Туманный колокол (СИ)
заметил её только когда попытался пошевелиться. Не вышло! И Вайхес начал понимать...
- Все улики были против тебя, Вейран, - начал он, стараясь сохранять спокойствие. -
Я не мог вынести другой приговор.
- Не мог? - И удавка легонько стиснула горло Вайхеса, а он вытаращил глаза. - А
Полине сказал, что мог.
- А, так ты из-за девчонки! - Судья попытался освободить горло, но только
барахтался, как обвязанная веревками сарделька. - Она сама ко мне пришла.
- Да, потому что твой приятель Авертас сказал Полине, что ты мне поможешь, не так
ли?
- Так к нему и иди! - Вайхес терял остатки самообладания.
- У него я уже был, а у тебя еще все впереди. Как ты посмел, ничтожество?
- Она сама пришла и предложила!
Мое терпение лопнуло. Сама, говоришь, пришла? Сама предложила?
- Потому что ты не оставил ей выбора, - склонился я совсем низко. - И знаешь, что? Я
тебе тоже его не оставлю.
- Помогите! - вопил Вайхес. - Помогите! Вейран, послушай. Да, я оступился с твоей
девчонкой. Да, я не должен был, но она просила, и я...
- Ты обманул её.
- У меня был приказ. Приказ магистра Кернера не выпускать тебя ни при каких
условиях. Сделать так, чтобы ты сгинул. Кто я такой, чтобы ослушаться магистра?
- Ты - судья, который должен нести справедливость, - ответил я. - А не ломать
жизнь тем, кто попал в беду и пришел к тебе за помощью. Если бы дело было только в
приговоре, я бы оставил тебе жизнь. Да, возможно, сделал бы калекой - тут уж как бы
получилось, но оставил. Однако речь идет о Полли. И её боли я тебе не прощу.
- Ты не посмеешь! Тебя найдут и...
Больше слушать я не желал. Серый туман влился в глотку Вайхеса. Он забулькал,
засипел, а я подвинул стул и сел. Его смерть не будет быстрой. У меня есть время, некуда
больше спешить.
- Доволен, милый? - тихо спросила Пустота. - Скажи, что с ним сделать, и я сделаю.
- Пусть он испытает все, что испытывали невиновные люди, которых он осудил. И
девушки, с которыми обошелся так, как с Полли.
- Слушаюсь, мой господин. - Пустота легонько коснулась щеки.
И Вайхес закричал, протяжно, жутко. Кожа на его груди и животе вздулась, будто
что-то толкало её изнутри. Путы исчезли. Он раздирал кожу в кровь, чтобы выцарапать из
себя то, что его убивало. Но как можно избавиться от пустоты? Никак. А я смотрел и
понимал, что мне все равно. Не страшно, не противно. Никак. Он заслужил то, что с ним
происходило, до последней секунды своего существования.
Скучно...
- Давай, - скомандовал я пустоте, и кожа лопнула. Вайхес истошно заорал. Кровь
забрызгала его постель. А затем тело подернулось дымкой и рассыпалось в пепел. Вот и
все. Ты отомщена, Полли, пусть и вряд ли об этом узнаешь.
Я устало поднялся на ноги. Все-таки эта ночь высушила меня до дна. Распахнул окно,
прикинул расстояние до земли - и спрыгнул, мягко спружинив в туман. Мою фигуру
окутала дымка, чтобы никто не увцдел лица гостя господина судьи. Жалости не было.
Одной мразью в этом городе стало меньше.
Я шел, подставив лицо ночному ветру. Может, завтра эта опустошенность исчезнет, и
вернутся обычные чувства? Станет тошно, горько, больно. Но это завтра, а сегодня я знал,
что Вайхесом список не закончится. Все получат по заслугам. Главное - успеть.
ЭПИЛОГ
В небольшой комнатушке, больше напоминающей подвал, было темно и тихо. Только
горел один тусклый светильник, озаряя лежащее на каменном постаменте тело. Мужчина
не шевелился и почти не дышал. Светлые и темные нити опутывали все его туловище,
сплетая плотную сеть, которая и позволяла ему оставаться в живых. Но вдруг светильники
вспыхнули во всех углах комнаты, а по ступенькам спустился молодой мужчина в черном
плаще с восьмиконечной звездой вместо застежки.
- А вот и я! - радостно сказал он. - Заждался, папа?
Конечно, никто ему не ответил, но хозяина комнаты это ничуть не смутило.
- А у меня новости, - говорил он, срывая черную ткань с зеркала в полный рост и
вгладываясь в отражение. - Неужели ты не хочешь их услышать?
Ничего не произошло.
- Приказываю тебе явиться! - рявкнул молодой маг, и изображение подернулось
дымкой. Только в зеркале отразился не хозяин комнаты, а тот мужчина, который
неподвижно замер в оковах магии. Высокий, темноволосый и зеленоглазый, как и все его в
роду. Как и маг, замерший перед ним.
- Ну вот, стоило ли тратить мои силы? - поинтересовался зеркальщик. - Разве ты не
привык, что все равно будет по-моему? А новостей накопилось! Интересных для нас обоих,
папа.
- У тебя нет права так меня называть, - отозвалось отражение.
- Да? - изумился молодой человек. - Что ты говоришь? А как мне тебя называть?
«Ваша милость»? Или «господин граф»? Или просто - Виктор?
Отражение молчало. Господин в зеркале был не из разговорчивых, но разве его сына это
смущало?
- Так вот, о новостях. Мой братец Анри вернулся из пустоты. Ты счастлив?
Виктор Вейран не отвечал, но никто и не ждал его ответа. Достаточно было увидеть,
какая радость мелькнула в его глазах.
- Да, я тоже обрадовался, - продолжал маг. - Не терпится познакомиться, особенно
учитывая, что этой ночью, если верить моей магии, скончался один весьма занятный тип, не
без помощи Анри. А ты не верил, что твой сын может кого-нибудь убить без веской
причины. Причина, кстати, есть, но она крайне банальна - месть.
- Ты лжешь, - процедил заключенный в зеркало дух. - Анри бы никогда...
- Твой Анри - тот еще палач. Я наблюдал за ним и беднягой Вайхесом через зеркало.
Поверь, судья пережил не лучшие мгновения в его жизни. А вот Фил опять куда-то
подевался. Подарок глупой ведьмочки защищает братца от моих глаз. Но ничего, его
будет просто найти. Он ведь тоже использует зеркальную магию, как и я. И когда мы
встретимся втроем, то решим, как избавиться от магистрата раз и навсегда, и получить то,
что наше по праву. Я не отпущу тебя до той поры, папочка.
- Пусти! Пусти, ничтожество! - взвыл дух, стуча о стены своей зеркальной тюрьмы. -
Ты слышишь меня, Андре? Пусти!
- Еще чего, - хмыкнул маг. - С чего бы мне тебя слушать, отец? Нет, ты останешься