Путь Анубиса (СИ)
- Вован, - прошептал Василий. - Живой.
Он не верил своим глазам. Может быть это нереальность? Галлюцинация? Он боялся моргнуть, опасаясь, что лодка исчезнет с глаз, раствориться в волнах призрачным видением. Но та, уверенно преодолевая волны, продолжала свой путь. Она несла троих. Василий отчетливо видел сына, сидящего ближе к носовой части, Степана возле мотора и еще одного человека. Это был Джафар.
- Вовка! - хрипло заорал Василий и, не дожидаясь пока лодка подплывет вплотную к катеру, прыгнул в воду и поплыл навстречу. Уже вскоре он обнимал сына.
- Вован, - шептал Василий. - Живой. Все хорошо. Теперь у меня тебя никто не заберет. Мы вырвемся отсюда. Я обещаю тебе. Обещаю.
- Не говори гоп, пока не перепрыгнул, - послышался голос Степана. Он успел развернуть лодку, направляя ее обратно в самое пекло битвы. Василий оглянулся.
- А вы -то как? Как вы тут? Джафар? А ты как здесь? - начал он бессвязно сыпать вопросами.
- Джафар меня вытащил, до того, как крейсер взорвался, - пояснил Вовка. - Он мечом там всех на своем пути положил. Жутко хлещется. Джафар сказал, что ты не хуже его мечом владеешь. Это правда?
- Правда, правда, - отвечал Василий, не понимая, о чем его спрашивает сын. Он всё ещё не мог прийти в себя после пережитого. Невероятная радость переполняла все его существо.
- А как нашел? Джафар, как ты сына нашел? Как Степана нашел? - снова зачастил он вопросами.
- Некогда рассказывать, - прикрикнул на него Джафар, нахмурив брови. - Выбираться надо. Пригнитесь, а то ненароком заденет. Видите, что твориться. Мне Степан кое-что рассказал. Похоже, что вы ребята, чем-то инопланетян заинтересовали. Кто с кем бьётся здесь - не пойму. А тут еще Темная зыбь из себя монстров вытолкнула. Ну да ладно. Пока они тут меж собой разбираются, у нас есть один шанс из тысячи, чтобы выбраться отсюда.
- А камешек где?! - перекричал грохот битвы Степан
- Здесь! - Василий хлопнул ладонью по карману. - Плывем к Темной зыби.
Плывем-то плывем. Но под тяжестью четверых человек лодка не набирала той прежней резвости. Она тяжело буровила волны. Степан прижимал ее вправо. Он старался пройти подальше от двух немецких кораблей и торчащих из воды обломков крейсера. Там был эпицентр битвы.
* * *
Амон-Ра наблюдал за ходом сражения из иллюминатора своего корабля.
- Нашел? Нет? - изредка бросал он отрывистые фразы-вопросы в адрес Бест-Ха, колдующего возле кристалловизора поискового сканера. Уже продолжительное время приборы слежения не могли обнаружить информатора. Он просто исчез, и Амон-Ра опасался, что тот уничтожен в жарком котле битвы. Тогда вся миссия утрачивала всякий смысл. Вместе с тем он не терял надежды найти его, предполагая, что защитные поля участников этого сражения со множеством энергетических выбросов наверняка, служат помехой невидимым щупальцам поисковых приборов в обнаружении столь желанной цели.
- Что там? - нетерпеливо спросил он уже в который раз.
- Ничего, - ответил Бест-Ха.
Амон-Ра стиснул зубы и сжал кулаки. С высоты своего корабля он полностью обозревал картину сражения. Она все более застилалась дымной мглой.
Корабль-киборг не мог дать оценки силам, участвующим в схватке. Одна из сторон представляла собой людей, но их силы не укладывались в рамки характеристик, заложенных в информационную базу кратонов. Сотни тварей, выброшенных Темной зыбью и грызущих всех на своем пути, не считывались приборами. Потерпевший аварию корабль пирата Дао был не в счет.
- Нашел? - снова спросил Амон-Ра. Он начинал терять терпение, решив для себя, что если не найдет информатора, то пожжет здесь все и вся ударными установками корабля.
- Нет, - ответил Бест-Ха.
- Запускай уничтожитель, - приказал Амон-Ра кораблю-киборгу. - Всеобщее поражение.
- Понял, - ответил тот. - Есть запуск на всеобщее поражение. Обратный отсчет.
* * *
Душный тяжелый дым царапал горло и разъедал глаза. Лодка вспарывала носом пляску волн и медленно продвигалась вдоль берега. Часто рядом с ней падали обломки не то пауков, не то гравифлюгов. Шальные заряды, то и дело беспорядочно вспарывали воду. Бьющиеся стороны, казалось, не обращали на маленькую посудину внимания. Они были заняты друг другом. Несколько раз неподалеку проносились их боевые единицы. В паре десятков метров заряд с паука разорвал на куски крылатое чудовище. Брызги его густой крови окропили лицо Василия.
В нескольких сотнях метров слева по борту дымил корабль нацистов. Катеров не было видно. Похоже - все они погибли в огне сражения.
Василий внимательно посмотрел на Вовку. Взгляд сына был напряжен, но в нем не читалось страха. Лишь пламя битвы отражалось в его глазах.
Маленькая лодчонка продолжала упорно пробиваться вперед, и Василий увидел ее, как бы сверху. Она показалась ему маленьким зернышком жизни посреди океана смерти, и в этом океане бурлила бешеная сила. Эта сила присутствовала здесь во всем. Волнами пауков она сталкивалась с потоками гравифлюгов, захлебывалась кровью драконов, выбрасывалась выстрелами с кораблей и металась по небу чернотой Темной зыби. В ее слепой ярости присутствовала жуткая красота. Она завораживала, приковывала взгляд и проглатывала сознание. Так может завораживать человека извержение вулкана, бурлящий водопад, или же яростный ураган.
Раскаты битвы ушли куда-то далеко от Василия, и вместо них в его ушах зазвучала далекая музыка. Она была знакома ему, но он не мог понять, когда и где ее слышал. Одновременно с этим он почувствовал, что когда-то уже видел все происходящее здесь. Оно было когда-то. Происходило. На него нахлынуло ощущение отстраненности от всего этого действия. Он как бы созерцал на все извне, будто на пламя костра в ночи.
Течение времени словно замедлилось. Лодка застыла на волне. Медленно, как перышко птицы, переворачиваясь в воздухе, падал гравифлюг, величественно распахивал крылья летающий ящер, а Темная зыбь лениво шевелила багровыми сполохами своего черного бархата.
Стало тихо. Василий не шевелился, опасаясь спугнуть застывающее мгновение. Оно было беспредельно, как отражение всего мира в маленькой капле росы. Василий ощутил, что может взять эту капельку в руку и протянул ладонь.
- Наверх вы товарищи, все по местам, последний парад наступает! - ворвался неожиданно в его уши хриплый вопль Степана. - Врагу не сдается наш гордый Варяг, пощады никто не желает!
Вместе с этим песнопением, схожим с боевыми кличами древних людей, картина застывшей реальности лопнула, как мыльный пузырь.
"Он пьян", - подумал Василий и оглянулся на корму. Странно. Глаза Степана были остры и сосредоточены. Он был трезв.
- Все вымпелы вьются и цепи гремят, наверх якоря поднимая, - разрывал грохот сражения его резкий голос. - Готовятся к бою орудия в ряд, на солнце зловеще сверкая!
- Замолчи Степан! - крикнул Вовка.
- Почему? Это про героев песня! А мы герои! Не замолчу! - возразил тот, прерывая пение.
Василий понимал Степана. Так он подбадривал себя.
- Песня про героев. Но Варяг затонул. А мы не потонем! - жестко крикнул Вовка.
- Не потонем, если сгорим, - подал голос все это время молчащий Джафар.
- О, черт! - Степан резко повернул рычаг влево, уходя от падающего паука. Лодка вздыбилась на волне и завалилась на левый борт, черпая воду.
* * *
До начала всеобщего поражения оставались считанные мгновения, когда Бест-Ха громко завопил.
- Есть! Нашел!
- Отбой! - заорал Амон-Ра. - Отбой!
- Есть отбой, - ответил корабль-киборг.
- Где? Где? - Амон-Ра нетерпеливо подскочил к экрану.
- Вот он, - Бест-Ха ткнул на маленькую, едва заметную красную точку.
- Жив значит, - довольно хмыкнул Амон-Ра. - И где он?
- Сейчас. Сейчас. Увеличу, - забормотал Бест-ха. На кристалловизоре появилось мутное изображение лодки.