Эльфийская сага. Изгнанник

Гелеган, - едко выдал Габриэл.
- Ах ты… – Вскипел старик, оскорбленный тоном мальчишки.
Зазвенели кольца и браслеты – Гелеган что-то выхватил из широкого рукава, и под
ноги парня полетело малахитовое ожерелье; темно-зеленые каменья с рисунком
павлиньего пера запылали золотом, рассыпая по зеркальному полу изумрудные и
118
хризопразовые отблески. Шерл узнал украшение – он сам сорвал его с Белого Лебедя и
передал Брегону в ночь Иссиль.
Жители заметались на местах в попытках рассмотреть, что выбросил
главнокомандующий.
Меж плотных рядов прокатился шепоток:
- Подвеска. Это подвеска-ожерелье.
- Уважаемые лорды и леди! Габриэл, сын Бриэлона лжет! – Гелеган спустился на
одну ступень и ослепил собравшихся серебром одежд и обилием драгоценностей. – Как
мы все помним, это украшение было на наемнице в день покушения на Теобальда. Она
ранила Его Величество и бежала. Облава, устроенная им, - он ткнул кривым и сухим
пальцем в Габриэла, - не увенчалась успехом, потому что он позволил ей уйти. Они давно
были в сговоре! Это украшение мы нашли в доме старшего маршала. Вот оно, доказательство! Его хватают в момент, когда он мыслит о преступлении против короны, а
в его доме находят подвеску, принадлежащую Белому Лебедю!
Габриэл спокойно слушал старика, хотя его кровь кипела от гнева, а самого его
трясло. Дикую злость выдал отчетливый металлический звон его тона:
- Ты - подлый обманщик! Твоя ложь не сойдет тебе с рук.
- Скажите, заключенный, - чуя, что нащупал точку для удара, тот усмехнулся: - как
давно вы с Белым Лебедем любовники?
Толпа охнула и хлесткая брань, брошенная Габриэлом в лицо обнаглевшему герцогу, утонула в шуме потрясенных голосов. Старик махнул рукой и не упустил шанса его
оскорбить:
- Все с тобой ясно, сопляк.
Гвендолин побледнела; слезы застыли на ее щеках осколками серебра. Девушка не
верила ушам: благородный лорд Габриэл, приемник Теобальда и убийца по прозвищу
Белый Лебедь любовники? Нет, замотала она головой – этого не может быть.
Граф Вигго вскочил с каменной чаши и закричал:
- У вас нет прямых доказательств!
- Да! Да! – Поддержала Вигго одна половина толпы.
- Вот оно доказательство! Подвеска! – Кричали другие - сторонники власти Брегона.
- Молчать! – Ревел конвоир, бряцая копьем о мраморный пол. – Молчать! Тишина!
Солнечные эльфы, поставленные на колени и окруженные конвоем, вжимали голову
в плечи, затравленно озираясь по сторонам. Левеандил и Рамендил закрыли глаза и
опустили головы, они-то ждали быстрой казни, а окунулись в смертельно-опасный ураган
страстей и интриг королевского двора исчадий ночи.
Эллион пошевелился и перевернул голову. Золото коротких волос стекло с
истощенного эльфийского лица и он застонал. Тупой удар в макушку ненадолго выбросил
его в темноту. Открыв глаза и уперев руки о зеркальный пол, лучник попытался встать, но
ладони оскользнулись и он рухнул под гадкие смешки конвоиров.
- Лежите, - прошептал Левеандил, - вас ударили по голове.
- Я думал, нас уже казнили. – Удивился Эллион, опускаясь на прохладный, вспыхивающий искрами, пол – голова страшно болела, а вокруг стоял такой ор, что в
сравнении с ним камнепад на крутых склонах Гор Жизни – просто детский лепет.
- Нет, пока мы живы, - ответил юноша, устремляя взор в спину Габриэла. Надежда
на чудесное спасение из кровожадных лап исчадий не покидала юное бесстрашное
сердечко Око Бури. Все свои надежды он связывал почему-то с дерзким и непокорным
темным эльфом, смевшим перечить тирану-королю.
- Молчать! Молчать!
Скрипя зубами, эльфы умолкли. Свет фонарей потускнел, залился серым скорбным
оттенком - серебро и чернь вокруг поблекли. На площади стало сумрачно, точно в склепе
Вечной Тишины. Дуновение ветра иссякло (над Верхним Миром наступил мертвый
штиль), и воздух столицы налился духотой с примесью тяжелых металлов.
119
Селена подняла голову и посмотрела в просветы остроухих голов. Габриэл стоял у
ступенчатого возвышения, статно расправив плечи и гордо вскинув голову. Женщина
нахмурилась: едва заметная дрожь плеч выдавала его – он горел огнем ярости, и одной
Иссиль было известно, каких усилий ему стоило держать себя в руках подле
ухмыляющегося Гелегана и взирающего с высоты собственной значимости Брегона.
Гвенолин до боли сжала ее ладонь и прошептала:
- Король готов вынести приговор.
Владыка шевельнулся, поднял руку, залитую блеском колец, и привлек внимание.
- Решение короля! – Звучно возвестил герольд.
Взвыл горючий горн.
Королевские писцы крепче сжали перья и посмотрели на повелителя. Они перевели
уйму шелковой бумаги, фиксируя все сказанное на судебном разбирательстве. Осталось
запечатлеть самое важное.
- Габриэл, сын Бриэлона! В шестой день одиннадцатого месяца Года Созвездия
Серны ты признаешься виновным в сговоре с Белым Лебедем и убийстве короля
Теобальда! Ты и твои сообщники признаются виновными в заговоре против короны и
попытке переворота! Ты и твои сообщники приговариваются к смертной казни!
Толпа ошарашенно выдохнула. Одни закричали «да», другие «нет», третьи еще что-
то. Скучавший на помосте орк-палач вскочил, схватил топор и нижайше склонился, дернув кончиком