Побег из Города Теней (СИ)

— Простите, вы не подскажете, где я могу найти Медиума, — спросила у притаившегося в тёмном проулке оборотня.
— Ар-р-р! — ответил мне волк, клацнув внушительного вида челюстью.
Я отбежала в сторону.
— Кажется, Ариша, ты совсем потеряла страх. Видимо, волки здесь не такие уж приятные, как в фильме Сумерки и тому подобных произведениях, — пробормотала, отступая спиной.
Он не сводил с меня кроваво-красного взгляда, а в какой-то момент и вовсе пошёл следом. Наступая, пугая своей хищной сутью и огромными размерами. Густая серая шерсть встала дыбом и он показался ещё более крупным, чем был до этого. Будто я не была напугана его предыдущими габаритами!
— Приплыли, — подвела итог глупому и непродуманному отступлению, упёршись спиной твёрдую и холодную стену.
— Р-р-р, — рыкнул волк устрашающе.
Я же с философским спокойствием следила за тем, как он приближается ко мне. Только и думала, что странный господин в цилиндре оказался совершенно прав. Я не то, что суток не продержалась в тёмном городе, и часу не прошло, как вляпалась, притом по собственной глупости и чрезмерной наивности.
И не спасла ни родителей, ни бабушку с дедушкой. Про себя — и вовсе молчу.
— Так, мне нельзя сдаваться, я здесь по делу вообще-то, — вдруг определилась с положением вещей и со своим состоянием.
Руки забегали по стене, пытаясь нащупать хоть что-либо, похожее на оружие. С волком мне, конечно, не справиться, но вдруг. Прежде, чем сдаваться, нужно попробовать выиграть. Удача любит смелых. И дурных. Может, самая бесполезная на первый взгляд мелочь окажется моим лотерейным билетом.
Кирпичная кладка была шершавой, прохладной и чуть влажной. Ни тебе волшебных артефактов, ни вмурованных тайников с супероружием, ни лазов, куда можно провалиться «сквозь стену» и оказаться в безопасности, а заодно найти сундук с золотом или ещё что-либо восхитительное и загадочное, как и сам волшебный Город, в который я практически влюбилась. Жаль, не взаимно, если верить джентльмену в цилиндре.
Волк приблизился, оскалил пасть, рыкнут тихо, угрожающе. Я поморщилась от неприятного запаха, не собачьего, дружелюбного, привычного, а мерзкого, гнилостного, словно он недавно съел что-то кровавое… Может, ещё одну дурную попаданку, верящую в сказки?
«Никогда не жди помощи со стороны, не доверяй безоглядно, Арина, верь лишь в себя», — часто приговаривала бабушка. И я жила с этим заветом всю жизнь. Только вот сейчас не знала, как он может мне помочь и может ли вообще.
Но в этом городе всё неспроста. Если я вспомнила эту фразу, значит, она ко времени и к месту.
Оборотень не торопился. Принюхивался. И явно не чувствовал с моей стороны никакой угрозы. Да и что я, миниатюрная девушка, могу противопоставить машине для убийства с повадками настоящего, вовсе не ручного, хищника?
Шерсть на загривке зверя вздыбилась и я инстинктивно сжалась, уменьшилась, почти вросла в стену. Холодный пот заструился по шее, щекоча, отвлекая, смешиваясь с обступившим нас враз туманом, столь же беспощадным, что и хищник напротив. Последний мягкий, бесшумный шаг и он касается смрадным дыханием моей кожи.
— Вон! — раздаётся голос. Он полон стали, звучит уверенно и решительно, так, словно говорящий — хозяин нашкодившего пса, а не жертва обстоятельств. — Пшёл вон!
И я вдруг осознаю, что никого рядом нет, спасителя в виде принца на белом коне тоже ожидать бесполезно, а потому командую парадом именно я. Только эта Я какая-то другая, смелая, бесстрашная, собранная.
Чувствую, как руку холодит что-то тяжёлое, опускаю взгляд — кинжал. С красивой рукоятью, длинный, стальной или серебряный. Только вот, что с ним делать? Смогу ли я вонзить в настоящее живое существо оружие даже в настолько боевом настрое?
— Р-р-р, — рычит зверь так раскатисто и страшно, что я почти прощаюсь с жизнью.
Я не могу убивать. Я не такая.
Я. Не. Убийца!
— Может, попробуем договориться, а? — произношу чуть заискивающе, про себя поражаясь, как Город изменил меня. Похоже, я уже и сама не совсем человек. Ничему не удивляюсь, всё принимаю как должное, даже собственная смерть не страшит. А ведь до неё — лишь мгновение.
— Р-р-р? — Зверь, кажется, озадачен. Наверное, их или убивают сразу, профессионально, безжалостно, или беспомощно сдаются, поорав для приличия.
— Ты ведь наверняка хороший, да? Давай ты уйдёшь отсюда по-хорошему, а я не буду втыкать в тебя серебро? Я успею, я быстрая, — предложила так, словно рядом со мной находился человек. Но ведь оборотни когда-то были людьми. Вдруг, сработает. — Будь человеком, а?
Намёк на оружие ему не понравился. Огромная серая лапа с пятисантиметровыми когтями взметнулась в воздух, норовя ударить меня. Бежать было некуда, и я поступила так, как поступила бы в своей прошлой жизни, не сказочно-магической, — зажмурилась и заорала как сумасшедшая. Руки же попытались оттолкнуть, закрыть, спасти лицо от страшного удара, однако его не последовало.
Приоткрыла один глаз, посмотрела сквозь пальцы. Никого. Выпрямилась и хотела уже улыбнуться магии города, спасшей меня, бестолковую новоприбывшую, как вдруг увидела у своих ног молодого мужчину.
Совершенно обнажённый, он сидел на холодной и влажной каменной мостовой и крутил головой, словно приходя в себя.
— Э-э-э, — протянула я удивлённо, — вы — волк?
— Я? — Мужчина поднял ко мне лицо и я обомлела. — Убери бабочек, они слепят меня.
— Каких бабочек? — Я ненароком подумала о тех, что порхают в животе у влюблённых. Да и как было не подумать, когда мужчина выглядел убийственно прекрасно. Мощный, сильный, подкачанный во всех доступных моему взгляду местах. И красивый. Пепельный блондин с ледяными серыми глазами.
— Серебряных и синих. Одни звенят крыльями так, что голова раскалывается, вторые причиняют боль. Или они все? Убери! — потребовал он.
— А вы не превратитесь… ну, назад? — уточнила на всякий случай.
— Нет, — тихо ответил он, зажимая уши.
— Бабочки, ко мне! — скомандовала я, не видя ни одной из них. Но раз человек просит — пожалуйста, мне не сложно. — Сработало?
Мужчина посмотрел на меня, как на сумасшедшую, но кивнул.
Я бросила взгляд на часы, больше по привычке и чтобы успокоиться. Они по-прежнему показывали то же время — пять часов и семнадцать минут, только вместо привычных мне маленьких изумрудов их украшали синие и белые камни.
Артефакт! Бабочки — это мои камни из часов! Вот это открытие! Выходит, изумруды, украшавшие часики прежде, — это куколки моих защитниц.
А человек-цилиндр обозвал меня бесполезной для города и посулил скорую смерть. Может, ошибся? Про часы-то я ничего не говорила.
Между тем, мужчина поднялся и из двухметрового волка превратился в такого же двухметрового человека. Красивого и обнажённого. Я смутилась и подняла взгляд на его лицо.
— Вам нужна одежда, — промолвила, алея щеками как девица на выданье.
— Да что вы говорите, — язвительно поддержал диалог оборотень в человеческом обличье.
— Нет, ну вы можете, конечно, обернуться обратно, но будьте так любезны, сделайте это подальше от меня. Второй раз расколдовывать вас я не собираюсь.
— А как же поцелуй прекрасной девственницы? Вы обошлись без поцелуев, это не по правилам, — заявил он с претензией.
— Да вы там, я посмотрю, в своём волчьем обличье совсем одичали!
— Пойдёмте. Мне нужна одежда, а вам, юная леди, защита.
— Мне не нужна никакая защита, я сама прекрасно справляюсь. Видите, даже оборотни у меня принимают человеческий вид. От страха.
Я демонстративно и очень ненатурально улыбнулась. Пусть видит, что я смелая и сильная, а не трусиха какая-нибудь, а ещё с характером. И справлюсь безо всяких… блохастых. Хотя, теперь, скорее, обнажённых.
Однако этот прохвост… Ой, у него ведь уже нет хвоста. Этот негодяй и ухом не повёл. Не согласился, что перевернулся со страху!
— От вашего визга, скорее. У меня едва не лопнули барабанные перепонки. Вы откуда? — вдруг перешёл он без предисловий к вопросу моего перемещения в Город.