Йога. Искусство коммуникации (Издание второе, исправленное)
Если взять, скажем, песчинку и часть собственного ногтя, и последовательно рассмотреть это в электронном микроскопе то, начиная с какого-то уровня, различие между живым и неживым исчезает, мы видим структурную идентичность — единство! Как в анекдоте про армейского старшину всё проявленное состоит «из того же материала», но одно дело постичь это путём умозрительным, а другое — почерпнуть из мистических переживаний! Именно интерпретация их разными культурами привела к возникновению мировых религий.
Чем более Эго (бодрствующее сознание) изолировано от бессознательного (совокупного разума), тем меньше способно оно постичь подлинную причину собственной омрачённости и тем сильнее «ушибается» о её последствия. Различение необходимого и возможного появляется только после обретения целостности: «Свободный человек не делает ошибок, поскольку видит не только факты, но и законы, за ними стоящие» (Лейбниц). Свобода это разница между познанием и бытием, а М.К. Мамардашвили отмечал: «Людям часто приходится действовать в ситуациях, когда уже поздно. И по отношению к этим ситуациям есть только одна свобода: свобода знания закона и свобода не ставить себя в такие ситуации, когда уже поздно».
Человек познаёт мир пятью органами чувств, первый вид восприятия — ощущения. Они говорят: есть «нечто», и оно воспринято. Ощущения — одна из функций сознания. Фиксируя воспринятое и даже не сообразив толком, что это такое, мы уже эмоционально реагируем, эмоции — вторая функция. Бессознательное снабжает нас интуицией, часто не успев ничего понять и обдумать, мы уже знаем, что означает воспринятое и какое оно имеет значение, интуиция — третья функция сознания. И четвёртая, самая медленная и вязкая — логическое мышление.
Функции составляют пары оппозиции: «чувство-мышление», «ощущение-интуиция». Одна из них всегда ведущая, это основной способ взаимодействия субъекта с реальностью. Учитывая условное распределение на две большие группы «экстра» и «интровертов», мы получаем восемь типов склада личности.
Память существует двух «видов»: оперативная, управляемая произвольно, и долговременная; своеобразный склад общей воспринятой информации, к полному содержанию которого у сознания нет доступа. Первые пять «слоёв» психики объединяет устойчивая система координат — Эго. В его «состав» входят: ощущение тела, существования, данные памяти и внимание — оперативная часть сознания, способная рассеивать, концентрировать либо произвольно направлять энергию восприятия. Затем идёт область личного бессознательного, наиболее «близким» к сознанию его «слоем» является вытесненное. В нём содержится теневая часть «Я», несовместимая с представлением о себе (и близких) информация, а также эмоциональные травмы, формирующие корни неврозов.
Мозг «пишет» всё, что попадает в область восприятия, но этот информационный поток изначально разделён на две неравноценные части, одна из которых, осознаваемая, составляет примерно тысячную долю воспринятого. Какую-то часть информации бессознательное по мере надобности блокирует, чтобы обеспечить комфорт и безопасность «Я».
«...Современная наука располагает ... данными, что человек, вообще говоря, помнит всё, что когда-то было им произнесено, прочитано, получено в виде образов, однако он активно использует в своей деятельности лишь ничтожную часть этого гигантского багажа» ( 278).
Ещё «глубже» расположены инстинкты и эмоции, «вырастающие» из архетипического, они поднимаются в сознание из первобытной тьмы, отвечая констелляциям (сгущениям) внешних воздействий и факторов. Юнг считает, что именно этот слой поставляет «материал» психозов.
И затем — архетипическое. При определённых комбинациях внешних и внутренних событий оно может прорываться в сознание образами, импульсами эмоций либо ощущениями. Любые проявления человеческого происходят из животной природы, в том числе инстинктивные реакции и формы поведения, поэтому об архетипе можно говорить как о матрице, согласно которой развертывается и функционирует психика каждого человеческого существа. «Кристаллическая решётка определяет спектр возможных форм; окружающая среда вызывает какие-то из этих возможностей к реализации» (1937, Килман).
Архетипическое — это универсальный субстрат, в котором запечатлена история эволюция рода и содержится «набор» всех потенциальных реакций. Когда архетипическое каким-то образом непосредственно контактирует с личностью, это всегда имеет характер Божественного откровения (по выражению Юнга — нуминозность).
Как правило, архетипическое «выходит на связь» лишь с полноценной «надстройкой», обладающей творческими способностями. Сеть (Единое) сама отбирает субъектов контакта.
В модели аналитической психологии есть ещё две психические структуры — «маска» и «образ души», это не что иное, как демпферы (амортизаторы), защищающие сознание от прямого столкновения со внешними и внутренними воздействиями.
Маска это совокупность привычных реакций, укоренённых в теле: тон, мимика, словесные штампы, манера общения и т.д. Маска — рабочий орган, от совершенства её зависит качество социальных контактов. Отсутствие эластичности «маски», неизменность говорят либо о незаурядной силе, позволяющей субъекту успешно «пробивать» этот мир, либо о полной утрате адаптивности, что вызывает психическое перенапряжение, накапливается и обычно ведёт к катастрофе.
Второй демпфер это «образ души» — тыловое прикрытие сознания, нечто более туманное, нежели «маска», что-то вроде смутного представления личности о собственной природе и о том, как она может себя проявить и повести. Это как бы смутное предчувствие о том, чего делать не надо, идущее изнутри.
Одна из важнейших функций сознания — обеспечение сохранности тела и продление его жизни, а также преобразование двух реальностей (внешней и внутренней) к виду, с которым способен иметь дело ограниченный разум.
Все животные инстинкты и побуждения, принадлежащие телу, проходя сквозь личностные «фильтры» становятся общечеловеческими свойствами. Иногда в экстремальных ситуациях совокупный разум «перехватывает» инициативу в реакциях, спасая жизнь тела ценой временного отключения, а порой и распада Эго.
Когда здоровье подорвано, энергия бессознательного, пытающего «достучаться» до разума, только усугубляет разрушительные тенденции.
Сравним модель Юнга с картиной, нарисованной наставником Кастанеды, ибо несомненный литературный талант последнего породил великолепные метафоры. Итак, бодрствующее сознание (субъект, Эго) дон Хуан именует тоналем: «...Тональ — это твоё социальное лицо. ...Организатор мира. Всё, что мы знаем и делаем как люди — работа тоналя. ( 88, с.505) Всё, для чего у нас есть слово — это тональ. Тональ начинается с рождения и заканчивается смертью (там же, с.506)... .Его функция — судить, оценивать и свидетельствовать. Тональ — это остров. Этот остров — фактически весь наш мир. Ум — это часть тоналя (там же, 508)».
«Нагваль (совокупный разум или бессознательное — В.Б.) — эта та часть нас, с которой мы не имеем вообще никакого дела. Но значит, по-твоему. Бога не существует? — Нет, я не сказал этого. Я сказал только, что нагваль — не Бог, потому что Бог принадлежит нашему личному тоналю... Бог — это всё-таки то, о чём мы можем думать, поэтому, правильно говоря, он только один из предметов на этом острове. Нельзя увидеть Бога по собственному желанию, о нём можно только говорить. Нагваль, — там, сказал он. — Там, вокруг острова (с.507)».
«При определённых обстоятельствах тональ начинает осознавать, что кроме него есть ещё нечто. Это что-то вроде голоса, который приходит из глубин, голоса нагваля (с.511)».
Тональ начинается с рождения и кончается смертью, но нагваль не кончается никогда… Нагваль — беспределен. Можно сказать, что нагваль ответственен за творчество... (с.516)».
В схеме дона Хуана нагваль — это не только бессознательное, «принадлежащее» данному материальному носителю, но нечто более глобальное, его фрагментом является бессознательное каждого индивида, живущего в одном времени. То есть речь идёт о той же суперсистеме или Едином, концепцию которого разделяет автор данной работы.