The Lie I've Lived (СИ)

Судья-француз обрывает наш обмен колкостями и приказывает нам повернуться и начать расходиться. Через несколько шагов — голос Бэгмена гремит, поведывая о возрастающем предвкушении по поводу этой дуэли, — мы снова поворачиваемся лицом к лицу. Я поднимаю палочку и жду сигнала.
— Начали!
Мне следовало спросить Гермиону, верит ли ещё она в предсказание. Манос выпускает то самое заклинание, которое прошлым вечером предложила мне подруга — «черный шокер» — и ко мне летит молния обсидиановой энергии. По крайней мере, она не сдерживается. Это профессиональное заклинание: быстрое, от него трудно уклониться, и даже если наложена защита — почти при любом из щитов — ты все равно чувствуешь себя так, как будто тебя ужалило. Не ограждать себя — плохая идея, если я не хочу трястись следующую пару часов.
— Магус Контего! — сосредотачиваюсь на форме щита, делая его настолько непроницаемым, насколько возможно. Колонна энергии передо мной рассеивает её атаку, и я ни черта не чувствую. Как насчет профессионального щита против её профессионального заклинания? Это ведь справедливо. Посмотрим, что она предпримет дальше.
— Дементиа! — она переходит к влияющей на разум магии. Я уклоняюсь и позволяю заклинанию врезаться в поле за мной, оставив на волшебном барьере цветной след. Перехватываю инициативу — отбарабаниваю три сглаза так быстро, что у неё нет иного выбора, кроме как создать щит-покрывало.
Пора увидеть, насколько хорошо она умеет испарять вещи. Вместо шаров посылаю в неё резиновые диски. Узкие силуэты сложно перехватить. На пятом диске я переключаюсь на фарфор, потом на кость и снова на резину. Было бы здорово использовать металл, но за металлические диски можно заработать предупреждение у судьи.
Она хорошо и быстро умеет уничтожать предметы. Перемена материала тоже не вызывает у неё особого беспокойства. Можно было бы послать в неё ещё одну очередь, но я не хочу терять слишком много сил. Вряд ли кто-то из нас сделает глупую ошибку, поэтому сражение займет какое-то время.
Теперь уже Афина посылает в меня пару неприятных заклятий, пытаясь изучить мою реакцию, а потом заклинание вуали, которое на несколько секунд периодически выводит её из фокуса — цель дрожит. Это неплохое заклинание, действие которого продлится пару минут и сделает её трудной целью.
Обмениваемся проклятьями ещё секунд тридцать. Я в первый раз бью по-настоящему — одолженным в арсенале Седрика — широкого спектра ударным. Она предпочитает принять удар, эквивалентный пощечине, и закончить создаваемое заклинание.
Воздух пронзает ослепительная вспышка света, за которой следует раскат грома. Один из моих глаз уже закрывался, когда я заметил движения палочки — ах, ослепляющий маневр. Качусь вперед, когда два сглаза проходят по обе стороны от меня, и создаю змею. Моя левая рука ударяет по рептилии беспалочковым ударным. Нет времени дожидаться, пока она скользит по дорожке. Немедленно в цель! Афина уже кастует зеркальное, и оба силуэта слегка размыты, но в этот миг посередине площадки оказывается змея.
Изменяю призывающие птиц чары. Вместо пяти канареек посылаю дюжину зябликов. Слишком много предметов требуется уничтожить, поэтому ей приходится сбросить свою иллюзию, и одна из девушек направляет на мелких птиц режущий их огненный кнут.
Пока она занята заклинанием, запускаю в неё шквал воды, убирая им остатки огня — площадка наполняется паром. Должно быть, там жарко, все липкое и неприятное. Её волосы встали дыбом из-за влаги? Пытливые умы жаждут ответа. Она немедленно наколдовывает порыв ветра, который несет всю массу ко мне, и быстро создает второй «черный шокер». Уворачиваюсь, хотя и вздрагиваю. Пока заклинание пролетает мимо, тяжелый влажный воздух отбирает у меня силы — очень умно с её стороны.
Я принимаю ответные меры — шлю в неё сильное ударное, которое отражается от поля — она умудряется уклониться. Наколдовав грима, запускаю Сириуса — пусть порвет её на клочки. Афина не разочаровывает меня. Её усиленное заклинание уничтожает мою собаку и большой кусок помоста. Она наверняка повредила платформу и создала мини-провал, пытаясь предупредить будущие призывающие заклинания с моей стороны. Она бьет изгоняющим по осколкам камня, отсылая их в меня на приличной скорости.
Испаряю их без остатка и совершенно не злюсь, а судья кричит:
— Пауза! Предупреждение Дурмштрангу!
Очевидно, он судит маневр с точки зрения серьезности потенциального ущерба. Из толпы сыплются насмешки и слышен свист. Доносятся выкрики типа: «Пусть они дерутся!» Народ не любит, когда прерывают развлечение. Манос, похоже, сердится и отпускает комментарий об использованном мной ударном — сколько вреда он мог причинить при попадании. Судья игнорирует её и дает отмашку разойтись по кругам и продолжать. После третьего предупреждения её дисквалифицируют.
Стараюсь казаться более уставшим, чем на самом деле. Пусть она думает, что сумела меня утомить.
— Приготовили палочки! Начали!
В качестве насмешки посылаю пару оглушающих. Она отбивает их дуэльным щитом на руке, в которой нет палочки, и призывает в ответ оглушающий кнут — даже я впечатлен. Это оглушающее требует потока энергии. Хмури — настоящий — очень его любит. ДП видел, как Дамблдор за доли секунды вывел таким из строя аж пятерых. Есть у него и минусы — он требует слишком много сил, примерно как мой голем вчера. Эта дуэль идет уже больше четырех минут, и сияющее поле порывается рассеяться в нескольких местах.
Уворачиваюсь от первых двух щелчков кнута, на третьем создаю щит-покрывало. Давай, сука, уничтожь все свои резервы. Посылаю слабенькие заклинания в ответ, которые она просто сметает дуэльным щитом, продвигаясь к границе своего круга. Отступаю, давая ей ощутить вкус победы. Ещё чуть-чуть ближе… да!
На левую руку кастую себе дуэльный щит. Моя рука вылетает вперед, хватая кнут, как будто это золотой снитч. Надо обязательно посмотреть потом в омниокуляре, какое у нее было выражение лица. Наверняка взгляд человека, только что осознавшего истину — прямо как она. Изо всех силы дернув, тащу её вперед, удерживая кнут прямо у границы щитов.
Этот прием называется «приземление» — надо заставить противника влить прорву энергии в защиту. Мой щит держится, пока шипящая энергия создает в воздухе рядом со мной белый след. Один из щитовиков подбегает, чтобы отрегулировать щитовые камни. Она упускает концентрацию, и кнут исчезает, но ущерб здесь двойной. Мало того, что из неё высосало энергию, так Афина ещё стоит на дорожке на коленях в трех футах от своего круга — простофиля!
— Пауза! Предупреждение Дурмштрангу! Выход за границу круга! Второе предупреждение!
Она медленно встает и отряхивает одежду. Я знаю, что она делает — тянет время, пытаясь набраться сил. Французский судья достаточно опытен, чтобы тоже это уловить. Он велит ей немедленно вернуться в центр своего круга.
— Приготовили палочки! Начали!
Пора с ней покончить! Вместо дисков переключаюсь на большие резиновые шары. Честно говоря, я бы хотел, чтобы она их испарила. Ведьма уже на грани истощения, и я намерен закончить сражение. Она в отчаянии пытается прервать мое заклинание собственным, но это дается ей немалой ценой. В неё врезаются два резиновых шара, и девушку ведет по платформе. Я немедленно переколдовываю один из шаров в металлическую цепь и обматываю её вокруг ведьмы. Афина пытается распылить её, и это ей даже частично удается, но я мгновенно добавляю вторую цепь.
Рухнув вниз и корчась в цепях, она посылает в меня оглушающее, надеясь вырвать победу из когтей поражения. Я отметаю его в сторону, как назойливое насекомое, и за ногу поднимаю её в воздух, как охотничий трофей.
Может, это некая вендетта со стороны судьи — за то, как она вела себя с Флёр и Эйми, но он тянет время, не сразу объявляя меня победителем.
— Дурмштранг не в состоянии продолжать! Победитель — Хогвартс! — опускаю её на землю. В глубине души хочется уничтожить цепи и позволить ей упасть на землю как мешку, но она ведь не враг, как Крам. Афина — просто конкурент.