Формула гениальности

Детям всегда непонятны трагедии взрослых. Со временем все образуется. Он будет приходить к отцу и видеть его, когда захочет. Но поймет ли он его, даже став взрослым? И простит ли? И можно ли вообще простить безотцовское детство?
Расул и Динара… Динара и Расул… В душе Наркеса боролись два великих противоречивых чувства. Из-под руки его, прикрывавшей глаза, медленно покатились слезы.
– Что с тобой? – удивилась Шолпан, взглянув в его сторону, и шутливо добавила: – От радости, что ли, плачешь?
– Вспомнил Расула… Как он там без нас? Мы ведь не были дома уже двенадцать дней…
– Да, я тоже соскучилась по нему…
Наркес, откинувшись в кресле, с закрытыми глазами, думал о своем.
Мысли его, опережая полет сверхзвукового лайнера и оставляя его далеко позади, уносились к родной земле. Их ждали друзья, родственники, знакомые, коллеги – весь советский народ. Впереди была Алма-Ата. Впереди был Казахстан.
Впереди была Родина.