Осенним днем в парке
— Нет, счастье, счастье, — возразила Лапкина и закрыла ему рот рукой.
Но он отвел руку.
— А если я не вернусь? Тогда?
Она молчала.
— А вдруг ребенок?
— Хорошо, если ребенок…
— Что ж хорошего, если будешь одна, без меня…
Она, как в бреду, бормотала:
— Ты всегда будешь со мной, если даже не вернешься…
Он пожал плечами.
— Я жене честно все скажу, и пусть она решает. А так я ведь не имею права ее обидеть.
— Право у того, кого любят. Но ты честный человек…
— Все-таки она меня ждала все эти годы.
— А я разве тебя не ждала? — живо спросила Лапкина. — Я только не знала, кто ты…
Он поцеловал ее сухие, горячие губы:
— Славная ты, очень славная… Я…
— Не надо, не говори, — отозвалась она.
Ей уже не нужны были те слова о любви, о которых она так тосковала. Не в словах дело. Она торопилась, показывала ему свои тетрадки и книжки, дневник, конспекты, план работы. Он близкий, родной, он все должен знать. И Федотов с любопытством покачивал головой, удивляясь ее образованности.
— Да, серьезная у тебя работа, — говорил он с уважением. — Нельзя стоять на месте, надо все время двигаться вперед…
— Теперь мне ничего не будет трудно, — сказала она, успокоившись. И спросила: — Но ты вернешься?
— Если я и не вернусь, то знай, я одно хочу тебе сказать…
Но она положила ладонь на его губы.
— Не надо ничего говорить…
