Конец пути

преступления, как только заметил, ведь глаза были закрыты. Мне было нечего сказать, опустив глаза, я думала, извиниться, или так уйти. – Залезай, - какое приглашение, и заманчиво так, тело чесалось от песка и пота, но я точно не полезу в бассейн к голому демона, хотя чего бояться, я ему не нравлюсь, да и не сможем мы ничего, он в три раза больше меня, но все же нет.
- А ты скоро закончишь? Я не буду мешать, подожду…
Рингальден Светозарный провалявшись полночи без сна, все думал, не слишком ли было жестоко убивать Алеутского, но ведь он не мог поступить иначе, или мог? А человеческая девчонка забавная, он давно так не веселился, она решила, что ест человечину, а потом на него же надулась, что скрывать, он даже огорчился, когда она так и не пришла к нему.
Тихие шаги он услышал еще на подходе к своей спальне, по сравнению с демонами, она топает, как ярсы, затаив дыхание и прикрыв глаза, ждал, дверь тихо открылась, пропуская в купальню синие платье. Смутившись от его внешнего вида, девушка собралась ретироваться, немного обидно, она пришла не к нему, а к воде, но присоединиться отказалась.
- Ты не правильно себя ведешь, блондинка с роскошным телом, твоя землячка, сразу предложила мне себя, так и сказала, что я могу делать с ней все, что пожелаю, - старательно не отрывая глаз от пола купальни, я подумала, врет, зачем это красотке Эннаре, если у нее есть Торрен, хотя, она и к Зингарду липла, или мне это только показалось. – Не веришь?
Ухватившись за край, демон выскользнул из воды, его коричневое тело стояла так близко и было таким огромным, пришлось поспешно повернуться спиной к рогатому, уж слишком близко к моему лицу оказались все его места. Демон опять веселился, обмотав бедра простыней, рогатый бесцеремонно спихнул меня прямо в бассейн, в платье.
- Ты бы все равно не разделась при мне, а искупаться хочешь, - это видимо вместо извинений он прокомментировал свои действия. Наконец отплевавшись, проморгавшись и убрав волосы с лица, я снова посмотрела на демона, и у коричневого и у Зингарда были великолепные тела, ни грамма жира, одни, выступающие рельефные мускулы, и зачем демонам подобное великолепие. – Нравлюсь, - стало опять стыдно, демон будто прочитал мои мысли, а я вовсе и не собиралась любоваться на него, а еще, ему лучше не улыбаться, дрожь пробирает, какое страшилище.
- Не особо, - честно сказала, что думала, он тоже меня комплиментами не осыпает.
- Да ладно, ты таких как я и не видела, я же знаю, что ты невинная девица, - демон опять скалился, удобно устроившись на кожаной лавке, он принялся тряпочкой натирать свои рога. Только вот его взгляд прищуренных лукавых глаз все время возвращался ко мне. – Можешь раздеться, я не возражаю. Вдруг я так впечатляюсь, что решу улучшить тебе проживание в моей крепости.
Фыркнув, отплыла к противоположному краю бассейна, естественно держась за бортик, - пусть тебя Эннара впечатляет, у нее то прелести что надо.
- Не, прелести Эннары я сам и сотворил, так что она меня не интересует, - что, неужели Эннара призывала демона, чтоб он сделал ее красивой, злорадствовать, конечно, не хорошо, но мне, почему то стало так приятно от этой новости. – А, глазки заблестели, эх, женщины. Эннара была горбуньей, мне пришлось изрядно потрудиться, чтоб выполнить свою часть договора.
Невероятно, я никогда не видела таких красивых женщин, как темная магиня, и это все не настоящее, но мне, даже не смотря на собственную неброскую внешность, никогда бы не пришло в голову призывать демона, чтоб стать более привлекательной.
- Эннара такая высокомерная и злая, странно, почему она так относится к людям, если сама знает, что такое несовершенство.
- Она обижала тебя? – неужели демону есть до этого дело, он даже рог натирать перестал.
- Нет, просто… - я замялась, не признаваться же, что мне тоже нравится мужчина, которого интересует Эннара.
- Мужика не поделили, все ясно, - что ему ясно, и делить то нечего было, когда рядом такая красотка, разве у меня был шанс. – Это Торрен Мил? – я не считала нужным отвечать, болтая ногами в воде, я хотела лишь, чтоб он поскорее ушел. – Вот уж принц, мне пришлось извести трех его старших братьев и дядю, что б выполнить просьбу Торрена, он хотел стать главой рода, - от слов демона стало тошно, Торрен, такой внимательный и добрый, этого не может быть, он просто не знал, что сделает демон, уверена, он этого не хотел… ведь демон – зло, он просто обманул светлого мага.
- Верить не хочешь, ах, женщины… - закатив глаза, тем самым продемонстрировав свое отношение к моим умственным способностям, демон вернулся к уходу за рогом... Мышцы на могучих руках перекатывались под гладкой коричневой кожей, короткие волосы цвета темного шоколада зачесаны назад, а на клыкастой морде, опять блуждает клыкастая ухмылка.
- А Шелги? – спросила, и тут же пожалела, зачем мне это знать, но демон уже отвечал.
- А это тебе понравится, такая же дура, как ты. Ее племянник умирал от какого то заболевания крови, целители не помогали и она призвала меня, чтоб я помог мальчику. Я усилил дар самой Шелги и она смогла исцелить малыша, только леди Стелис не знает, что все, кому она помогает, становятся моими данниками и до конца жизни, делятся со мной своими жизненными силами. – Бедная Шелги, ей лучше и не знать о таком, не зря она мне сразу понравилась, целительница спасала жизнь ребенка. – Ну же, не грусти, в конце концов, ваш мир уничтожен и уже никто не страдает от моего коварства.
- Ты… ты… чудовище…
Демон, с блестящими коричневыми рогами поднялся и скинул простынь, я поспешно отвернулась, ни грамма стыда, натянул шорты, в Хаосе наверное все придерживаются такого облегченного стиля в одежде.
- Твой наряд на лавке, жду в главном зале, на завтрак, - дверь за демоном закрылась, окунувшись с головой, старалась выкинуть из головы все, что рассказал мне рогатый, меньше знаешь, легче жить… Бедная Шелги, сидит в душной камере за свое доброе сердце…
- Пойдешь со мной кормить галарров, или вернешься в камеру? – закончив завтракать, предложил мне заманчивый выбор рогатый. Я хотела вернуться к Шелги, но что я скажу ей, знать о последствиях дара демона ей не стоит…
- Пойду…
Когда я думала, что в доме демона жарко, я ошибалась, за пределами было много хуже, нестерпимый