Призванная для Дракона (СИ)

Ей нужны доказательства. Более весомые, чем те, что можно объяснить амнезией.
Отложив зеркало, она опустошила ларь и все переложила на пол. Кроме тряпок внутри ничего интересного не оказалось, но Тая не теряла надежды.
Должно! Должно быть хоть что-то!
Она обстукала стенки в поисках тайника.
Если он там и был, то она его не нашла. Но сдаваться не собиралась.
Вернув вещи на место, она обратила внимание на книги. Все они были в кожаных обложках, с металлической окантовкой на углах, и замкнуты на замочки из тусклого металла, подозрительно напоминающего черненое серебро. На каждом замке виднелась интересная гравировка: дракон, замерший в полуобороте с распахнутыми перепончатыми крыльями.
Тая покрутила книги в руках, понюхала. Разочарованно подергала замочки.
Ее взгляд скользнул по столу, к единственной раскрытой книге. Крейн не успел убрать ее перед тем, как уйти.
Сев за стол, Тая придвинула эту книгу к себе. Перелистнула пустые страницы, потом вернулась в начало. Бумага была плотной и гладкой на ощупь, не такой, как в обычных книгах или тетрадях. А текст и в самом деле больше всего напоминал восточную вязь.
так напряженно вглядывалась в строчки, пытаясь разглядеть в них хоть что-то знакомое, что какой-то момент зрение ее подвело. Словно облачко нашло на глаза, и буквы поплыли, изменяя форму.
Тая моргнула.
Потом моргнула еще раз.
Потом протерла глаза руками.
Странный туман исчез, но легче не стало. Буквы остались прежними, только теперь она понимала, что там написано…
— «…Десять тысяч шестьсот пятьдесят девятый день, — прочитала, водя пальчиком по рукописным строчкам. — Сегодня кое-что изменилось. К моим дверям впервые за последние тридцать лет пришла человеческая дева. Подозреваю, она сбежала из крепости. Мой братец и его свита не слишком любезны со своими наложницами. А эта еще и беременна. Сбежала, пыталась покончить с собой, но вместо этого лишь навредила ребенку. Я должен был отправить ее назад, пока за ней не пришли. Но не смог.
Ее ребенок позвал меня. Это возможно только если у нас близкое родство. Не хочу развивать эту мысль, но она засела мне в голову.
Впрочем, неизвестность скоро развеется. Как только ребенок родится, его отец узнает об этом и придет.
Что-то подсказывает, что я буду не рад этой встрече…»
Уронив книгу на стол, Тая замерла немом потрясении. Потом начала быстро листать, просматривая страницы, заполненные твердой рукой.
Дневник.
Перед ней лежал дневник хозяина этого дома, точнее, его последняя часть. История мужчины, который оставил все, что имел, и ушел в добровольное изгнание.
Здесь не было личных переживаний, только сухие факты. Похоже, Крей сознательно не доверял бумаге то, чем не готов был делиться вслух.
Но и того, что Тая смогла прочитать, хватило, чтобы она поняла: с ней случилось нечто невероятное. Если этот мужчина не великий мистификатор, тона попала по полной.
Ее новый облик — не результат пластической хирургии. И дракон, пролетевший над окном, ей не почудился.
***
Крейн вернулся утром. Бросил на Таю угрюмый взгляд и положил возле печки подстреленного зайца. Потом молча снял с себя куртку, засучил рукавами, сев на лавку, начал свежевать тушку.
Тая слышала, как он вошел в дом. Всю ночь она просидела без сна, боясь задремать хоть на минутку. Зато у нее было время обдумать свое положение и поразмыслить над будущим.
А еще в чугунке оставалась похлебка, в ведре — ключевая вода, а в углу за печкой нашелся ночной горшок. Она терпела, сколько могла, но, в конце концов, природа оказалась сильнее.
Когда стукнула входная дверь, Тая успела сосчитать до десяти, покаркай вошел в помещение. При его умении двигаться почти молниеносно, это было слишком долго. Но значит ли это, что Крей задержался? Или внешняя комната была больше этой?
При его появлении девушка не двинулась с места. За ночь она прочитала его дневник. Теперь в ее голове вертелась куча вопросов, которые один нормальный человек не мог задать второму без боязни, что его сочтут сумасшедшим.
Но Тае нужно было услышать ответы. Пусть даже ее безумие подтвердится.
Некоторое время она молча наблюдала за Крейном. Тот ловко содрал шкурку с зайца, точно перчатку снял, и бросил окровавленную тушку на стол. Затем поднялся, расправляя могучие плечи, зачерпнул ковшом из ведра и поднес воду ко рту.
Кажется, это был самый удачный момент, чтобы спросить.
— Вы дракон?
Она рассчитывала, что мужчина поперхнётся от такого абсурдного заявления. Но ее ожидания не увенчались успехом.
Неторопливо опустошив ковш, Крей посмотрел на нее.
— Да.
— Из клана Обсидиановых? — уточнила, чувствуя, как нелепо это звучит.
— Да.
— Отец моего ребенка тоже дракон?
Он кивнул.
— И ребенок мой тоже… дракон?
— Дёрг. Мы себя называем драгами. Драконы на самом деле не слишком разумные существа.
— Но они существуют?
— Конечно, — он пожал плечами, апортом указал на что-то у нее за спиной. — Это Тарк.
Тая оглянулась и потрясенно застыла.
Свет за окном померк. Его закрыла громадная голова с вытянутой зубастой пастью. Она была повёрнута в профиль и покрыта крупными чешуйками, как у рептилии. А еще украшена роговыми наростами.
Неведомый зверь, кем бы он ни был, прижался к окну, заглядывая внутрь одним глазом. Глаз был размером с крупное яблоко, прозрачно-желтый, с узким вертикальным зрачком.
И смотрел прямо на Таю.
Пару минут они молча пялились друг на друга, потом глаз моргнул третьим веком и исчез.
Тая выдохнула, чувствуя, как внутри все опускается.
Вот, что и требовалось доказать.
Крейн по-своему понял ее реакцию.
— Не бойся, он не тронет тебя.
Но она об этом даже не думала. Ее мысли занимало другое. Гораздо легче было убедить себя в том, что сошла с ума, чем в том, что попала в другой мир.
Господи, да какой другой мир?!
Весь разум Таи восставал против такого насилия. Она не была поклонницей фантазии и слыхом не слыхивала о разного рода «попаданцах», населявших современную литературу. А все ее знакомство с драконами ограничивалось попыткой посмотреть фильм «Эра драконов». Попыткой, потому что тот фильм показался Тае полной ерундой, иона его бросила на середине.
Тая читала только журналы полрукоделия и кулинарии, да еще смотрела различные ток-шоу и сериалы на канале «Россия». Она была хрестоматийной домохозяйкой и никак не могла попасть в другой мир.
Ну никак!
И все же это случилось.
Теперь можно было сколько угодно кричать и топать ногами, требуя, чтобы ее вернули назад…
Только куда «назад»?
К мужу, которому она не нужна? К новым выматывающим попыткам обрести женское счастье?
Руки девушки машинально легли наживёт.
Нет, она не готова расстаться с этим подарком. Ведь это подарок же? Она не отдаст его никому.
Та, в чье тело она попала, не хотела, чтобы этот ребенок родился. Крейн прав: та девушка пыталась покончить с собой и убить младенца.
Но Тая не та, Тая — другая.
Пусть она попала в чужой непонятный мир, пусть здесь у нее нет никого кроме нелюдимого отшельника и еще народившегося малыша, пусть она не знает, что ждёт впереди…
Но в одном она может поклясться уже сейчас: она не даст своего ребёнка обиду.
Дёрг — не дёрг, какая разница? Это ее малыш!
Она бросила быстрый взгляд на Крейна.
Крейн тоже дёрг, но выглядит вполне по-человечески. Одна голова, две руки, две ноги. Очень даже симпатичный мужчина. Если бы еще улыбался, вообще стал бы неотразимым!
Одно только покоя не дает: почему при мысли об отце ребенка ее охватывает леденящая дрожь? А присутствие Крейна наоборот, она чувствует душевный комфорт? Стоит ли довериться своей интуиции?
Наверное, стоит.
Тая не отвела глаз под пронизывающим взглядом Крейна. Только облизнула пересохшие губы.
— Вы сказали, что отец ребенка придётся ним, — ее голос был твердым, но внутри все сжималось. — Как он узнает, где я?