Майя (СИ)
Вот так. После всего этого ни слов, ни даже негативных эмоций. Просто убила письма, закрыла почту и пошла пить чай. Вот тебе и прикоснулась к реальности. Вот так.
По Мэйн-Базару можно бродить до одурения, залезая в разные магазинчики, присматривая бесчисленные браслетики, маечки, пледы, бирюльки, сувениры, благовония... и какой мудак придумал слово "благовония"? Тут всего так много, что даже не имея никакой определенной цели что-нибудь купить, после часовой прогулки по магазинам непременно обнаруживаешь в своих руках пакет с покупками. Развлекаясь таким образом, я хотела замазать, убить воспоминания о тех, кого считала своими приятелями, хотя... зачем? Пусть воспоминания остаются, ведь это мой опыт. Всякий раз, когда я испытывала какой-нибудь шок, кризис, я пыталась вытеснить это из сознания, забыть, замазать, зашпаклевать, но сейчас я думаю, что это неверное действие, это порождает какие-то придонные тревожности, которые словно висят легкой дымкой, словно горят тревожным фонариком на задворках сознания. Придонные тревожности... ммм....что это так зацепило, я что-то поняла... вот снова это удивительное ощущение - я сейчас что-то поняла, и как теперь выразить это на языке, как преобразовать в слова? Это не та же ситуация, которая была в Бодхгайе, потому что тогда я точно знала - что именно я понимаю, а сейчас это понимание словно зародилось на еще более глубинном уровне! Сейчас я знаю только то, что во мне родилось понимание, но я даже не знаю - что это за понимание! Что же делать... "Что хочется". Это была моя мысль? Это была моя мысль. Или это был голос в моей голове? Определенно... определенно есть разница между разными громкими мыслями. Я никогда раньше не пыталась определить, выразить, зафиксировать эту разницу, и тем не менее она есть. Разные громкие мысли имеют разное... качество, что ли, разный вкус. Но сейчас это не важно, это я оставлю на потом, а важно то, что эта мысль-голос очень толковую идею мне предложила - что же еще делать, как не то, что хочется? Разве есть более надежный указатель? А хочется мне сейчас замереть... и как я тут замру - посреди магазина? А наплевать. Сажусь прямо на бордюрчик, плевать - будут на меня смотреть или нет - плевать. Уговариваю себя или устраняю беспокойство? И то и другое... сейчас мне важен результат. Теперь мне хочется снова и снова повторять словосочетания "придонные тревожности". Вслух! Хорошо, что тут всегда шумно... "Придонные тревожности"... произнесла, замерла, мысль отзвучала и унеслась, подняв легкую пыль в мозгах. "Придонные тревожности"... Еще раз... настроиться, вслушаться... Сарт... причем тут Сарт?... всплыло имя Сарта, ну хорошо... придонные тревожности... Сарт... О!... Уже не беспокоюсь о том, кто что обо мне подумает. Я поняла, что я поняла!! Придонные тревожности - негативный фон. Как только образовалась эта пара словосочетаний, все стало на свои места. Откуда-то возникла железобетонная убежденность, что вот именно то, что я назвала придонными тревожностями - это и есть то, что в практике прямого пути называют негативным фоном. Совершенно очевидно, что негативный фон - это те же самые негативные эмоции, просто они "размазаны", вдавлены вглубь, и представляют из себя придонный слой негативных эмоций. Они не имеют ярко выраженных всплесков, а когда такой всплеск возникает, то я вижу в нем обычную негативную эмоцию, и зачастую даже не догадываюсь, что она возникла не на пустом месте, что у нее имеется питательный слой в виде негативного фона. Негативный фон... да... эта зараза, насколько я вижу, очень растянута по времени, он может тянуться часами, днями, месяцами, всю жизнь... всю жизнь... Да я почти никогда не вылезала из непрерывного негативного фона! И как раз вот такое бегство от болезненных воспоминаний, как ни странно, подпитывает его, усиливает. Нет, так или иначе, независимо от верности или ошибочности этих рассуждений, я совершенно определенно не хочу уворачиваться от своего опыта, я хочу видеть мир таким, каков он для меня есть, а если что-то вызывает болезненные чувства... а что это такое - "болезненные чувства", как не те же самые негативные эмоции? Конечно, когда я называю их так поэтически - "болезненные чувства", они сразу приобретают какой-то другой статус, это уже не дрянь, прилипшая по дороге, это уже "чувства". Напоминает рассказы про то, что раньше мигрень считалась болезнью аристократов и воспринималась не столько как болезнь, сколько как признак высокого происхождения.
После совершенного открытия и изменения позиции в отношении неприятных воспоминаний, немедленно изменилось и текущее восприятие жизни - даже небо посветлело. Возникло желание снова вернуться в Интернет-кафе и продолжить чтение почты - писем там была куча.
Наташка. Ну... прямо даже страшновато открывать ее письмо - хрен его знает - что там!?:) Но все-таки Наташка - это человек не из такого далекого прошлого, я воспринимаю ее скорее всего более адекватно. Надо же... я называю далеким прошлым то, что было два месяца назад... разве это возможно - ТАК измениться за два месяца... старой Майи больше нет, вообще нет, сейчас на ее месте совершенно другое существо. Кстати, я ведь так и не ответила на то ее письмо про Дарамсалу.
"Привет, Майка! У нас как-то неожиданно выпал снег, стало холодно, все кутаются в теплые одежды, и мне остается лишь с улыбкой вспоминать, как я бегала от индийской жары.
Я приехала домой в Москву. Поначалу всё было ужасно, жизнь быстро и незаметно погрузила меня в своё болото. Всё стало "налаживаться", потому что я вроде разобралась с некоторыми своими омрачениями, появилось спокойствие, вернулся интерес к некоторым вещам. Мне казалось, что я всё делаю правильно, что борюсь с НЭ, меняю мировоззрение, поступаю в соответствии со своими желаниями, но вскоре начала чувствовать, что остановилась. Я перестала писать и анализировать, я заменила это чтением. Исчезли ситуации, вызывающие страдания. Всё вроде бы хорошо, я не чувствую болезненную тяжесть безысходности. И после целого месяца это всё, что я смогла себе сказать о своей жизни! Жуть. Когда я это все увидела, увидела, как стремительно погружаюсь в болото, умираю, во мне словно что-то высвободилось, пружина какая-то, и я начала бороться.