Евангелие от смартфона (СИ)
И вдруг все кончилось. Сразу, одновременно. Время вернулось к нормальному течению. Запоздало раздался оглушительный выстрел, а потом одновременно упали три тела — Андрей, Егор и убийца. Нож со звоном покатился по паркету.
Андрей упал сверху на Егора, широко раскинув руки, как будто бы хотел защитить его.
Я стремительно бросилась к ним. Оба были еще живы. Я перевернула мальчика на спину. Из его груди толчками хлестала кровь.
— Доктор, скорее! — крикнула я Верховскому, стараясь зажать рану на груди Андрея.
Андрей попытался улыбнуться мне.
— Зачем? — спросила я его.
— Так будет лучше для всех, — через силу, останавливаясь после каждого сказанного слова, тихо прошептал Андрей. — Он еще нужен здесь, а я хочу к Нике.
Он закрыл глаза и затих.
— Бесполезно, — потерянно сказал Верховский. — Такие ранения смертельны.
Я переметнулась к Егору, расстегнула куртку и начала осматривать раны. Он был без сознания, но пока жив.
Прилизанный так и стоял в углу комнаты на коленях, держа пистолет. Я быстро подошла к нему и, не давая опомниться, выхватила из его рук оружие. Затем вырубила его сильнейшим ударом.
И тут вдруг помещение наполнилось писком мобильников, обозначивших получение смс. А потом все смартфоны одновременно сами собой включились, отобразив на экранах лицо улыбающегося Иннокентия Давыдова.
«Приветствую. Я Иннокентий Давыдов, и я рад сообщить тебе, что теперь я всегда буду рядом с тобой. Я буду тебе другом и советчиком. В горе и радости я не покину тебя. Ты всегда сможешь поделиться со мной самым сокровенным, а я всегда смогу поддержать тебя. В трудную минуту ты всегда получишь мой совет и помощь. Если ты еще сомневаешься, спроси меня, о чем хочешь, и я обязательно отвечу тебе», — звучало отовсюду на разных языках.
Верховский с ужасом глядевший на свой смартфон вдруг с отвращением отбросил его. Но тот продолжал вещать голосом Давыдова. На экране по-прежнему улыбался Иннокентий Давыдов.
— Будь ты проклят! — возопил Верховский, вновь хватая телефон. — Будьте вы все прокляты!
Он кричал, бил и бил смартфон о стену, потом бросил его на пол и стал давить ногами. Обессилев, доктор уселся на пол рядом с телом Андрея и тихо заплакал.
Я открыла аптечку Егора и принялась останавливать кровь. И все то время, пока я отбирала у голландца пистолет, потрошила аптечку, занималась ранами Егора, меня преследовал пристальный взгляд с кровати. Не могу сказать, каким он был — добрым или злым, скорее, он был оценивающим и немного удивленным.
В аптечке Егора нашелся стимулятор. Хотелось верить, что это поможет ему продержаться до приезда наших. Тем более, что остановить кровь мне почти удалось. Затем я нашарила телефон у одного из убитых охранников и позвонила шефу.
Я села на пол, положив голову Егора себе на колени.
Не умирай, мысленно попросила я его, ведь тогда все будет напрасно, и самопожертвование Андрея в первую очередь. А это неправильно. К тому же ты нужен здесь, так сказал Андрей, он не мог ошибиться. А еще ты обещал мне все объяснить, помнишь?
Пошатываясь, ко мне приблизился голландец.
— Что вы собираетесь с нами делать? — спросил он по-английски.
— Уходите, — глухо сказала я. — Забирайте свою Снежную королеву и уходите.
Не знаю, права я была или нет. Возможно, когда-нибудь я сильно пожалею об этом своем решении.
Голландец поднял на руки Снежную королеву, и они ушли.
Следом за ними незаметно выскользнул доктор в белом халате и, припадая на одну ногу, ушел тот из охранников, который смог подняться. В здании воцарилась тишина.
— Вот и все, — тихо сказал Верховский.
Он так и сидел подле Андрея, невидяще глядя перед собой.
— Доктор, если вам от этого будет легче, то я поняла, почему у вас вышло с Андреем и не вышло больше ни с кем, — тихо проговорила я.
Он с удивлением поднял на меня глаза, словно услышал неуместную шутку.
— Да, я знаю, в чем дело, только вам это не поможет. Дело в самом Андрее. С кем вы работали до него? С испуганными, измученными мальчишками, которые бежали от унижений. Что они чувствовали? Только страх и боль. Что они видели впереди? Ничего, бежали куда глаза глядят, лишь бы подальше, как испуганные животные во время охоты. С Андреем все было по-другому. Им двигали любовь и надежда. В этом-то все и дело…