Психология на пальцах

– Смотри! – с ходу налетел он на Серёгу. – Я хорошо подготовился к нашей спецоперации! Пакетик вкуснющего корма – все коты от него гарантированно сходят с ума. Пришлось немного обобрать Марсика. Наверняка корм нам пригодится. А ещё блокнот и запасные карандаши. Я теперь всё буду записывать! Чтобы мы не пропустили ни одной детали. Вот так! – Митька со звонким щелчком открыл замок, развернул планшет, достал из отделения для карт свой не совсем свежий блокнот и сунул Серёге.
– Это ты классно придумал, – сказал Серёга, но потом очнулся от Митькиного напора и добавил: – Но у тебя же ужасный почерк?! Никто не разберёт, что ты пишешь!
– А это и хорошо! Ну и пусть никто разобрать не сможет, – самодовольно сказал Митька. – Зато шифровать не нужно! Это ведь секретные данные будут, а значит – тайна следствия.
Серёга полистал блокнот и увидел, что некоторые листы плотно изрисованы всякой всячиной и покрыты мелкими кривыми каракулями.
– Что у тебя тут написано? – ткнул он пальцем в самую длинную строчку.
– Погоди-ка… сейчас-сейчас… Не помню… – растерянно пробормотал Митька.
– Шифровальщик! Много, чувствую, будет пользы от твоих записей!
– Зря ты так! Просто это давно было, поэтому и не помню.
– Знаешь, Митька, записи нужны для памяти, а не наоборот! Так не пойдёт! А что, если ты будешь не записывать, а зарисовывать? Ты же у нас во какой художник! – Он ткнул пальцем в усатого мексиканца, который смотрел на Серёгу из блокнота и целился из револьвера.
– Замётано! – весело согласился Митька. – Считай, что я не обиделся за почерк…
 
Белые шкурки
 
– Вас интересуют исключительно белые шкурки? – послышался торопливый, приглушенный голос из открытого окна Митькиного дома. – Это будет непросто. Целая партия… Хорошо-хорошо, понял. Поспрашиваю у ловцов. Конечно-конечно… Я сам в деле…
– Белые шкурки… – прошептал Митька. Глаза у него вытаращились от ужаса, когда он представил то, о чём услышал.
Серёга взял его за руку и оттащил на всякий случай подальше от окна. Туда, где рядом с парковкой рос старый тополь. Под его раскидистой кроной стояли почерневший стол на одной ноге и шаткая скамейка.
– Митька, ты знаешь, кто это?
– Видел как-то: молодой такой… суетливый и всегда очень вежливый!
– Дела! – вздохнул Серёга и начесал вперёд холмсовскую чёлку. – Если даже ТЫ называешь ЕГО суетливым, это значит, что он просто нереально суетливый! А это уже само по себе подозрительно…
– Ты думаешь, Снежок уже шкурка?.. – Митька загрустил и весь сжался.
– Проверить это, конечно, трудно… Нужно что-то придумывать… Как-то подступиться, но чтобы самим ненароком не стать шкурками…
– О! Так мы можем к нему в подельники наняться! – взвился Митька, глаза его загорелись.
Окно с грохотом захлопнулось. Вглубь комнаты метнулся силуэт.
– Это он… Ловец-Продавец… – прошептал Митька.
Поскольку печальная развязка поисков показалась им такой близкой, сыщики решили больше никуда не идти, а сидеть и ждать, когда торговец кошачьими шкурками выйдет на улицу.
– Ты когда-нибудь видел шубы из кошек? – коротая ожидание, спросил Митька.
– Видел… Из рыжих… – печально кивнул Серёга. – Жутковато выглядят… Особенно когда представляешь, как эти кошки мурчали и ласкались…
– Я бы такую носить не стал, – содрогнулся Митька. – А из собак шубы бывают?
– Из собак носки вяжут… Бабушка моя собачьи носки деду связала, чтобы у него ноги зимой не отмёрзли…
– Но ради носков, как я понимаю, ни одна собака не пострадала. Причесали – и свободна! А кошкам не повезло… – повесил нос Митька.
Дверь парадного широко распахнулась и грохнула о металлический ограничитель. На пороге стоял Ловец-Продавец и подозрительно озирался по сторонам.
– Смотри! – прошептал Митька. – На хорька похож! Длинный, тощий, остроносый…
– И хищный… – согласился Серёга. – Ну что, идём?!
Дрыгая при ходьбе тонкими ногами и сильно дёргая плечами, Хорёк шёл навстречу мальчикам.
– Здравствуйте! – первым подбежал к нему Митька. – Я ваш сосед. Узнаёте? А это мой друг. Мы с ним волонтёры-скауты! Уделите нам, пожалуйста, пару минут. Мы зададим вам всего несколько вопросов. Это недолго!
Серёга вылупился на друга с нескрываемым удивлением. План-то был совсем другим! Что вдруг задумал Митька, было непонятно. Хорёк же любезно улыбнулся и согласился ответить на все вопросы.
Митька достал блокнот, открыл страницу с неразборчивыми каракулями и якобы прочитал вопрос:
– Скажите, пожалуйста, какое животное из перечисленных вам больше всего нравится: хорёк, крокодил или кошка?
– Крокодил! – Ловец-Продавец шутя лязгнул зубами.
– Хорошо… – Митька что-то черкнул в блокноте. – Какое животное вы бы завели дома: собаку, кошку или морскую свинку?
– Крокодила! – снова улыбнулся Ловец.
Во время этого странного опроса Серёга не сводил с него глаз. Мимика у этого человека была очень необычной, больше всего привлекало внимание то, как хищно он дышал. Ловец-Продавец набирал воздух жадно, шумно, наморщив нос и раздувая ноздри. В руках он теребил связку ключей от машины, явно торопясь куда-то, но при этом отвечая на безумные Митькины вопросы без каких-либо признаков раздражения. Вопросы про кошек Ловец-Продавец и вовсе пропускал мимо ушей, никак не акцентируя на них своего внимания, будто это не он только что договаривался о целой партии белых кошачьих шкурок!
– Так… Последний вопрос… Я же говорил, вопросов будет немного… Кошки какого цвета вам больше всего нравятся?
– В тон костюма, – отшутился Ловец-Продавец. – Если это все вопросы, то до свидания, мне нужно ехать. Дела!
– Дела? – переспросил Митька. – У нас к вам тоже есть одно дело. Ходят слухи, что вы скупаете белые шкурки. Что вам нужны ловцы. Мы с Серёгой готовы ловить для вас по три-четыре белых кошки в день.
– Вас обманули! – невесело рассмеялся Ловец. – Если я подсуну им кошачьи шкурки, меня зароют… – добавил он, уже садясь в машину и говоря это самому себе. – Не обижайте кошек, и будет вам счастье! – крикнул он мальчишкам на прощание, когда его машина, урча, проносилась мимо.
– Ну? – уставился Митька на Серёгу. – Что скажешь?
– Не знаю, какой контрабандой он занимается и чьими шкурами, но нам он вообще не врал…
– Это интересно! А давай с тобой контрабандистов выслеживать! Это будет совсем супер! Представляешь?!
– Наверное… – протянул Серёга без энтузиазма. – Но знаешь, тем шкуркам, которые он продаёт, уже точно не поможешь, а вот котёнка, может, ещё получится спасти…
 
Мнимый друг, мнимый враг
 
– У нас было две версии. Если считать «шкурки», то три, и все они «отвалились», – сказал Серёга. – Чтобы…
– Ты это уже говорил когда-то, – перебил его Митька. – Да, а потом про свидетелей. Лучше придумай, где мы их искать будем, свидетелей этих.
Мальчишки расположились на скамейке у входа в «подъезд котёнка», как они стали называть его между собой.
– Дед говорил, да и в фильмах показывают, что сыщики всегда опрашивают соседей. Они живут рядом, всегда всё видят и всё слышат. По-моему, всё-таки логично было бы их опросить.
– Ты что, предлагаешь теперь ко всем заглядывать и спрашивать: «Где котёнок?»
– А какие есть варианты? Носиться по всему городу и искать его под каждым забором и в каждой мусорке?
– Это мне нравится больше! – честно сознался Митька.
Вдруг Серёга, не меняя позы и наклона головы, стал странно косить глазами то в одну, то в другую сторону, а потом прошептал:
– Мне кажется, что за нами всё время кто-то наблюдает…
Митька тут же вскинул патлатую голову и начал вертеть ею из стороны в сторону, пытаясь перехватить чужой взгляд. Волосы его встопорщились сильнее обычного и напоминали теперь антенны-улавливатели.