Освобожденный Иерусалим

31
Один пусть будет вождь, и от него
Награды все и кары пусть исходят;
Где власть разделена, там управленье
Подобно челноку в открытом море.
Сплотитесь воедино, одному
Возничему узду и вожжи вверьте:
Вооруженный скипетром и властью,
Пусть примет он державные права».
32
Так старец говорит. Тебе, Создатель,
Открыты наши мысли и сердца,
Ты вдохновил пустынника, Ты в душах
Вождей запечатлел его слова,
Ты одолел присущее всем смертным
Стремленье в них повелевать другими.
Вильгельм и Гвельф, знатнейшие, всех раньше
В начальники Готфрида предлагают.
33
В ответ на это клики раздаются
И голоса: «Пусть нашего похода
Душою будет он, пусть он над нами
Главенствует, законы побежденным
Преподает, войной и миром правит;
Мы исполнять его лишь волю станем».
О выборе столь славном слух по всей
Окрестности разносится тотчас же.
34
Готфрид выходит к войску; по всему
Высокого избранья он достоин.
С улыбкой ясной и со скромным взором
Приветствия солдат он принимает,
Приветствия выслушивает их
И поощряет их ответной речью,
Потом приказ он отдает: наутро
Собраться всем в порядке боевом.
35
Яснее и светлее, чем обычно,
Восходит солнце; с первыми лучами
Проснувшегося дня уже пестреет
Знаменами развернутыми воздух,
И на лугу в сверкающих доспехах
Равняются войска. Вот и Готфрид,
Пехота, кавалерия проходит
Перед глазами зоркими его.
36
О ты, что, рассевая тьму годов,
Минувшее ревниво сохраняешь,
Ты, Память, подскажи мне имена
Воителей и численность их ратей!
В безмолвии затерянная слава
Пусть, яркая, в моих стихах воспрянет.
Дай звуки мне такие, чтобы их
Из века в век в грядущем было слышно.
37
Все на подбор, сперва проходят франки;
Их Иль-де-Франс богатый, четырьмя
Реками орошаемый, доверил
Гуго, родному брату короля;
Но не было того уже в живых,
И лилии Клотарию достались.
Он имя королевское носил
И был его по доблестям достоин.
38
Здесь тысяча их всадников; за нею
Идет другая тысяча такой же
Наружности и выправки, в таких же
Одеждах и доспехах. Их глава,
Их вождь – Роберт. Развертывают дальше
Вильгельм и Адемар свои отряды,
Державные тот и другой владыки,
И оба также – пастыри народов.
39
Из мрака алтарей явились оба;
Волос их пряди длинные – под шлемом,
И грозное оружие – в руках,
Делам любви и мира посвященных.
Четырьмястами воинов Оранжа
Начальствует Вильгельм; четыре сотни
Таких же молодцов у Адемара,
Все уроженцы города Пюи.
40
За ними – Балдуин; он во главе
Двухсот булонцев, и к его знаменам
Примкнул еще отряд: когда Готфрид
Главенство получил над всею ратью,
Он воинов своих доверил брату.
Герой неустрашимый на войне,
Само благоразумие в совете,
Четыреста бойцов ведет граф Шартрский.
41
Проходит Гвельф, тот Гвельф, что по заслугам
Судьбою вознесен на высоту:
Природный итальянец, отпрыск д'Эсте,
Поддерживает он и славу Гвельфов,
За ним второе имя укрепивших.
Законы дав Каринтии, он стал
Владыкой стран меж Рейном и Дунаем,
Где встарь селились швабы и ретийцы.
42
Наследство он победами умножил.
Солдаты за него в огонь и в воду
Идти готовы; в мирное же время
Пиры да игры им всего милей,
И теплотой приятной умеряют
Они родимых сел суровый холод.
Пять тысяч Гвельф привел с собой, но персы
Их истребили больше двух третей.
43
Проходит цвет народа, что теснится
Меж Францией, Германией и морем
В обильной влаге Рейна и Мааса.
Он бел лицом и волосами рус.
Борьбою с океаном закаленный,
Глубокие плотины ставит он;
Но океан, преграды разрушая,
Суда и города его уносит.
44
Их тысяча, начальствует же ими
Другой Роберт. За ними – англичане
Могучим эскадроном под главенством
Второго сына короля, Вильгельма.
Они в метанье дротиков искусны.
Тут и отряд их северных соседей,
Тех дикарей, что прячутся в лесах
Ирландии, где уж конец и свету.
45
Танкред идет, Танкред, что благородством,
Отвагой, щедростью и красотой
Всех воинов-собратий затмевает,
Лишь одного Ринальда исключая.
Но блеск его подернут легкой тенью,
И это – огнь несчастной, зарожденной
В пылу боев, влачащей дни в печали
И горестью питаемой любви.