Песни народов Северного Кавказа

  
ПЕСНИ-ЖАЛОБЫ
 
© Перевод Н. Гребнев
   
211. ПЕСНЯ, ПРОПЕТАЯ МАТЕРИ
 
 
 
Черногривый конь мой всех черней.
 
Конь тучнеет мой день ото дня.
 
Слыша воркованье голубей,
 
Я грущу о матери моей,
 
Что вскормила молоком меня.
 
 
 
Черногривый конь мой вороной.
 
Конь тучнеет мой день ото дня.
 
Вспоминал я летом и весной
 
Мать мою, вскормившую меня.
 
 
 
В камышах высоких на Куме
 
Олениха кличет сосунка.
 
Возвратиться в отчий край к зиме
 
Думал я, — дорога далека.
 
 
 
На Манги, где камыши стеной,
 
Малого козленка кличет мать.
 
Возвратиться думал я весной,
 
Но теперь до матушки родной
 
Мне уж никогда не доскакать.
 
 
  
212. МАТЬ
 
 
 
Сал-река быстра и холодна.
 
Посмотрел — увидел мать нечаянно,
 
Будто бы, далекая, она
 
Навсегда к глазам моим припаяна.
 
Эргени-река течет, шумна.
 
Вдаль гляжу я, и в речной излучине
 
Мать я вижу, будто бы она
 
К сердцу моему навек прикручена.
 
 
  
213. «По воде бреду я, сеть тяну…»
 
 
 
По воде бреду я, сеть тяну,
 
А из сети рыбка вырывается.
 
И когда я сеть свою тяну,
 
Мне земля родная вспоминается.
 
 
 
Сеть свою тяну я, спину гну,
 
И веревка в спину мне впивается.
 
И когда я сеть свою тяну,
 
Мне моя подруга вспоминается.
 
 
 
Кожу трет веревка, кожу рвет.
 
Кровь течет, на солнце запекается.
 
Я гляжу, как кровь моя течет,
 
И вся жизнь моя мне вспоминается.
 
 
  
214. «Серолобый у ворот…»
 
 
 
Серолобый у ворот
 
Конь мотает головою.
 
Пусть богатство нас не ждет,
 
Нам бы жизнь прожить в покое.
 
 
 
Холодок — от ветерка,
 
От невзгод и бед — страданья,
 
Дождь рождают облака,
 
Счастье — благопожеланья.
 
 
  
215. ГУСИ-ПТИЦЫ
 
 
 
Стонут гуси-птицы над землей,
 
По родной земле своей тоскуя.
 
Хоть я там и вырос сиротой,
 
Край родной не помнить не могу я.
 
 
 
Возле берега стоит собор,
 
Отражается в воде, высокий.
 
Я сказал «вернусь», но с этих пор
 
Срок прошел, все миновали сроки.
 
 
 
В табуне чужом, с чужим тавром
 
Серый конь прижился среди многих.
 
Не прижился я в краю чужом,
 
Я ушел бы, да законы строги.
 
 
 
Гнется дерево туда-сюда,
 
Гнется, если ветер пролетает.
 
Не учен я гнуться, вот беда,
 
А меня, кто хочет, тот сгибает.
 
 
  
216. «Возле озера поет…»
 
 
 
Возле озера поет
 
Целый день чудна́я птица.
 
Тем, что жить мне не дает,
 
С кем могу я поделиться?
 
 
 
Ехал я один совсем.
 
Лошаденка притомилась.
 
С кем мне поделиться тем,
 
Что на сердце накопилось?
 
 
 
Мне бы лошадь расседлать,
 
Мне передохнуть бы тоже.
 
Мне бы тем не доверять,
 
Кто понять меня не может.
 
 
 
Лошадь я пустил на луг.
 
Притомилась — пусть пасется.
 
Где мой брат и где мой друг,
 
Что на зов мой отзовется?
 
 
  
217. «Над листвой ветвей густых-густых…»
 
 
 
Над листвой ветвей густых-густых
 
Птицы в час рассвета вьются, вьются.
 
Почему из глаз твоих, твоих
 
Слезы, не кончаясь, льются, льются?
 
 
 
Над деревьями у нас, у нас
 
В час заката птицы вьются, вьются.
 
Почему из глаз твоих, из глаз
 
Слезы, не кончаясь, льются, льются?
 
 
  
218. ЕСЛИ ВЫЙТИ НА БУГОР
 
 
 
Если выйти на бугор —
 
Ветер платье рвет из ситца,
 
А пойти к подножью гор —
 
Ломит бок и поясницу.
 
 
 
Ой, родня у мужа зла,
 
Молодую упрекает:
 
Лошадь, что ее везла,
 
Бьется, мол, и всех кусает.
 
 
 
Упрекают: мол, парша
 
На верблюде под приданым,
 
Мол, не стоит и гроша
 
Вьюк с добром, за нею данный.
 
 
 
Мол, седло за молодой
 
Дали из подгнившей кожи.
 
У нее, мол, у самой
 
Кожа вся гнилая тоже.
 
 
  
219. «О том, что земля чужая тверда…»
 
 
 
О том, что земля чужая тверда,
 
Никогда я раньше не знала.
 
Что муж неумный — большая беда,
 
Никогда я раньше не знала.
 
 
  
220. ДЕВИЧЬЯ КОСА
 
 
 
Два жгута волос сплели,
 
Чтоб им стать косой тугою.
 
Словно косу, как могли,
 
Вместе в два жгута сплели
 
Нас с тобою, нас с тобою.
 
 
 
Но коса была слаба —
 
Расплелась и раздвоилась.
 
Наша общая судьба
 
На две части разделилась.