Минет (Отсос)

Недавно интервьюер спросил Малькольма Макларена, что он себе думает о своем ситуационистском прошлом? – На этот раз все будет проще – ответил ветеран – возможно мы просто, ничего никому не объясняя, тысячами выйдем на улицы, чтобы жечь макдональдсы".
В России сегодня то же самое можно прочесть в любом интервью Вани Трофимова из «Запрещенных Барабанщиков» или Гарика Осипова со «101».
Стюарт Хоум решает проблему неуместности идеального персонажа в своем романе старым античным способом: в первой же главе появляется бог из адской машины, его величество динамит освобождает пружину сюжета. Бог – динамит провоцирует сразу несколько теорий заговора, становящихся несущими линиями романа. Не удивительно, что подозрение и харизма падает на человека, который пройдя весь супермаркет так и не находит чего-нибудь, что он хотел бы в нем украсть.
В тот момент, когда власть перестает воспринимать некоторые высказывания и тексты как опасное насилие, само насилие неизбежно приобретает рефлексивные, философские и поэтические черты, обращенные против власти.