Университет Междумирья (СИ)

— У вас все еще что-то болит?
Саэллат проследил за его взглядом и осознал, что до сих пор держит руку на грудной клетке.
— Очевидно, мозг, принц Мэйвер, — с улыбкой отшутился огневик, отмахиваясь, — Вы что-то хотели?
Эльф отвел взгляд, расправил плечи, благонравно сложил на коленях руки, глубоко вдохнул и с чувством начал:
— Я хотел бы поблагодарить вас лично…
— Не надо, принц Мэйвер! — бесцеремонно прервал его Кайлен, подскакивая и с ужасом вспоминая двухчасовую речь посла из королевства Англара в Лазарете, — Мне льстит ваша благодарность, но я бы в любом случае поступил так, как поступил. Даже, если бы на вашем месте был простой студент. Я преподаватель огненной магии. Защищать университет и его учеников — мой долг.
Эльф внимательно всмотрелся в глаза Саэллата, чуть усмехнулся уголком губ, вытащил из внутреннего кармана тонкую длинную цепочку из светлого металла с небольшой изящной витой подвеской. Кайлен почувствовал на украшении сильное заклинание соединения, несколько шифровальных — разной степени мудрености и осознал, что это личное средство связи с самим наследником — символ наивысшего расположения эльфийского королевского дома Эззельхоар.
— Если вам понадобится какая-либо моя помощь, можете обращаться в любое время дня и ночи, без исключений, — едва заметно улыбаясь, принц вложил в руку растерянному огневику артефакт, легко поднялся на ноги и покинул тренировочный зал, демонстрируя идеально ровную осанку.
Саэллат от удивления даже не успел ничего сказать в ответ. Теоретически, эта мелкая побрякушка могла позволить запросить аж всю национальную гвардию Эззельхоара в личное пользование, и никто бы не сказал ни слова против. Кайлен, конечно, понимал, что спас маленькому глупому принцу жизнь, но никогда бы не подумал, что у того хватит духа или глупости отблагодарить его именно так — повесить на себя и всю свою семью Долг Чести.
Настрой для самокопания сбился окончательно.
Саэллату почему-то вспомнилась фраза, вычитанная невесть откуда давным-давно: «Для того, чтобы проблему принять — ее надо озвучить», а его чувства в чем-то все-таки были похожи на проблему или на какую-то ее часть.
Ощущая себя на редкость глупо и абсурдно, Кайлен представил перед собой Шариза, сел ровнее, сжимая цепочку в руках, прокашлялся, глубоко вздохнул и даже сам удивился тому, как легко слова обрели свободу:
— Я люблю тебя.