Погружение (СИ)

— Сам не ожидал, — усмехнулся Андрей. Потом как-то отрешённо уставился в окно и после недолгой паузы спросил: — А ты, значит, уже нашла мне замену? Кажется, не самый лучший вариант…
Словно окунувшись в холодную прорубь, Мила вдруг пришла в себя: это всё маскарад — эти улыбки, эти жесты внимания и наигранная доброжелательность. Внутри он по-прежнему был тем же Андреем, от которого она, позорно сдавшись, бежала месяц назад.
— Спасибо, что не выкинул тетрадь, — Мила поднялась из-за стола, на котором так и остался стоять нетронутый стакан кофе, и протянула руку.
Андрей неуверенно улыбнулся и пододвинул тетрадь к краю стола.
— Ты… Замечательные стихи. Прости, я почитал немного.
— Ничего страшного, — резко выдернув тетрадь из-под руки Андрея, Мила пожелала ему хорошего дня и торопливо вышла из кафе. Когда-то давно ей очень хотелось, чтобы он прочёл стихи, которые она писала. Ей казалось, что так он сможет понять её лучше. Но он считал, что поэзия — это удел мечтателей и неудачников, а ему, как человеку серьёзному, было не до того.
Тёплое солнце тут же обожгло кожу. На улице было свежо после утреннего дождя, но воздуха не хватало. Мила попыталась вдохнуть полной грудью, но с первого раза не вышло. Ей понадобилось три попытки, чтобы наконец-то снова дышать. Она шла по улице, не глядя, куда идёт, и не замечая, как слёзы текут по щекам. Ей просто хотелось сбежать подальше от этого кафе, от этого человека. И никогда больше не впускать его в свою жизнь. Никогда, ни под каким предлогом…
Влад звонил ей раз десять, прежде чем Мила услышала звонок.
— Извини, я… тут было шумно, я не слышала звонок, — почти не соврала она в своё оправдание: она и правда не слышала звонка, но совсем не по этой причине.
— У тебя всё в порядке? Ты где? Тебя забрать?
— Я… — Мила огляделась по сторонам. — Я у метро, доеду сама, не волнуйся. У меня всё в порядке. Увидимся дома.
Дома… Мила действительно шла домой. Никогда прежде она не чувствовала себя дома где-либо ещё так, как она чувствовала это здесь, в этой чудесной просторной квартире, заставленной её лёгкой рукой огромным количеством цветов. Здесь она могла быть самой собой — пусть нелепой, пусть неумехой, но собой — и не бояться, что её отчитают, отругают и упрекнут. От этой мысли она улыбнулась, и улыбка уже не сходила с её лица всю дорогу домой.
Влад вернулся раньше, и, когда Мила переступила через порог, он уже ждал её.
— Ты плакала, — нахмуренно сообщил он, словно Мила сама не знала, что у неё заплаканное лицо и красные глаза.
— Всё в порядке, Влад. Честное слово. Мне это было нужно. Теперь уже всё, точно всё и навсегда. Никогда больше…
Договорить она не смогла… Ещё раньше, чем Мила поняла, что происходит, у неё закружилась голова и подкосились колени. Никогда никто раньше не целовал её так — так нежно и так… словно это был самый последний поцелуй — ещё одна секунда, и случится конец света, и есть только этот миг, чтобы передать всё, что чувствуешь…
Наутро Мила проснулась со странным ощущением. Что-то было не так. Что-то было непривычно и в тоже время странно знакомо. Просыпаться в чьих-то объятьях было для неё совсем новым, но таким приятным опытом. Почувствовав движение, — Мила попыталась подняться, — Влад открыл глаза и улыбнулся.
— Ты куда?
— Завтрак сделаю, — улыбнулась Мила в ответ.
— Суббота же! Ну его, этот завтрак — сходим в кафе внизу, там обалденные булки дают по выходным.
Мила звонко рассмеялась: это было так похоже на Влада — не давать ей что-то делать, а вместо этого проводить время вместе. Почему она поняла это только сейчас.
— Не уходи, — тепло произнёс Влад, убирая выбившуюся прядь волос Милы за ухо.
— Да не уйду я, не бойся.
— Я не про то…
— А про что? — Мила нахмурилась, словно ожидала подвоха.
— Не уходи от меня. Никогда. Просто останься здесь навсегда.
Мила замерла, пытаясь понять смысл слов, а когда поняла, старательно пыталась сдержать слёзы…
— Не уйду… Только в душ схожу и вернусь.
Тут же подскочив с кровати, Мила едва не навернулась, неловко запутавшись в одеяле. Влад только покачал головой — такая неуклюжесть ему даже нравилась. Было в этом что-то очень милое. А Мила тем временем замерла на пороге: в коридоре стояли две пары кроссовок — абсолютно одинаковых, отличающихся только размером.
— Это… что? — удивлённо спросила она. Приятный шок от недавнего признания Влада прошёл, а на смену пришло чистое удивление.
— Кроссовки, — усмехнулся Влад. Он успел подойти к Миле и обнял её за плечи. — Надеюсь, они тебе подойдут.
— Мы будем носить одинаковую одежду?
— Конечно. Все нелепости совместной жизни: одинаковая одежда, одинаковые причёски, привычки и болячки, — Влад улыбался, уткнувшись подбородком Миле в плечо. — Вчера… Вчера ты сделала очень важный шаг. И дальше я предлагаю идти вместе…