Песни народов Северного Кавказа

  
ИСТОРИЧЕСКИЕ И ГЕРОИЧЕСКИЕ ПЕСНИ
   
303. ЗАДАЛЕССКАЯ МАТЬ
 
© Перевод Н. Гребнев
 
 
 
Над нижней Дигорией, над плоской Дигорией
 
Не дождь идет — там кровь течет, горе ей, горе ей!
 
 
 
Поля золотые были, а стали черные,
 
Их побили Тимуровы рати проворные.
 
 
 
Обложил всё кругом он войсками великими,
 
Окружил, как стеной, мечами и пиками.
 
 
 
Всё дымится: и жито, и сакли сожженные.
 
Ой, убиты джигиты, поруганы жены их.
 
 
 
Погибает народ, дым плывет над Дигорией.
 
Кто продлит ее род, горе, горе ей, горе ей!
 
 
 
Мертвецы на земле, им могилы не вырыты.
 
На углях, на золе плачут дети — их сироты.
 
 
 
Кто подаст им еды и воды, кто согреет их?
 
Кто спасет от беды, кто в беде пожалеет их?
 
 
 
Ой, на счастье, одна уцелела старуха согбенная.
 
Сирот всех собирает она, сединой убеленная.
 
 
 
Ой, весь день и всю ночь напролет — делать нечего —
 
Их ведет и ведет, наподобие стада овечьего.
 
 
 
Ой, ведет она сирот, спешит — время дорого,
 
От зверья бережет и хранит их от ворога.
 
 
 
Ой, спасала детей и спасла ото зла она.
 
Их одна к Задалесским горам привела она.
 
 
 
Годы шли, было всё: были громы и молнии,
 
Быстро дети росли, подросли и аулы заполнили.
 
 
 
Реку можно ль сдержать, — жизнь спешит, время движется.
 
Ой, слегла задалесская мать и лежит: ей не дышится.
 
 
 
Сто детей свою бедную мать, дорогую и милую,
 
Вышли в путь провожать и рыдать над могилою.
 
 
  
304. ПЕСНЯ О КРЫМСКОМ ВОЙСКЕ
 
© Перевод Н. Гребнев
 
 
 
Вестник прискакал и прокричал:
 
«Крымский хан идет с несметным войском.
 
Хочет он дойти до наших скал,
 
Весь народ побить в краю Дигорском!»
 
 
 
Поднялись джигиты все вокруг
 
На защиту дорогого края.
 
Поскакал Туганов Ельбердук
 
По селеньям, воинов скликая.
 
 
 
«Гей, дигорцы, наша сталь крепка.
 
Крымцев много, но и нас немало.
 
Выступим навстречу им, пока
 
Не дошли они до перевала!
 
 
 
Занимайте на горах крутых
 
Поскорее башни боевые,
 
Поднимайте на руках своих
 
Бочки тяжкие пороховые!»
 
 
 
Ой, да у Даргона всё кругом
 
От тумана густо почернело.
 
Ой, с горы соседней грянул гром,
 
И седое облако слетело.
 
 
 
Нет, не черный это был туман —
 
Это рать, что двинул крымский хан.
 
И с горы не облако седое
 
Вместе с громом вниз слетело вдруг,
 
А дигорцев следом за собой
 
В бой повел Туганов Ельбердук.
 
 
 
Дождь в горах кровавый лился долго,
 
Гром гремел сто раз подряд.
 
Но внезапно три отважных волка,
 
С гор сойдя, влетели в гущу стад.
 
 
 
Были то не волки, не волчицы,
 
Что овечьи портили стада.
 
Были то три сына Дзанкалица
 
И пред ними крымская орда.
 
 
 
Ой, дигорцы победили ханов,
 
Крымскую переломили сталь.
 
В том бою кровавом Тасолтанов
 
Был убит, да велика ль печаль?
 
 
 
Жирным шашлыком да пивом черным
 
Он свою утробу набивал.
 
Это он, подлец, по тропам горным
 
Хану путь к дигорцам указал.
 
 
  
305. ИНАЛДИ И КУДАЙНАТ ИЗ ЛАРСА
 
© Перевод Н. Гребнев
 
 
 
Два всадника скачут из Ларса.
 
Ой, скачут из Старого Ларса.
 
Один для другого и друг и брат,
 
Иналди один, другой Кудайнат, гей!
 
 
 
Иналди сказал Кудайнату:
 
«Погляди, — сказал Кудайнату,—
 
Скачут алдары, должно быть, враги.
 
Ой, брат Кудайнат, башку береги, гей!»
 
 
 
Подъезжают ближе алдары.
 
«Вы откуда?» — кричат алдары.
 
«Мы оба из Ларса, — им говорят,—
 
Иналди и брат его Кудайнат, гей!»
 
 
 
Говорят насильники братьям,
 
Алдары-насильники братьям:
 
«Вы оба из Ларса, а мы как раз
 
Ларсцев поганых и ловим сейчас, гей!»
 
 
 
Говорит Иналди из Ларса,
 
Говорит Кудайнат из Ларса:
 
«А мы убиваем злобных людей,
 
Стреляем, коль видим: рядом злодей, гей!»
 
 
 
Стоит минарет у Дарг-Коха,
 
Высок минарет у Дарг-Коха.
 
Шепчет Иналди: «Ой, брат Кудайнат,
 
Умрем или с честью придем назад, гей!»
 
 
 
Идет дровосек-кабардинец,
 
По дрова идет кабардинец.
 
Взвыл у Иналди, как волк, самопал,
 
У Кудайната завыл, как шакал, гей!
 
 
 
На реке у нас половодье.
 
Ой, страшна река в половодье.
 
«Мужайся, брат, — говорит Кудайнат. —
 
С тобой мы в седлах, алдары лежат, гей!»
 
 
  
306. ПЕСНЯ О КУРТАТИНЦАХ
 
© Перевод Н. Гребнев
 
 
 
Ну-ка, соберемся, куртатинцы.
 
Белый царь сулит нам дать гостинцы.
 
В горы нам пакет с равнины шлет,
 
Говорит, посланцев наших ждет.
 
 
 
Отвечая на такую милость,
 
Всё ущелье наше всполошилось,
 
Замелькали всадники в горах,
 
Лучшие на лучших скакунах.
 
 
 
Среди тех, в ком не было изъянов,
 
Был первейшим Ацамаз Калманов.
 
Он подобно белому орлу
 
Вылетел на черную скалу.
 
 
 
Вышли в путь посланцы куртатинские,
 
Миновали горы осетинские
 
И дошли до белого царя.
 
Говорят, они пошли не зря.
 
От царя посланники удалые
 
Унесли с собой дары немалые.
 
Хоть не жадны куртатинцы были,
 
Из гостинцев порох лишь просили.
 
 
 
Повезли с собой поклажу многую
 
Всадники обратною дорогою.
 
То дорогой ясной, то туманною,
 
Но везде опасной и обманною.
 
Смотрят, у селения Дурхуд
 
Кабардинские князья их ждут.
 
И столкнулись путники уставшие
 
И князья, разбоем промышлявшие.
 
Встретились, друг другу смерть творя,
 
Кабардинцы, конные и пешие,
 
С куртатинцами, отяжелевшими
 
От подарков белого царя.
 
 
 
Многих куртатинцы порубили,
 
В горы кабардинцы отступили,
 
Множество врагов в последний раз,
 
Порубив своею саблей смелой,
 
Распластался сам на бурке белой
 
Удалец Калманов Ацамаз.