Ялмез: Воздух (СИ)

— Я не понял. Какого сотола вы тут делаете?! — со всей возможной строгостью и недоумением воскликнул Грэй.
  
Глава 7. Сила есть — ума не надо
 
Сквозь дремоту не без помощи каких-то глубоких подсознательных сил, а может просто от отсутствия тряски я поняла, что машина остановилась. Приоткрыла глаза и увидела лишь серую грязную от мусора улицу, освещаемую лишь блеклым светом двух фонарей. Я не увидела ни одного человека. Но в глаза бросилось другое.
Большоё трёхэтажное серое здание за сеткой забора с проволокой едва выглядывало из-за угла другого дома. Невольно прищурившись, я разглядела решётки на окнах, и интуиция подсказала, что именно это место мы и искали. Радости мне это не принесло.
— Доброго вечерочка, миледи, — раздался привычный задорный голос Артёма, заметившего, что я проснулась. — Если, конечно, этот вечер можно назвать добрым.
Я повернулась к нему, замечая, что он активно разминал руки и даже надел какие-то чёрные перчатки без пальцев. После лёгким движением попытался разгладить волосы, сняв шапку, но никакого результата это не дало. Отчего-то меня это позабавило.
Подавив порыв зевоты, я постаралась отогнать все остатки полудрёмы и кивнула в сторону того самого серого здания.
— Нам туда?
— Да.
Я успела поймать мысль, что всё же надеялась на обратное.
— Что это за здание? Оно похоже на больницу, — наклонила я с интересом голову и тут же поправилась: — На очень старую больницу.
— Когда-то это действительно была больница, — ответил Артём, злобно прищурившись в сторону этого здания, словно от одного вида этого сооружения ему становилось плохо. — Но несколько необъяснимых случаев заставили людей покинуть это место. А потом оно попало в руки учёным.
— Не понимаю, — отозвалась я, не скрыв в голосе нотки тревоги.
— Учёные используют это место для изучения людей с необычными способностями, — всё также терпеливо пояснил мой друг. — Они пытаются найти способ пробудить силы. Разными способами. А потом…
Артём замолк, а я в нетерпении, думая в этот момент только подругах, не выдержала молчания:
— Что потом?
— А потом эти люди пропадают, — закончил Артём, и я заметила, как он сжал руки в кулаки.
— Тогда идём скорее, — не на шутку встревожилась я и открыла дверь машины, не желая больше задерживаться ни на минуту.
— Кэт, постой, — Артём придержал меня за руку, и мне ничего не оставалось, кроме как отозваться. — Твои раны… Это была иллюзия.
— Что? — мой голос донёсся глухо.
— Тот парень, Крам, всего лишь напустил иллюзию. Достаточно мощную, раз ты так пострадала, — на последнем слове губы Артёма предательски дрогнули, но он поспешил напустить на себя беззаботный вид. — Это что-то типа самовнушения. Тебе казалось, что ты видела огонь, а твой мозг сделал всё остальное.
— Почему ты так уверен в этом?
— А как ещё объяснить то, что твоя одежда была мокрой, деревья в округе остались невредимы при том, что ты покрыта ожогами?
Я поняла, что он говорил правду, но возможность того, что я увидела обычную иллюзию, меня поразила до глубины души. Огонь ведь был настоящим! Ну, точь-в-точь! Как это могло быть просто какой-то иллюзией?
— Но как отличить иллюзию от реальности? — недоумённо уставилась на Артёма.
Тот вдруг искренне и громко рассмеялся.
— Ты сейчас задала целую дилемму, над которой до сих пор ломают головы философы.
Всё также широко ухмыляясь, мой друг вылез из машины, и я поспешила не отставать от него. Артём припарковался в отдалении, так что мы медленно направились к зданию. Временами приходилось обступать неприятно воняющие чёрные пакеты с мусором или поваленные мусорные баки, из которых доносился какой-то лёгкий шум. Невольно я поёжилась и в лишний раз искренне обрадовалась, что рядом со мной был Артём. Мы шли бок о бок, и это крохотное обстоятельство напоминало мне те, как казалось, далёкие дни до событий Ялмеза.
Подумав, что без Артёма я бы вряд ли сюда добралась, оценила его помощь и тихо пробормотала, пряча глаза:
— Спасибо.
— За что? — удивился мой друг.
— За то, что помогаешь.
— О другом и речи быть не может.
От этих слов мигом полегчало. Я поймала его задорный взгляд с улыбкой и сама улыбнулась. Злорадная мысль придала мне ещё больше сил: ну, держись, Рафел, мы уже в пути.
Возле самого забора Артём молча приложил палец к губам и повернул в сторону тёмного переулка. Я не отставала от него ни на шаг. Чуть дальше он остановился, присел, что-то разглядывая. Я внимательно прищурилась и невольно задержала дыхание.
На куче сгнивших ящиках была видна толстая красная полоса.
— Всего лишь краска, — беззаботно пробормотал Артём.
И я выдохнула.
Артём повернулся к забору и с не меньшим интересом осмотрел дыру в нём. Недоверчиво огляделся, жестом принудил ждать меня, а сам полез. Досчитав мысленно до трёх, я полезла следом. Мой друг встретил меня недовольным взглядом от того, что я не дождалась его команды, но промолчал.
Мы оказались во дворе. Здесь вид был не лучше: всё также разбросаны пакеты с мусором, какие-то коробки, банки, а около входа стояли две машины, которые я тут же узнала. И только в тот момент я окончательно убедилась, что мы приехали, куда нужно. Не хотелось терять ни минуты, но Артём неспешно осматривал место, умеренно приближаясь к зданию. Я быстро догнала его, и мы оба отправились к главному входу.
Мы вошли тихо, едва дыша, и тут же прижались к стенке, увидав длинный тускло освещённый коридор, который несколько раз разделялся. Я неуверенно осмотрела всё, приметив жёлтые двери с номерами, и не удержала настырный вопрос:
— Как мы их найдём? Здание ведь огромное.
— Думаю, я знаю, куда их повели, — ответил Артём и двинулся вперёд.
Припрятав другие настырные вопросы за зубами, я поспешила за другом, соглашаясь с мыслью, что сама бы потерялась тут в два счёта.
Мы свернули пару раз, проходя мимо стеклянного кабинета, в котором горела одна лишь лампа, оголяя самые разные предметы: мензурки, воронки, реторты, перегонные трубы, кипу бумаг. Прошли мимо небольшого холла с железными скамьями и давно засохшими цветами в увитых паутиной горшках. Мимо однотипных пожелтевших дверей, за одной из которой вдруг раздался шум, словно что-то тяжелоё упало на плитку. От внезапного громкого звука я схватила шедшего рядом Артёма за руку, тут же осознав свои действия и покраснев. Мой друг, на моё счастье, не глянул на меня, а сжал руку покрепче и скорее увёл подальше.
Внезапно раздался ещё более громкий удар. Мы с Артёмом одновременно замерли напротив широких дверей, откуда и доносился шум. За грохотом послышались бьющееся стекло и неразборчивое рычание дикого животного. А следом и человеческих воплей.
— Успокоительное! Срочно! — расслышали мы в огромном хаосе грохота.
За дверьми происходило нечто пугающее. Рёв не умолкал, стекло всё билось, и грохот лишь нарастал, словно кто-то бросал во все стороны нечто тяжёлое.
Мне вдруг стало по-настоящему страшно, и я сделала пару шагов назад, что говорило о том, что я хотела бы поскорее убраться отсюда. Артём, кажется, не был против.
Но двери внезапно с силой распахнулись, и что-то огромное полетело в нашу сторону. Инстинктивно я разомкнула наши с Артёмом руки и прижалась к стене. Скрученная не по-детски медицинская каталка с грохотом повалилась на плитку в стороне. Артём с не меньшим удивлением осмотрел это чудо, прижавшись к противоположной стене, и нахмурился.
Я повернулась в сторону открывшегося кабинета, откуда раздавались дикие звуки, и обомлела.
В центре небольшого медицинского помещения, окрашенного в серые тона, забитого неизвестными приборами и побитым стеклом, стоял невысокий юноша в одних только тёмных брюках. И всё бы ничего, если бы он не держал высоко над головой ветхий расцарапанный стол, который не повременил забросить куда-то за поле моего зрения. Оттуда донеслись очередные человеческие вскрики. В другом углу я приметила лежащего в белом халате человека. А рядом с ним корчился ещё один парень, не отводя заполненные немым ужасом глаза от виновника хаоса.