Византия сражается
* * *Я живу слишком долго. Девятнадцать столетий прошло. Я сплю. узнал так много.
Отдал бы все. Но я спал.
ИЗРАИЛЬ? Где монументы? там лишь руины, где были памятники, здания, чудеса? И все это в одной коробке?
Где гордость? Ничего не принесли, кроме традиций?
И время рыдать голосить умолять
старый дряхлый Бог требует землю, отвергает собственного Сына право рождения? отвергает Любовь
Я отвергаю эту чушь. Бог отвергает Сына, цепляется за Власть, дает силы безрассудным священникам
Разделяет силу, недостатки, жадность, знание, печальный и древний Бог, его нужно отправить Домой. Отправить Домой вместе со всеми другими, грязными, одряхлевшими богами
Один
Зевс
Гог-Магог; Кали, пугающая до смерти, посылающая своих последователей убивать, убивать и убивать в надежде
Жизнь кончена и если достаточно будет мертвых, больше Жизни останется у нее. просит свинины поджаренной, но не может откусить; они только сосут. Сосут, сосут и сосут; беззубые боги. Умрите! И пусть дети обретут свободу! Вы ходите под себя. Загадили Небеса своими испражнениями. ДАЙТЕ НАМ СВОБОДУ!
* * *Карфаген шагает по руинам. Карфаген с черным высунутым языком. Карфаген смеется мир становится красным. Я могу сделать его белым БЕЛАЯ ИМПЕРИЯ! ДЕВСТВЕННОЕ СЕРЕБРО!
* * *Израиль уничтожен за день. Карфаген уничтожен за день. Империя инков уничтожена за день. Империи сиу и зулусов уничтожены за день. Манчжурская империя уничтожена за день. Российская империя уничтожена за день. Что осталось, кроме гордости? Чести нет, честь и нация были единым целым
честь могла спасти их. гордость уничтожила их
* * *Ibe ybenester! Упаси… Пусть их поднимут на копья. Я видел их. Они мертвы
* * *Бойтесь Африки. Бойтесь татар. Бойтесь мести с Востока Их слоны. Их
щиты союз уничтожит нас.
Безжалостно
* * *Наш ужасный трепет и мы исчезли
Все исчезли. Они еще бредят о Разрушительной Воле Человека! Жизнь – это разрушение. Это вселенная. Нет большего прославления жизни, чем взрыв Водородной Бомбы!
* * *Я подчиняюсь! Я подчиняюсь! Я подчиняюсь смерти Воскресению Эго. О Иерусалим!
О красота! осиротевшие кости. Любимая, счастливая и погубленная. Зоя с птичками. Птицы собираются с силами. Птицы клюют, когда насвистывают песни свободы. Моя империя, моя душа. Птицы умирают во мне. Одна за другой.
* * *Авраам, первый великий жертвователь нашего человечества: где нож твой коснулся тела твоего доверчивого сына? Древний, счастливый, пропитанный страхом шумеров. Отвергни евреев – и ты отвергнешь собственное прошлое. В каком месопотамском уголке вселенной был рожден Бог, чтобы освободиться от божественности, от чистоты – смертью Сына Своего? Зло одержало еще одну временную победу и стало таким самоуверенным, что попалось в свою же ловушку и поддалось тем ужасным слабостям, которым оно и обязано своим возникновением. Прославленный Авраам: фанатичный создатель мифа о Жертвоприношении. Человек рожден, чтобы жить и радоваться жизни. Фанатик отрицает вселенную, считает ее жестокой и бездарно имитирует эту жестокость, которая на самом деле – воплощение великого равновесия. Ты лжепророк, Маркс. Маркс, в своей агонии ты вернул Человека в темные века. Города дышат и пребывают в себе: личность и город сливаются воедино. Единственная наша надежда – преодолеть все суеверия и понять самих себя и нашу роль в жизни города. Ибо города – вечный завет нашей человеческой природы: триумф Агнца. Пусть воины пустынь ворвутся на своих могучих конях в самое сердце города; пусть они
закричат от ужаса, постигнув привычную нам сложность, простую модель человеческого разума. Пусть обвинят в колдовстве и предадут огню иных братьев; они лишатся надежды на спасение – вот и все.
Они разграбили Аддис-Абебу; они разграбили Николаев и Екатеринослав. Только евреи постигли природу городов, но гордыня, ритуалы и чувства помешали им раскрыть тайну. Шумер – первая цивилизация городов. Анну? Ур? Я не знаю их имен. Всадники из степей и пустынь; всадники с гор и равнин. Они стремятся к неведению и покою, который именуют свободой, но это – детская свобода; всегда нужен патриарх, способный отстоять ее. А когда Авраам поднимает свой нож, подлинной свободы не остается – лишь бесконечная череда обещаний и предательств. Сион – спасение от судьбы, слабое утешение. Стоит ли нам думать о буре – если она утихает, мы все равно прислушиваемся к ее песне. Агнцу в городе не нужны пастухи; нужно лишь знание. И если человек боится Бога – значит, пусть боится и Бог.
Краткая история гражданской войны в России
После революции Керенского в феврале 1917 года Украина создала собственный парламент, Раду, все еще признавая власть Временного правительства. Первый председатель, Михаил Грушевский, сделал первые шаги в сторону украинского национализма, очевидно, под давлением солдат и гайдамаков – вооруженных крестьян, позаимствовавших свое название у повстанцев, боровшихся против поляков в XVIII веке. Поначалу все были убеждены, что Рада является частью Всероссийского учредительного собрания; но требования и притязания украинского парламента принимали все более националистический характер. Украинская партия социалистов-федералистов, лидирующая в то время, была скорее либеральной, чем радикальной. Грушевский в конечном счете вышел из нее и присоединился к более левой Украинской партии социалистов-революционеров, которая вскоре стала партией большинства в Раде. Еще более левой была Украинская социал-демократическая рабочая партия. Одним из ее вождей стал Симон Петлюра, убежденный националист. Недовольство отсрочкой провозглашения независимости Украины привело к Первому всеукраинскому военному съезду в Киеве 18 мая 1917 года. Вольные казаки, отряды ополчения и представители всех украинских воинских частей (тогда страна еще находилась в состоянии войны) собрались на конгрессе и объединились против Керенского, военного министра. В Центральную раду был избран совет, уполномоченный представлять интересы украинских солдат и моряков. Другие партии, включая большевиков и анархистов, сопротивлялись национализму, считая его реакционным, но частично поддерживали идею федерализма в пределах государств раздробленной Российской империи. В июне 1917‑го отношения с Временным правительством ухудшились настолько, что националисты окончательно порвали с ним и объявили о невозможности сотрудничества с российским правительством. Коалиционная Рада сформировала первое временное украинское правительство. Русские продолжали попытки вести переговоры с украинцами. Украина оставалась жизненно важной территорией, и Россия нуждалась в украинских солдатах (для понимания важности географического и экономического положения Украины см. карту). Прежде чем отношения между Керенским и Радой были полностью урегулированы, началась большевистская ноябрьская революция (в октябре по старому календарю), и политическая ситуация в Киеве осложнилась еще больше из-за различных группировок, поддерживающих большевиков, Керенского, демократов-белых, крайних националистов и даже сторонников возвращения авторитарной монархии. Эти фракции вели между собой свою гражданскую войну, в ходе которой Центральная рада вновь стала ведущей политической силой. Им предстояло решить проблему с крупными группировками, грабившими сельские районы. Они состояли из демобилизованных солдат, бандитов, именовавших себя казаками или гайдамаками и прикрывавшихся поддержкой той или иной политической партии. Большевики называли солдатами революции своих сторонников из их числа и бандитами – противников. Но прежде всего они были голодными, ожесточенными, запутавшимися людьми, безмерно уставшими, зачастую не совсем понимавшими, в какой стране находятся. Теперь невозможно сказать, действительно ли они руководствовались революционным идеализмом или верностью прежнему режиму. При том что Украина – крупнейшая российская территория за чертой оседлости, первыми их жертвами, как всегда, оказались евреи.