Жестокий мир

Мне очень стыдно, поэтому я молчал, делал вид, что не узнаю тебя, что это не мой сын…
Я никого не собиралась жалеть, просто не могла, - это не министр Ферро, - зачем то все же решила успокоить старого целителя, - спасибо за помощь, мне пора, мама будет волноваться.
Утро настало, но я не могла успокоиться, не могла выйти, я не первый раз сталкиваюсь с насилием и жестокостью, и всегда бежала от этого, из Октании в Ланию, из Лании в Октанию, но что мне делать сейчас… где спрятаться…
- Дорогая, ты себя плохо чувствуешь? – на второй день моего добровольного затворничества, мама заглянула ко мне. Надо полагать, что меня потеряли, я не ходила на тренировки, не появлялась в Университете, даже не спускалась на обед.
- Все нормально, просто волнуюсь, столько событий сразу, - лежа без сна, я придумала оправдание собственному поведению, думаю, это всех устроит, и была права, нежно погладив, мама лишь ласково шепнула что-то утешающее и оставила меня в покое. Или просто предпочла ничего не замечать, но я не хочу об этом думать.
Удивительно, но из заточения меня вызволил Элер Ферро, мерзавец, что разрушил мою жизнь, не послушав родителей, он просто поднялся в мою комнату.
- Уходи, - не было ни страха, ни оцепенения, единственное чего я хотела, чтоб меня просто оставили в покое, - уходи.
Только Элер никогда никого не слышал, встряхнув меня за плечи, выдохнул в лицо, - что с тобой?
- Замуж выхожу…
Ухватив за руку, Элер стянул меня вниз, - мы едем в Ледовый Дворец, надеюсь, вы не против, - узнать мнение моих родителей так и не удалось, не сбавляя шага, меня утащили на улицу.
Лед, лед привычно ложился под лезвие коньков, скольжение, прыжок, скольжение, поворот, скольжение, скорость растет… вот она моя жизнь, но Каин может лишить меня всего… И пусть он ни в чем не виноват, но он не позволит мне радоваться жизни, Каин ясно обрисовал мне, что он хочет от жены и как я должна вести себя, чтоб соответствовать всем его запросам. Лед прочищал мои мысли, я должна разорвать помолвку, но без поддержки матери мне ничего не удастся.
Отчего же я решила, будто мама будет на моей стороне, не зная правды, леди Паула просто сочла все мои замечания девичьей блажью и отмахнулась от неудобного поведения невесты, и первым же делом побежала рассказывать о моих закидонах своей подруге и будущей родственнице, леди Элерии Мирас.
Пощечина может жечь и звучать, - мерзкая тварь, собралась бросить меня? Гадина! Ты ноги мне целовать должна, за то, что я согласен жениться на такой дряни. – Каин тряс меня за плечи, - ты пойдешь к алтарю и будешь убеждать всех вокруг, как ты счастлива, ты поняла?
Я поняла, я все поняла, я в западне, из которой нет выхода, для меня нет выхода.
Твердая рука Элера перехватила меня, не дав дойти до уборной, минуту назад я сдала свой выпускной экзамен, теперь дело за малым, получить диплом и я могу использовать магию в быту.
- Я скучал, сладкая, как же давно мы не были вместе, - карие глаза Элера прищурились, мужчина гладил мое лицо, круговыми движениями большого пальца стирая грим, тщательно маскирующий синяки у моего рта, хватка мужчины стала жестче, - кто? Кто посмел тебя тронуть?
Я хотела все замять, только Элера Ферро не убедить, не заставить… он решил, что меня обижает отец, и не обращая внимания на мои крики и мольбы, пошел разбираться с министром финансов. Порывистость Элера сыграла мне на пользу, прекратив скандал, леди Паула пригласила меня на беседу, с матерью Каина.
- Это я во всем виновата, никто не знает, но мои родители, они были родными братом и сестрой, и всю жизнь боялись, что дети от этого противоестественного союза родятся с изъяном. Мама говорила, что они вообще не собирались заводить детей, поэтому я родилась так поздно, и всю мою жизнь, они следили за каждым моим шагом, каждым действием, страшась увидеть во мне монстра. И к выбору жениха они подошли очень рационально, я любила одного парня, но он приходился нам родственником, дальним, но все же родней, и мне просто запретили даже думать о нем, и тут же повели к алтарю с лордом Мирасом. У нас родился Каин, - леди Мирас залилась слезами, ее руки тряслись, она, как и любая мать, любила своего сыночка и предпочитала не видеть в нем плохого, - он рос таким милым, мой ласковый, сладкий малыш, когда улыбался, у него появлялись милые ямочки на пухленьких щечках. А потом началось это, этот кошмар, мой сын любит мальчиков, только мальчиков. И чем дальше, тем хуже… много хуже… мы скрывали, но слухи не удержать, а они ползут. Я знаю, есть лишь один способ прекратить все это, удачный публичный брак, но невеста нам нужна не простая, дочь Паулы Наэль Перье, это гарантировано заткнет всем рты.
Леди Мирас рыдала, умоляя меня не расторгать помолвку, а я смотрела только на маму, знала ли она? Они с леди Мирас давние подруги…
Тихо закрыв за собой дверь, я шла куда глаза глядят, предательство, со всех сторон, тренер Флубэ, жених, мать, Элер Ферро и его отец, покрывающий испорченного сыночка. Хотя, возможно Элер был самым честным из всех…
Собор всех святых, огромное пафосное здание с куполом, уходящим прямо в небеса, дробный перестук высоких каблуков леди Паулы Наэль Перье о мраморный пол храма отражался от стен и улетал в купол. Затянутая в изящное черное платье, со спрятанными под широкополую шляпу лицом и светлыми волосами, Паула гордо несла свое горе. Потеря единственного ребенка, чудовищно, но даже это не согнуло ее идеальную осанку, на министра финансов, Фламина Перье было страшно смотреть, горе его раздавило, в отличии от красавицы жены, Паула было прекрасна, даже полоски слез на белой коже смотрелись изысканным украшением.
В убранном белыми цветами ящике покоилось тело Марсии Геранды Валери Рилс-Венс Наэль, не многим известной, как фигуристка «серебряные коньки», двукратная чемпионка мира, светлый маг, единственная наследница трех славных родов. Обстоятельства смерти молодой девушки были загадочны, никто точно не знал ее причину, но если родители так публично выставили тело, значит, ничего постыдного в этом быть не может, рассуждало большинство присутствующих в Храме.
У гроба, низко склонив голову, стоял жених леди Наэль, известная в столице личность, Каин Мирас, молодой мужчина был прямо таки безутешен, ничего удивительного, ведь до его свадьбы оставалось всего три дня. Безумно печальное событие, перевернувшее так много