Найди меня в поднебесье (СИ)

– Где ты училась? – спросил он, убирая нож на место.
– Дома, – ответила она, едва переводя дух.
– Дома, – повторил Шахига. – Что ж, и уклончиво, и честно. Если вдруг интересно мое мнение, тебе стоит больше тренироваться.
– Зато тебе… – раздраженно буркнула Елена.
– Я занимаюсь этим много лет, – отвечал Шахига.
Елена вдруг ощутила на себе посторонний взгляд и резко обернулась. За ними кто-то наблюдал. В отдалении, на дорожке, ведущей ко двору, она различила две темные фигуры. Бившие в комнату лучи мешали разглядеть их лица, но, судя по силуэтам, это были наги. Задержавшись на миг, они свернули на другую дорожку.
На прохладную террасу падала тень.
– Все сходится, – говорил Гирмэн. – Все так, как я и предполагал. Только у нас могут быть проблемы с Эмун.
– С Эмун? – презрительно улыбнулся Арэнкин. – Никаких проблем с ней не будет. Она держится за старые законы, как одержимая. Ни на шаг не отойдет. Сейчас у нас руки свободны.
– Ты уверен?
– Абсолютно. То, о чем Эмун с тобой говорила – полная чушь, можешь поверить. Землянка не так проста, она не поведется на принца. Да если б и повелась… – Арэнкин махнул рукой. – К чему она Эмун? Королева превратит ее в лучницу и заставит сидеть в лесу, не высовываясь. Дьяволы небесные, Эмун попросту струсила! Ей предпочтительнее сидеть и никак не реагировать! Ни на облачные моря, ни на разрушение Сабсера. Ей наплевать! Она уверена, что, если сделать попытку пробуждения маори, то Халлетлов просто рухнет!
– Она не была такой раньше… – задумчиво проговорил Гирмэн.
– Согласен. Она стала такой недавно. Но это неважно.
– Тогда дело за тобой.
– Разумеется. Когда ты улетишь?
– Через несколько дней после Совета.
– Я отправлюсь с людьми к Бохену, – размышлял вслух Арэнкин. – Возьму несколько воинов, осмотрим море рядом с городом. Я давно там не был. Не удивлюсь, если она стремится туда же. Поближе к людям. Она много времени проводит за картами, много разговаривает с людьми.
– Не задерживайся, брат.
– Не задержусь, – кивнул Арэнкин. – Но и слишком торопиться не буду. Нам требуется качественное исполнение.
– И после этих слов ты утверждаешь, что только Эмун держится за старые законы?
– Если есть возможность их соблюсти, почему нет? Девушка окажется на Севере. Я сделаю так, что она сама того захочет, доверься мне.
– Надеюсь, ты понимаешь, что на Совете… – начал Гирмэн.
– Надеюсь, ты не держишь меня за идиота, – перебил его брат. – Ты, между прочим, так и не снял маску.
-Теперь за идиота меня держишь ты. Леший разберет, как она отреагировала бы.
Арэнкин потянулся, откинул волосы с лица.
– Провалиться мне сквозь грань, я так не отдыхал уже… понятия не имею, сколько времени.
– Загоняешь себя, Арэнкин, – мимолетно бросил Гирмэн.
– И ты туда же. Не успел возродиться, как Охэнзи взялся и тебе голову промывать?
– Это же Охэнзи!
– Ну да, ну да…
Оглушительно пели цикады в деревьях…
 Глава 5. 
 Там таких миллионы, поверьте – 
   Хоть кого выбирай наудачу! 
   Они так опасаются смерти 
   И не знают, что было иначе. 
  
   Они больше не помнят про Вечность, 
   Не поднимут глаз лишний раз выше. 
   Нет костров в догорающий вечер, 
   Одни только былые кострища… 
В ночь на пятый день праздника королева Эмун созвала Совет Королей и Вождей. Совет традиционно заседал близ вершины центрального древа Чертога, где была обустроена круглая площадка. На ней стоял круглый деревянный стол и деревянные кресла вокруг. Сегодня кресел было десять – по количеству созванных.
Вожди и короли с закрытыми лицами молча рассаживались вокруг стола. Вокруг шелестело темное море ночной зелени. Луна поднялась уже высоко, и ее лучи подбирались к столу. Они высветили давным-давно вырезанные на столе рисунки и письмена, сплетенные в единый узор, представляющие собой огромную розу ветров. Каждый луч розы разделен надвое. На одной половине изображены гербы народов, живших в указываемом направлении, на другой – короткие изречения и девизы, принадлежавшие им. В центре, там, откуда выходили лучи, выступал небольшой холмик, опоясанный меандровыми рядами.
Вожди сидели, погруженные в полное молчание. Но вот лунный свет коснулся верхнего ряда меандров, и первая фигура откинула капюшон с головы.
– Приветствую вас на Совете Королей и Вождей Халлетлова, – раздался торжественный голос. – Я, Эмун, королева вольного народа лучников, союзник лесов, владетельница восточных земель, спрашиваю вас: оставлено ли вами оружие за пределами Совета?
– Да, королева, – отвечали собравшиеся.
– Откройте свои лица и назовите свои имена, следуя розе ветров Халлетлова. Зажгите огонь в знак мира и доверия.
Ритуал начала Совета не менялся с поры первого созыва. По очереди вожди называли свои имена и зажигали свечи. Это, да еще лунный свет, было единственным освещением Совета.
Напротив восточного луча заиграл второй огонь.
– Я, Лагдиан, наследный принц восточных лесов, прибыл на Совет.
Два вождя, сидевшие против юго-восточного и южного лучей, одновременно открыли лица.
– Я, Вождь вольных земледельцев и пастухов, владеющих южными землями, Зажень Трехрогий прибыл на Совет.
– Я, предводитель вазашков, сыновей и союзников земной стихии, Кувен Младший, прибыл на Совет.
Легкая фигурка с юго-западной стороны скинула капюшон:
– Я, вождь летающего народа, повелителей воздуха, ветров и дождей, Кара, прибыла на Совет.
Западная сторона стола засветилась пламенем:
– Мы, повелители Огненного народа, владыки огня, молнии и вулканов, короли западных земель, Нару и Бхати, прибыли на Совет.
– Я, король свободных людей, торговцев и ремесленников, правитель города Бохена на северо-западных землях, Рауда Четвертый, прибыл на Совет.
Наконец, все внимание обратилось к северу.
– Я, пограничный страж, Меджед-Арэнк, прибыл на Совет.
Его глаза светились не хуже свечного пламени.
– Я, Первый Вождь стражей Заокраин, Огима-Гирмэн, прибыл на Совет.
Наг поднял лицо. На нем не было маски. На Совете воцарилась тишина. Затем Кара сдавленно и радостно вскрикнула и приподнялась, шевельнув за плечами крыльями. Нару с недоверчивым возгласом ударил кулаком по столу, а Бхати нахмурилась, силясь что-то припомнить. Рауда, Зажень, Лагдиан и Кувен выражали вежливое непонимание. Эмун провозгласила:
– Поскольку среди нас не осталось неназванных, Совет объявляется открытым.
– Демиурги тебя побери! Гирмэн, как?! – первым взял слово Нару.
– Стоит ли утомлять Совет такими историями? – отвечал Гирмэн.
– Уверена, Совет готов к этой истории, тем более что здесь присутствуют те, кто не знает даже ее начала, – сказала Эмун. – Но вначале я предлагаю обсудить другие вопросы, чтобы потом позволить стражам безраздельно завладеть нашим вниманием.