Мой капитан

— Я никогда не поверю, что есть такое название!
Из-за спины Джулии неожиданно раздался голос, заставивший ее обернуться. Она увидела Тома.
— На этот раз Стив действительно не шутит. Этот парус так и называется — «шлепок».
— Как странно, — растерянно проговорила девушка.
Томас мягко улыбнулся.
— Надо просто привыкнуть. А для начала полезно посмотреть план установки парусов. Кажется, у меня в каюте был один экземпляр. Если вас это интересует, я могу показать.
В его голосе звучали сомнение и неуверенность, но девушка с жаром ответила:
— Пожалуйста, я буду вам очень благодарна.
Он кивнул головой и вдруг спросил:
— Вы не могли бы уделить мне пару минут?
Джулия поняла, что это — приказ, облеченный в тактичную форму. Она поблагодарила Стива и Тони, которые молча отошли в сторону. Затем снова повернулась к Тому:
— Слушаю, шкипер.
— Расскажите мне еще раз во всех подробностях, что у вас случилось в Оране.
И он направился в сторону носового отсека. Джулия шла сзади, недоумевая, зачем нужно еще раз рассказывать эту историю и именно теперь. Они подошли к борту. Капитан остановился и выжидательно посмотрел на девушку. Она быстро пересказала все перипетии ее жизни в Оране. Поверил ли Том ей на этот раз, догадаться было невозможно. Но когда девушка умолкла, капитан отрывисто сказал:
— Напишите мне все данные вашего банковского счета и кредитной карточки, если помните. Кроме того, дату пропажи сумочки. Кстати, вы обращались в полицию?
Джулия отрицательно покачала головой.
— Это было бесполезно. Преследовавший меня был слишком важной персоной в Оране. Но почему вы хотите получить все сведения сейчас?
— Чтобы сообщить их по радио заранее властям в Родосе. Как знать, может быть, повезет и ко времени прибытия вам уже приготовят дубликаты кредитной карточки и паспорта. В любом случае это ускорит процедуру их получения.
Девушка промолчала. Значит, Том все еще хочет поскорее от нее отделаться. Ей стало очень грустно.
— И еще, — продолжил капитан. — Это касается уже ваших родственников. Насколько я понимаю, родители не знают о вашем отъезде из Орана и, наверное, будут волноваться. Вы не хотите дать мне свой домашний адрес, чтобы одновременно послать радиограмму также и им?
Джулия молча смотрела в сторону. Пауза затягивалась. Видя, что она не отвечает, Том тронул девушку за руку.
— Джулия, что с вами?
Девушка повернулась и посмотрела на него.
— Вы очень добры. Но посылать радиограмму не нужно.
— Простите, у вас нет родителей?
— У меня есть мать. Но я не хотела бы напоминать ей о себе до прибытия в Родос.
— Неужели она не будет беспокоиться, почему от вас так долго нет вестей?
— Единственное, что может заставить ее беспокоиться, так это то, чтобы ее дочь не бросила танцевать в ночных клубах.
В уголках губ девушки появилась скорбная складка, и, чуть помедлив, она решительно сказала:
— Мнение матери мне известно: я должна была остаться в Оране, невзирая ни на какие обстоятельства!
Голубые глаза Тома внимательно изучали печальное лицо девушки. Она ждала новых вопросов. Но их не последовало. После непродолжительной паузы Камерон тихо проговорил:
— Ладно. Но если вы передумаете, то скажите мне. Послать радиограмму не составляет никакого труда.
По его тону Джулия поняла, что разговор закончен. А ведь, пожалуй, впервые они говорили друг с другом нормально, по-человечески. Надо было как-то задержать Тома, что-то ему сказать, неважно — что…
— Вы, наверное, объехали весь мир? — в каком-то отчаянии выпалила девушка.
Сейчас он наверняка скажет ей что-нибудь обидное и уйдет! Но Том просто ответил:
— Как вам сказать? Во всяком случае, в большинстве его уголков мне довелось побывать.
— На этом корабле?
— Да, и на других.
— Но живете вы в Англии?
— В Бристоле. Этот порт я и мой корабль зовем своим домом, — он слегка улыбнулся.
— А я думала, что вы живете в Дании. Кто-то мне сказал, что ваша мать наполовину датчанка.
Джулия старалась говорить как можно спокойнее. Том взялся руками за поручни и долго смотрел вдаль. Потом медленно проговорил:
— Да, моя мать была датчанкой. Но я никогда постоянно не жил в этой стране.
— Почему «была»?
— Она умерла десять лет назад. — Том выпрямился. — Принесите мне ваши банковские данные и как можно скорее.
Джулия раздобыла перо и бумагу, села за стол в кают-компании и хотела начать писать, но никак не могла сосредоточиться. Значит, письма были написаны не ею, ведь они датированы прошлым годом. Тогда кем? Родственницей? А может, бывшей подругой? Джулия почувствовала такой острый приступ ревности, что испугалась. Стоп! Так дальше не пойдет! Она вновь взяла перо и принялась писать. Но мысли ее были далеко, и она машинально водила пером по бумаге, не замечая, что вместо паспортных и банковских данных пишет подряд два имени: свое и Тома Камерона… С ужасом прочитав написанное, она поняла: надо срочно принимать меры!
Джулия решила попытаться избегать встреч с капитаном. Листок с паспортными и банковскими данными был оставлен на столе его каюты. Когда Том обходил корабль, девушка неизменно находилась на другом борту. При появлении Томаса в коридорах она тут же взлетала по трапу на верхнюю палубу. Но наступил вечер, команда собралась за столы в кают-компании, и капитан захотел поужинать вместе со всеми.
Уже давно не было секретом, что именно Джулия готовила всю еду. Функции же Кена ограничивались лишь ее перекладыванием в тарелки Тома и доставкой в капитанскую каюту. Сегодня капитан сидел за общим столом. В прошлый раз при такой же ситуации Кен объяснил хорошее качество блюд успешной стажировкой девушки под его, Кена, руководством. Но вечно так продолжаться не могло.
Том попробовал жаркое и с удивлением обнаружил, что оно не подгорело. Довольно облизав губы и криво усмехнувшись, он обратился к Кену:
— Ты начинаешь исправляться.
— Практика, капитан! — весело откликнулся «кок».
— И плата за обучение, не так ли? — ехидно добавил Том.
— Не придирайтесь, капитан! — заметил Мак. — Скажите спасибо, что это съедобно.
Когда вошла Джулия, за столом было много свободных мест. Но капитан знаком предложил ей сесть рядом с ним. Девушка осторожно поставила на стол тарелку и бесшумно опустилась на стул. Том полез в карман, вытащил обещанный план установки парусов и показал Джулии.
— Вот, посмотрите. Все это очень просто. Вам нужно только запомнить мачты, а потом прибавлять к ним названия парусов, — и они склонились над планом, который принес Том.
— Простите, шкипер, а вот это что? — спросила Джулия. — Разве не грот-марсель нижний?
— А, да! — усмехнулся Том. — Вам не совсем правильно объяснили. Настоящее название — нижний прямой парус. Правда, его действительно называют сплошь и рядом грот-марселем нижним. Кстати, — тут Том обвел взглядом моряков, — кто из вас знает, почему его так называют?
Началась долгая и шумная дискуссия по поводу морских терминов. Джулия ничего в них не понимала и в споре не участвовала. Но ей было приятно смотреть на дружелюбные лица споривших и ощущать свою причастность к этой теплой, товарищеской атмосфере. Она старалась не замечать близости Тома и унять дрожь, когда он нечаянно коснулся ее руки, потянувшись к тарелке с хлебом.
Девушке очень хотелось что-нибудь сказать всем этим симпатичным молодым людям. Она оглядела сидевших за столом, и слова неожиданно нашлись сами собой:
— А знаете, ваши бороды так отросли, что я боюсь не узнать вас, когда вы их сбреете!
— Почему ты думаешь, что мы их сбреем? — ответил Пит. Он погладил свою роскошную бороду, улыбнулся и хитро подмигнул Джулии. — А тебе известно, что девушки особенно бегают за бородатыми парнями?
— Моя мама не разрешит мне носить бороду! — вдруг раздался голос Тони.
Это заявление вызвало общий смех, и Тони был окончательно признан маменькиным сынком.