Биокомпьютер. Том 1: Становление (СИ)
Хотя сути это не меняло. Её можно было сравнить с магловскими наркотиками, поскольку немногие могут сопротивляться искушению, а следовательно — остаться самим собой. Причина довольно проста: тёмная магия объективно сильнее светлой, а её арсенал весьма разнообразен.
Дарованное ей могущество, точно также как и власть искушает человека, заставляет отказаться от самой дорогой части личностного «Я» — совести. Многие утверждали, что она врождённое проклятие каждого из людей, но Альбус искренне жалел тех, кто размышляет подобным образом.
Именно совесть помогала им всем осознать свои ошибки. Она не представляла из себя внутреннюю «черту» в их разуме, но была тем самым фундаментом, на котором и строилось человеческое мышление.
Дар, а не проклятие. Дамблдор раньше считал своего ученика необычайно одарённым юношей, и только сейчас с горечью понял, что главного дара тот был лишён, видимо, ещё с рождения.
— Ты наверное думаешь, что я безумец, ну или ярый фанатик чистоты крови… — Волан-де-морт по какой-то причине не напал сразу же, а решил сперва в последний раз пообщаться со своим бывшим наставником.
«О, да! Опять это дурацкое разделение».
Будучи молодым, Дамблдор по горло наслушался вдохновляющих речей Геллерта о всеобщем благе, большая часть из которых была посвящена именно глупому по своей сути разделению человечества на «простецов» и «высшую расу».
К своему стыду, он даже поначалу искреннее поддерживал Грин-де-Вальда, ибо так и не простил маглам то, что они сотворили с его сестрой.
Однако потом Альбус осознал, каким всё-таки идиотом был в то время. Сейчас среди его знакомых можно было встретить и маглов, некоторые из которых были на практике достойнее большинства радикальных консерваторов вместе взятых.
Не бывает идеальной расы, как и не бывает идеальных людей. Судить определённую личность нужно исключительно по её поступкам, а не по наличию крэйлинтов в организме или происхождению.
— Так вот: всё это полная хрень. Я не ненавижу маглов, они всего лишь скот, приносящий мне прибыль. — Продолжал заливаться соловьём Реддл, с удовлетворением разглядывая выражение лица директора. — Сотни, тысячи тёмных магов по всему миру скупают у меня «погибших»… — Том жестом изобразил кавычки. — …в промышленных масштабах. А вместе с этим я достиг таких высот в некромантии, какие тебе и не снились.
— Так все это лишь ради денег? — От шока Дамблдор даже слегка опустил палочку, будучи не в состоянии поверить в такой очевидный мотив. — Ради них ты убивал миллионы ни в чем неповинных людей?
Минутой ранее он искренне думал, что Том не безнадёжен. Но теперь… ему придётся многое пересмотреть.
— Ну да. — Реддл пожал плечами. — За деньги приобретается власть, артефакты, да всё что угодно! От остальных благ я разумеется также не отказываюсь. Считаешь меня моральным уродом? Твоё право, но посуди сам: ежесекундно в мире погибает приблизительно три магла, но несмотря на это, размножаются они куда активнее, в следствии чего их генофонд непрерывно растёт. Миллион-другой — их все равно бесчисленное множество, особенно в Африке и Индии, где их никто даже и не подсчитывает-то толком. Существование этого биомусора лишь приближает цивилизацию к тому дню, когда планета исчерпает все свои ресурсы, а ведь маги не останутся в стороне. Кстати, вместо того, чтобы бороться со мной, ты мог бы при помощи магии изобрести вакцину от СПИДА, способ излечения рака четвёртой стадии… а затем внедрить собственную разработку в магловский мир под видом какого-то нового научного открытия. Статут? В твоих руках сосредоточена не меньшая чем у меня власть, ты способен провернуть это без вреда нашего раскрытия.
Дамблдор предпочёл промолчать. Бессмысленно объяснять ученику те вещи, понять которые тот просто не в состоянии. Это было даже забавно: они считали друг друга ограниченными. Имеющий нерушимые принципы Альбус не понимал, как можно думать исключительно о себе любимом, плюя при этом на окружающих. А лишённый каких-либо внутренних задержек Реддл в свою очередь точно также не понимал, как можно отказываться от личной выгоды ради абстрактных высоких идеалов.
Если бы Дамблдор действительно сделал так, как говорил Волан-де-морт… магловские учёные непременно нашли бы способ превратить его изобретение в химическое или биологическое оружие. Какие события непременно последуют за этим — догадаться нетрудно.
Он не знал, когда будет третья мировая, не знал, какое будет вооружение у противоборствующих сторон. Однако одно он знал точно — на момент начала четвёртой, из семи миллиардов останется в лучшем случае сотня миллионов выживших, и не факт, что среди них окажется тот самый «добродетель».
Порой прогресс ведёт к весьма печальным последствиям. Немногие умеют правильно распоряжаться полученными знаниями, это касается и магов в том числе, ведь не зря информация о тёмной магии по возможности скрывается от общественности.
— Молчишь? — Понимающе усмехнулся Том. — Правильно делаешь, потому что вся эта твоя хвалёная доброта, справедливость… всё это обычная чушь, сколько бы ты не говорил об обратном. И чистая кровь точно такой же бред, оправдывающий банальную жестокость. Знаешь, я много раз говорил тебе, что живу в театре, и это действительно так. Ты, Фрэнк, Сохатый, Бродяга, Долиш, Бруствер… каждый из вас окрасил наш бесцветный мир в разноцветные краски и считает, что в соблюдении моральных принципов есть хоть какой-то смысл. А вот мои пожиратели наоборот, мнят себя вершиной эволюции, высшей расой… они наивно полагают, будто свободны, будто их не сдерживает то, во что вы так верите. На деле же — вы все жалкие, второсортные актёры, неспособные на другую роль! Если бы ты знал, как мне было трудно отыгрывать сразу два образа… Но ничего, порядком затянувшийся спектакль совсем скоро придёт к логическому завершению.
— Это вряд ли. — Возразил Альбус, мысленно готовясь к поединку.
Он не хотел убивать Тома, ведь у него все ещё стоял перед глазами одиннадцатилетний ребёнок с пылающими от восторга глазами, а не матёрый убийца и опытный интриган-психопат.
Но у Альбуса не было выбора. Он пожалеет себя после сражения, ну, а сейчас…
«Пришло время исправить ошибку всей моей жизни».
***
Волан-де-морт терпеливо выжидал, когда порядком разозлённый старикан начнёт атаку. Ждать пришлось недолго: в него полетело сразу несколько оглушающих заклинаний, следом за которыми Альбус трансфигурировал из песка трёхметровых в высоту песчаных скорпионов, не забыв по ходу дела наколдовать вокруг себя защиту высшего качества.
Реддл же в свою очередь, ловко уклонившись от всех лучей, активировал свой первый козырь: броню Годрика Гриффиндора. Спустя секунду на месте молодого брюнета в синей мантии возник двухметровый воин в золотистой броне. В руке у него материализовалось копьё идентичного окраса, а глаза из прорезей шлема (напоминающего собой по форме голову льва) вспыхнули алым цветом.
Не теряя ни секунды, Волан-де-морт выпустил из копья каскад чёрных молний, стараясь попасть противнику в голову.
Он заранее наложил на это место комплекс всевозможных сдерживающих чар, и теперь Дамблдор при всем желании не смог бы покинуть бой, даже при помощи своей ненаглядной птички.
Увернувшись от хвоста одной твари, Реддл взмахом руки преобразовал песок у себя под ногами в гигантскую змею, а сам, активировав «крылья тьмы» взмыл в воздух, но там ему сразу же пришлось вновь уворачиваться, правда уже от струи багрового пламени высшего заклинания порядка.
На протяжении двух минут они продолжали обмениваться заклятиями, в то время как созданные при помощи магии твари чуть поодаль также сражались друг с другом.
Том не жалел крэйлинтов на высшие проклятия, используя копьё как катализатор. «Чёрная смерть», «Стрела разложения»… он снова и снова атаковал Альбуса, но старик с завидным упорством отражал лучи или принимал их на свой магический щит.
Но и атаки Дамблдора не приносили никакого результата, поскольку зачарованная броня одного из основателей Хогвартса работала более чем исправно.