Аномалия (СИ)

— Приехала скорая. Вас направили в операционную. Через некоторое время ко мне пришли копы и стали расспрашивать. Я позвонил окружному прокурору, и он помог, от меня отстали после дачи показаний. Вам тоже нужно будет поехать в полицейский участок. Напишете заявление в полицию.
— Понятно. Молодец.
Оливер приподнялся со стула.
— Я позову врача. Он должен проверить ваше состояние.
— Хорошо.
  *
Мэтт и Оливер провели в больнице в общей сложности пять дней.
— А я тебе говорю, уезжай! И своих громил прихвати. Мне двоих у входа хватит. Зачем аж пятерых приволок в больницу?
— Я не могу вас здесь бросить! Мы всё ещё не знаем о нападавшем…
— Агх, ну, в больницу он точно не сунется! Дуй отсюда! Помойся, отоспись и приезжай обратно! После этого я тебе кое-что расскажу…
Оливер хотел снова открыть рот и возразить, что не устал, как вдруг увидел, что мужчина схватился за бок, будто ему больно. Майн тут же нервно выдохнул, а потом быстро вышел из палаты.
Стеллс прекрасно знал, как нужно разговаривать с Оливером в данный момент. Довольно кивнув самому себе, мужчина поудобнее лёг, чтобы отоспаться на год вперёд.
  *
Оливер влетел в палату к Мэтту, который пил малиновый чай. Выгнув бровь, мужчина нахмурился.
— Ты в курсе, что прошло только пять часов? Ты вымылся и выспался?
— Да! Я больше не хочу спать.
Стеллс тяжело выдохнул и покачал головой, понимая, как это было тщетно.
— Садись рядом, я ведь обещал кое-что рассказать тебе.
Оливер немного отдышался, а потом присел на стул.
— Моё детство было тяжёлым. Отец всегда был в долгах, но, несмотря на это, мой папа влюбился в него. Они стали супругами, а потом родился я. Мой отец нуждался в деньгах ещё сильнее, поэтому пошёл на риск: уволился с завода и стал барыгой. Но даже так денег не хватало, его грозились убить, поэтому мой отец заставил папу пойти работать на панель. — Мэтт процедил последнее предложение сквозь зубы.
Оливер внимательно слушал, успевая только сглатывать и моргать.
— Я ненавидел их обоих. Но папу особенно. Я и сейчас искренне не могу понять, как он мог согласиться отдаваться другим мужчинам ради сохранения жизни этого ублюдка. Гх… Я жил словно в аду. Мужчины, приходившие в дом, чтобы закинуться наркотой и трахнуть папу… Я хорошо помню, как пришли коллекторы и избили моего отца, а потом папу. Они разгромили весь дом и сказали, что в следующий раз убьют всех. Эти коллекторы работали на Грэхема, который до сих пор заправляет наркобизнесом на юге города. Именно его я и хочу уничтожить. Я просто… Я просто всё ещё помню… В общем, мой отец пробрался в тайник и вытащил оттуда дорогущее кольцо. Его вычислили, и он, когда прибежал домой, заставил меня его проглотить. Мой папа ничего не понял, он даже не успел спросить, что случилось, потому что этот ублюдок убежал. Как же я ненавижу его… — Мэтт на некоторое время замолчал, сдерживая слёзы. Оливер сжал его руку, поддерживая.
— В дверь начали стучаться, потом выламывать. Папа сказал, что нам нужно сыграть в прятки. Он сказал не выходить, пока он меня не найдёт. После этого папа спрятал меня под кровать. Убийцы Грэхема вошли в дом. Они пытались выбить из папы хоть что-нибудь… Они избили его до полусмерти, а потом стали наносить удары ножом в живот. Двадцать один. Я сидел под кроватью и не дышал. Я видел, как растекается кровь, видел, как папа кряхтит и пыхтит, а потом я видел, как он перестал шевелиться. Я сидел там и смотрел на него. У меня даже не текли слёзы. Я… Я не знал, как реагировать. Я боялся выйти, ноги не слушались. Я выполз из-под кровати и пытался растормошить папу, но он… Он просто лежал. Там всё было в крови, всё… После этого меня отдали в детдом и каждый день водили к психиатру. Я сбежал оттуда через несколько недель и жил некоторое время на улице, потом меня подобрал один человек, знакомый папы… Он умер в перестрелке через некоторое время, но он дал мне крышу над головой и отправил в школу. Но что важнее, он рассказал мне, что случилось на самом деле и кто виновен в смерти папы. Вскоре я продал то самое кольцо отца за огромные деньги и поступил в университет. После окончания я купил себе галерею и на оставшиеся деньги вошёл в наркобизнес. Мне не повезло, потому что не все были мне рады. Ты спас меня, и тогда я поступил правильно: глава доверился мне, и я получил своё место. Я хочу подчинить себе западную часть города, а потом уничтожить Грэхема. Волк не решается, потому что он с ним в хороших отношениях. Однако все хотят ликвидировать Грэхема и заполучить оставшуюся территорию города.
Оливер поджал губы. Всё было ещё печальнее, чем он предполагал.
— Что случилось с твоим отцом?
— Я не знаю. Полагаю, этого ублюдка убили где-нибудь за городом и закопали. Мне плевать, что с ним стало.
Майн приблизился к Мэтту и ласково обнял.
— Спасибо большое. Я очень рад, что ты доверился мне. Теперь я знаю о тебе всё.
Стеллс мягко улыбнулся, поцеловав альфу в щёку. Оливер немного отпрянул, а потом коснулся губ возлюбленного. В кабинет постучали, из-за чего альфа резко отстранился, садясь на стул, который от толчка отъехал назад.
В палату зашёл врач, недовольный количеством охраны у дверей. Старый бета осмотрел пациента.
— Всё хорошо. Вы быстро восстанавливаетесь.
— Спасибо, доктор. Я обязательно вас отблагодарю.
Мужчина полуулыбнулся, а потом вышел из комнаты. Оливер облегчённо выдохнул, а Мэтт засмеялся: их чуть не застукали.
========== Посещение главы ==========
Больной полусидел на кровати, в очках читая отчёты подчинённых. В палате никого не было, потому что Оливер был на задании. Однако за дверью находилось несколько человек: один из них — Эдвард.
Неожиданно в палату постучали. Мэтт не успел ничего сказать, как вошёл невысокий пожилой мужчина с тростью, в серых твидовых штанах, синей рубашке с бежевой вязаной жилеткой и натёртых до блеска чёрных туфлях.
— Как твоё самочувствие? Я принёс фрукты.
Он поставил корзинку с фруктами на тумбочку, криво улыбнувшись, и присел на стул. Выражение лица исказилось. Ульберт вздохнул, недовольно потерев переносицу.
— Вероятно, ты перешёл кому-то дорогу. Это неудивительно, учитывая, в каком бизнесе мы крутимся. Однако… Ты ведь не подозреваешь кого-то из наших? — Серо-голубые, почти стеклянные и безжизненные глаза Волка сузились после вопроса, произнесённого скрипуче-хриплым голосом.
— Конечно же, нет, — спокойно соврал Мэтт. — Полагаю, это может быть кто-то с южного района. Как-никак я забрал восемь улиц для поставки наркоты.
— Да, скорее всего, это подчинённый Грэхема, решивший отомстить за потерю точек. Но давай не будем делать из мухи слона, Мэтт.
— Да, я понимаю, о чём вы говорите. Я не должен искать убийцу.
Ульберт поджал губы. Звучало слишком неприятно, но, главное, Мэтт всё понял.
— Кхм, думаю, мне пора. Мне отдать твои заказы Рыси?
— Нет. Я справлюсь.
Ульберт вздохнул, сжав пальцами трость.
— Ты больше всех хочешь власти. Ты стремишься справиться со всем сам. Ты готов идти на жертвы. Желаешь больше прибыли, чтобы занять больше территорий. Я всё это прекрасно вижу. Но твои мотивы не до конца мне ясны. Я знаю, что с тобой случилось. Разве ты не должен ненавидеть наркобизнес после смерти своего родителя? Что ты пытаешься доказать?
— Я ничего не пытаюсь доказать, господин. Власть — всё, чего я хочу. Меня не интересует ничего, кроме этого. Я хочу заполучить ещё больше власти, чем имели вы. Хочу подчинить себе весь город. Мне плевать, если я умру. Точнее, раньше было плевать.
— Всё изменилось после того, как на тебя напали?
— Да. Вернее, нет. Это было лишь катализатором. Я просто понял, что не могу оставить своих людей одних. Я не должен умереть, ведь иначе они все будут брошены на произвол судьбы. Я ощутил, что не должен подвести их. Я обязан стать сильнее, чтобы и они стали сильнее. Мои люди — это всё, что меня волновало, пока я лежал на холодном цементном полу парковки, истекая кровью.