травоед. Фанатик. Когда были в руках силы - борьба имела логический смысл. Пока с самолётов бросали консервы и ящики с патронами - как-то можно было держаться. А сейчас? Ну и сколько я могу сидеть в подвале этого русского минимаркета? Суп, сваренный из последней балалайки, доели вчера. Нам что теперь гармошками питаться? Так они, эти босоногие осмелели, в