Небо нас ненавидит (СИ)

— Что здесь было? — спросил Квендульф.
— Обсерватория. Отец читал тут по звёздам.
— А почему сожгли? Чтобы врагу не досталось?
— Это сожгли имперские солдаты.
— Но зачем?
— Причина та же, что и в сожжении священного царя. Они показывают, кто теперь тут хозяин. Хотят — жгут, хотят — берут под охрану.
— Это может вызвать мятеж.
— Напротив. Жители священных городов слишком цивилизованы для большого мятежа. И будь уверен, они уже усвоили урок.
— А как же обсерватория? Она теперь ни на что не годится. Кто будет читать по звёздам?
— Царь царей захватили уже пять или шесть священных городов. К его услугам несколько обсерваторий, с полным персоналом. Есть из чего выбирать.
— Я думал, ты здесь поселишься. Предложишь свои услуги.
— Не стоит. Надо уходить. Прочь отсюда и ещё дальше.
— Можно ко мне, в Меларн. Покажу тебе дом, где жил. С мамой познакомлю. Пусть думает, что сын в чужих землях прославился.
— В Меларн нельзя. Ни тебе, ни мне. Или ты забыл, что государственный преступник первой категории?
— А ты откуда знаешь?
— Ты сам мне это сказал два назад. Когда я принимал тебя, как привратник.
— А… — Квендульф усмехнулся, — Я уже и забыл. Давно это случилось, я был ещё в рабстве.
— Ты снова там окажешься, если не будешь вести себя поосторожней. Что ты умеешь?
— Сражаться. А ещё огород, дома убрать, чиню немного.
— Ты мог бы быть хорошей женой.
— Не забывай, я ещё и сражаюсь!
— Я и говорю — боевитой женой. Сейчас этим трудно прокормиться, — Арад-Нинкилим смотрел в небо над крышами, словно надеялся прочитать по невидимым звёздам, что их ждёт, — Но скоро именно это занятие станет самым важным из дел. Земля сдвинулась, все звёзды не на месте. Значит, скоро кровавая буря.
— Вроде как при падении Старой Династии?
— Не видел. Но думаю, будет серьёзно.
Квендульф задумался. Он не очень интересовался звёздами. Но скорая война его привлекала.
— А может, меня пока царь царей в армию возьмёт? — предположил северянин, — Наберусь опыта и когда война начнётся по-настоящему, буду во всеоружии.
— Нет. Не получится, — теперь Арад-Нинкилим смотрел в кучу горелого материала, — Царь царей уже набрал своих наёмников. Теперь, когда ясно, что поход удачен, а добыча большая и к нему стекаются добровольцы даже с Южных Манговых Гор. У тебя нет шансов.
— Ну тогда давай думать, чем нам заниматься. В городе оставаться мы не можем. Здесь мало еды, остановилась торговля, есть заказы только оружейникам и куртизанкам. Вернуться в твою страну мы тоже не можем.
— Куда же мы тогда пойдём?
Арад-Нинкилим нахмурился.
— Нужно спросить у богов. Но негде. И нечем. Беда, придётся ночи ждать…
Квендульф посмотрел на него с уважением. А потом вдруг хлопнул по плечу.
— Что?
— Можешь не беспокоиться, — сказал Квендульф, — я знаю, куда нам нужно. Нам нужно в Уккар! Я знаю их язык, а ты знаешь всё остальное. И новодраконский там понимают, кто надо.
— Уккар? — Арад-Нинкилим задумался, — Я слышал название, но не знаю, как там жизнь.
— Ты знаешь всё! Как ты можешь этого не знать?
— Мы, в Священных городах, знаем только Священные Города. Остальные страны нам без надобности.
— Зато про вас, из Священных Городов, знают везде. И очень жалеют, что вас тут так много, а в их землях — так мало.
— Я не сказать, что особо всезнающий. Могу немного лечить, оберегать посевы и готовить. Умения невелеки, но когда идёшь деревнями, прокормиться можно… пока не наступит нужное время. Вот Кити-Лишар умел шить паруса и палатки. Занятие для горожанина. Но меня он этому так и не научил.
— Кити-Лишар — это какой-то друг из прошлого?
— Нет, он учил меня. Но это не важно. Я его уже убил. Идём.
К счастью, Уккар достаточно обширен и чтобы попасть туда, достаточно ехать прямо на север, пока не доберёшься моря. А дальше вдоль берега, и так до самого Морского Гнезда.
Путь получился на удивление удобным. Даже шары от ЗаБога остались нетронутыми. Жители деревень слышали об успехах имперской армии и принимали юношей за сборщика налогов и телохранителя — и подозревали, что если их обидеть, то их ждёт что-то похуже налогов. Сами жители жаловались на бедность и неурожайный год, но жареную рыба, солёный козий сыр и рыжее вино из фиников находили всегда. И расспрашивали, что задумал царь царей и какие ещё города будут захвачены.
Сами жители ничего особенного рассказать не могли. Они прятались в тростниковых деревеньках от солнца, гордых горожан, войны и новостей. Единственное, что удалось узнать — очень упитанный маг Ашшурам-аппи и его только что купленная армия здесь, кажется, не проходили.
Когда до Морского Гнезда остался день пути, возле дороге оказался скелет дракона. Высохший и пожелтевший, он казался вырезанным из песчаника. Квендульф зашёл в этот странный костяной коридор и раскинул руки, чтобы коснуться рёбер.
Этот дракон погиб, скорее всего, в Облачной Битве на последней войны Старой Династии с Империей. Это была первая и пока ещё последняя битва в истории, когда в небе схлестнулись драконы, а люди только смотрели с земли.
Несмотря на начало упадка, шансы Старой Династии в той войне были неплохи. И то, что династия не смогли ими воспользоваться, сделало её падение неизбежным.
Наконец, они увидели море, голубое, глубокое и приветливое, не тронутое тёмным речным илом. А ещё через два дня они очутились в симпатичном имперском городке Кашаме. Там были кораблики, возившие до Уккара и обратно, и один единственный постоялый двор с одеялами почти без клопов.
На корабле Квендульфу стало плохо. Маленькое судёнышко мотало даже при слабом ветре, а ещё нахлынули воспоминания о том, что он ещё недавно был невольником. Он лежал на горячей палубе, а Арад-Нинкилим отпаивал приятеля водой с лимонным соком.
Морская болезнь отступила, только когда они увидели город. Морское Гнездо расположилось прямо в устье Раксада, надёжно запирая гавань. От кораблей в гавен поднимался целый лес мачт, а за ними — городские стены из жёлтого песчаника и тропически-пышные лиственные рощи на холмах.
Когда они оказались у городских ворот, северянин замешкался.
— Что такое? — насторожился Арад-Нинкилим.
— А что, если меня обратно королю-узурпатору выдадут? — спросил Квендульф.
— Не выдадут, потому что с сегодняшнего дня ты — мой телохранитель из Иркании. В Меларне никогда не был. И не собираешься — потому ты слышал, якобы тамошние женщины бреют подмышки.
— Но я никогда не был в Иркании!
— Разумеется! Не знаешь, кем быть — притворись чужестранцем!
Они подошли к городским воротам. Краснолицый и усатый комендант осведомился, что им надо.
— Я приехал учить магии сына одного из членов городского совета, — ответил Арад-Нинкилим, — Не могу сказать какого, но и не могу вам запретить это угадывать.
А для себя отметил, что в этом городе привратники не записывают имена тех, кто входит. Возможно, не все привратники умеют писать.
— Если ты владеешь магией, то зачем спрашиваешь нашего разрешения, чтобы войти в город? — осведомился комендант, — Почему бы тебе не перелететь?
— Вы намекаете, что я ей не владею? — Арад-Нинкилим наклонил голову и собранные в хвост волосы упали на плечо, — Вы желаете, чтобы я показал, на что я способен?
— Ну, покажи.
Арад-Нинкилим усмехнулся и подошёл поближе. Щёлкнул пальцами, сделал обманный жест — и достал золотую монету у офицера из левого уха. А потом протянул на ладони, как подарок.
— Фокус детский, — сказал комендант, — но мне нравится.
И их пропустили.
Уже внутри Арад-Нинкилим вдруг спросил, не видел ли господин комендант другого жреца-мага, весьма толстого, по имени Ашшурам-Аппи. Он, Арад-Нинкилим, очень хотел бы обменяться с ним тайными знаниями.
— Был такой, просил искать его в “Лисице и якоре”,- отозвался комендант, — Это на Малой Рыночной, увидишь сразу. Но магия у него скучная. Не думаю, что он тебя чему полезному научит.