На одинокой дороге (СИ)

— Если нет, то и покупать будет некого, а волка я возьму по обычной цене.
— Верно, но если победит Крис, а волк пострадает, то ты оплатишь и его.
— Ладно — нехотя ответил Жуан, — это будет честно.
Джорг стоящий над клетками что-то вопросительно промычал. Вероятно, он был немой, но Теодор его понимал.
— Да, Джорг, начинай. И сразу уходи оттуда.
Джорг опять начал мычать.
— Прости, но волку тоже может не повести… давай уже!
В клетку к Эрику проворно нырнула гигантская пятерня и прижала его лицо к решетке. Вторая лапа начала развязывать веревку на руках за спиной.
Волк с прижатыми к голове ушами, поднятой в оскале губой бешено грыз решетку в полудюйме от лица Эрика. Ярился, брызгая в глаза слюной, гортанно рычал. Эрик, сжав зубы смотрел на него, понимая, что сейчас окажется с этой тварью один на один. Ему освободили руки.
— Надо было ему все-таки дать палк… 
Эрик просунул свободные руки сквозь обе решетки и ухватив волка за шею, рванул на себя.
Зверь подавился прутом решетки, на которую Эрик его продолжал насаживать, исступленно завозил лапами, пытаясь вырваться.
Эрик откинулся к задней стенке, уперся ногами в решетку и с силой сжимал волчью глотку. Густая шелковистая шерсть стала выскальзывать из рук, но Эрик вцепился и продолжал тянуть. Волк заскулил, но остервенело вырывался.
Сбоку запестрели разноцветные шкуры. Джорг что-то ухнул растеряно, заревел. В клетку опять влезла пятерня, Эрик, не отпуская волка вцепился зубами в руку охотника.
Теперь заскулил Джорг. Он пытался вырвать руку, но тоже бесполезно. Брызнуло красным, во рту у Эрика стало солено. Обе клетки ходили ходуном, стучало дерево. Джорг дико заревел и рванул руку на себя. Вырвался, упал на песок арены и с ужасом уставился на свою ладонь. Эрик выплюнул мясо в морду волку и хищно улыбнулся окровавленным ртом. Желтые глаза потускнели, стали закатываться. Зверь перестал теребить лапами и медленно оседал на пол клетки. Эрик продолжал жать, боясь ослабить хватку.
Спустя минуту, единственным звуком на арене были всхлипывания Джорга, державшего на весу изуродованную руку.
— Я как-то даже и не успел понять, — а что случилось-то? — Голос у Теодора был растерянный.
— Однако…  — это уже Жуан.
— Значит, берешь? — Теодор уже пришел в себя. — За сто?
— Нет.
— То есть, как нет?! Уговор как же?
— У нас с тобой был уговор, что я его куплю, если он победит волка после того, как они выйдут из клеток. Они не вышли.
— Но… Ты же сам… Как ты… Ну ты и… 
— В одном ты прав. Боец неплохой. Но мне такой не нужен. При дворе султана его не примут, там только недомерков ценят, а обычному ланисте, я его все равно не смогу перепродать, чтобы в накладе не остаться. Это мне придется и им представление с волком показывать? Хлопотно и ненадежно. Прости.
Жуан ушел. Теодор свесился из беседки и разражено крикнул:
— С тобой одни проблемы. Хлопотный ты товар! Надо было тебя сразу убить!
— Ага. Мне часто это говорят, — криво усмехнулся кровавым оскалом Эрик. И сдул с ладоней шерсть.
Конец первой книги