Пэпэла (Бабочка) Часть 5

 – Значит, прогулку по парку тоже придется отменить? – вздохнул Илико.
 – Я вызвал тебе авто. Выйдешь через черный вход и езжай домой, – ответил ему Дегтярев, надевая плащ и шляпу.
 Возле своего дома Илико опять увидел поклонников, стоящих у парадного подъезда. Он решительно вышел из машины и, поравнявшись со своими воздыхателями, любезно улыбнулся и даже сделал несколько движений руками из балета о Фавне.
 Слушая громкие возгласы восторгов у себя за спиной, Илико вошел в дом и, поднявшись по лестнице, увидел у дверей в квартиру посылку. Он занес ее в гостиную, разрезал ножом веревки, разорвал бумагу и достал картину. На ней был изображен обнаженный юный фавн, тянущийся своим стройным телом вверх, к свисающей с лозы виноградной грозди. Картина была завершена, но от одного угла до другого полотно было разрезано ножом.
 ========== Глава 8 ==========
 Шли недели, за ними месяцы, а в творческой карьере Илико ничего не менялось. Дегтярев успокаивал его, просил набраться терпения и туманно намекал, что хорошо бы решить вопрос с Рапье, но Илико отмахивался от своего импресарио. Огюст стал для него хорошим другом, и Илико даже думать не хотел о том, что может ему навредить. Единственное, что его отвлекало от начинающейся депрессии, – это коньяк и дикий секс с Дегтяревым. Но если второе радовало Романа Константиновича, то пристрастие Илико к горячительным напиткам его беспокоило, о чем он не раз говорил со своим подопечным.
 Приближались Рождество и Новый год, и хотя последнее время Илико не любил праздники, у него было странное ощущение, что следующий год станет более удачным.
 Всю труппу отпустили на рождественские каникулы, и театр был пустым. Дегтярев уехал по делам в Италию, и Илико от нечего делать стал захаживать в один неплохой ресторанчик, где местный бармен готовил дивную «Зеленую фею». Обычно Илико сидел на высоком стуле возле стойки и любовался огненными сахарными каплями, падающими в мутную зеленую жидкость.
 – Илико? Ты ли это, друг? – окликнул его на улице Огюст.
 – Огюст! Рад тебя… – Илико чуть покачнулся, и Рапье тут же подставил ему свое плечо. – Рад тебя видеть, дорогой.
 – Откуда ты такой эм-м-м… веселый? – спросил его Огюст и нахмурился.
 – Да вот сидел дома. Пил коньяк. Решил прогуляться, – ответил Илико, громко икнув. – А знаешь что, друг мой Огюст, пойдем со мной. Я попрошу, чтобы Батист приготовил нам волшебный зеленый напиток, и мы с тобой выпьем за Рождество!
 – Нет, Илико, – покачал головой Огюст. – Я стараюсь не ходить в такие заведения, чтобы не подвергаться соблазну.
 – Ну как хочешь! – махнул рукой Илико, и его сильно повело в сторону. – Я один пойду праздновать. Меня все бросили! Сначала Муха со Смирновым, потом Дегтярев. Изя тоже бросил. Хотя нет! Изю бросил я! И Сонечку я обидел. Я полное дерьмо, дорогой мой Огюст! – и Илико поклонился Рапье, уронив при этом шляпу на мостовую.
 – Может, я тебя до дома провожу? – спросил его Огюст.
 – Нет! – замотал головой Илико. – Меня там никто не ждет!
 – Эх, что ж мне с тобой делать? – нахмурился Рапье. – Ладно, посижу с тобой в ресторане. Хоть будет кому тебя потом домой отвести.
 Усевшись за столик, Рапье заказал себе чашечку кофе, а Илико кивнул бармену Батисту и крикнул:
 – Две! Как всегда! – и повернулся к Огюсту. – Давай выпьем с тобой, Огюст, за успех. За твой успех. Ко мне проказница фортуна повернулась вполоборота, а потом снова показала свой мясистый зад.
 – Илико, я не… – начал было Рапье, когда Илико подвинул к нему бокал с «Зеленой феей».
 – И слышать ничего не хочу! За успех и за тебя, Огюст! Не обижай меня, выпей! У меня на родине, когда тебе предлагают выпить, отказ равносилен тому, что станешь врагом на всю жизнь! – сказал Илико и сунул в руку Огюста второй бокал.
 – Ну, если только один глоток… – пожал плечами Рапье и с наслаждением прильнул губами к краю бокала, обсыпанному сахаром.
 Илико не ожидал от Огюста такой прыти. Через пару часов тот догнал его, а еще через час ушел в отрыв с большим преимуществом.
 – А пойдем в театр! Будем танцевать на сцене! Будем наслаждаться и радоваться жизни! – говорил Огюст, размахивая в воздухе очередным бокалом.
 – Может, домой поедем? – настороженно спросил его немного протрезвевший Илико.
 – Никаких домой! – воскликнул Огюст, поднимаясь. – Танцевать!