Семь историй Чарли-Нелепость-Рихтера

Ничего не произошло. Небеса не разверзлись, ангелы не заявились по мою душу, и даже Риди не завел свою консервную банку. Я отвернулся от могилы и смахнул с ресницы невесть откуда взявшуюся дождинку.
Что ж, это было ожидаемо, Чарли. Глупо верить в то, что не сбудется никогда в жизни. исполнение желаний — не по моей части, я знал это с того момента, когда впервые осознал себя, и… О, черт!
Я повернул голову, чтобы еще раз глянуть на надгробье и попрощаться… и наткнулся на изучающий взгляд желтых птичьих глаз. Огромный орел удобно устроился на камне, каким-то чудом бесшумно опустившись с неба. В круглых глазах читалось понимание — так бывает лишь у людей и у птиц.
— Прости, — только и смог сказать я. Несколько долгих минут орел смотрел на меня, а потом резко сорвался в небо.
Я смотрел наверх, пока у меня не заломило шею, но вскоре черная точка растворилась в лазурной дали. Чья-то рука коснулась плеча:
— Пойдем? — спросил Риди непривычно мягко.
Я судорожно вздохнул, медленно поднялся на ноги и встал рядом, с удовлетворением отмечая, что еще скоро, и я догоню Дика по росту. Жизнь, несмотря ни на что, продолжалась, мне надо было сделать кучу дел: поговорить с Чейсами, выяснить, что же такое происходит между мною и Джой, увидеть Неда Дэйвиса, записать придуманное недавно начало одной шахматной партии и проверить в Сети, не изобретаю ли я велосипед, и многое-многое другое.
Вот ведь нелепо, подумал я. Человек живет прошлым или строит планы на будущее, хотя реально только одно.
Реально лишь настоящее.
Мы живем здесь.
Сейчас.
И это чертовски здорово.
Я оглядел то, что было впереди — покрывающиеся зеленью холмы и темнеющий вдалеке лес, и тоненькую полоску реки, блестящую на солнце, и ответил, почти улыбаясь:
— Пойдем.
Октябрь 2008 — май 2009
Казань