Пророчество

Бакур был ненавистником всех темный проявлений магии, и особо не скрывал этого.
– У нас ЧП, лорд Вилларис, – он даже отказывается признавать меня ректором, – на семью одной из адепток, обучающейся в нашей Высшей школе было совершено нападение мага Смерти, – чувствую сейчас он возложит за это ответственность лично на меня, многие светлые считают Магов Смерти порождением темного магического направления, не придавая значения, что и темные страдали от магов Смерти в равной степени со светлыми, – это даже не нападение, семью Юрски выпили на алтарях, леди и лорд Юрски погибли, а их дочь, – ректор Бакур многозначительно замолчал и, понизив голос, доверительно сообщил мне, – на алтарь легка довольно сильная светлая магия, а поднялась очень сильная темная, лорд Вилларис, адептка Юрски переродилась, из светлой она стала темной, она чистой темной силой убила мага Смерти, вынесла его вместе со стеной.
То, что говорил ректор Бакур, было похоже на фантастику, – ректор Бакур, этого не может быть, светлый маг не может стать темным, как и наоборот, – ректор светлой высшей школы кивал в знак согласия со мной.
– И мы думаем так же, тем не менее, адептка Юрски стала темной и не может продолжать обучаться в нашей Высшей школе, но и оставлять необученным мага такой силы мы не можем, это просто опасно, – очевидно ректор Бакур решил изящно спихнуть на меня свою проблему.
– Я так понимаю, девушку вы привели с собой?
– Разумеется, – поднявшись, ректор Высшей школы выглянул в приемную перед моим кабинетом, – адептка Юрски, прошу...
В кабинет вошла девушка, молоденькая, стройная до худобы, кожа бледная, волосы непонятного коричневого цвета с переливами, похоже она их окрасила, под глазами залегли тени, да и сами глаза серые, безжизненные, даже не смотрят на тебя, хотя, это чудо, что она вообще выжила на алтаре мага Смерти, когда ее родители погибли. А еще девушка несомненно была темным магом, так с ходу оценить ее силу не получится, но она была.
– Добрый вечер, адептка Юрски, – серые глаза поднялись на меня, наверное девушка была красива, до встречи с магом смерти, черты лица тонкие и изящные, излишняя худоба ее портила, но думаю это поправимо, – на каком курсе и каком направлении вы обучались?
–Боевая магия, 3 курс, – приятный спокойный голос, но абсолютно безразличный тон, будто сейчас решается не ее судьба.
– Ваш уровень владения магией?
– Высокий, – не удивительно, на боевой принимают минимум с высоким уровнем, я вглядывался в ее ауру до рези в глазах, темная, темная без вариантов. Я могу отказаться, не брать на себя дополнительную обузу, но по человечески девчонку было жаль, родители погибли, сама едва избежала смерти, и ректор пытается избавиться, весь привычный мир рушится.
– Преподаватели побеседуют с вами на предмет знаний, сейчас не могу сказать на какой курс мы вас определим, это будет зависеть от уровня вашей подготовки, первые два курса у нас, как и в любом высшем учебном заведении, общий курс теории магии, – я не знал, что мне с ней делать, вряд ли она имеет хоть какое-то представление о темной магии.
– Миор, – позвал я секретаря, – размести адептку Юрски в общежитии, а так же пригласи преподавателей, что ведут общие предметы, для собеседования с адепткой, это нужно сделать как можно скорее. Документы я передам вам позже.
Поднявшись, адептка холодно кинула и повернувшись, вышла из кабинета, вслед за моим секретарем, даже не взглянув на ректора своего учебного заведения, похоже отношения у них не сложились, оно и понятно, он так спешит избавиться от нее.
Папка с документами легла на мой стол, – это личное дело Киры Надежды Эркин Юрски, – кивнув, я открыл документы, девушка не плохо училась, но сплошь предметы, ни имеющие никакого отношения к темным практикам и, как я и думал, адептка Юрски была красавицей, с фото, предоставленного ей при поступлении, на меня смотрела яркими серо-голубыми глазами беззаботная дева с золотой косой, типичная светлая, в наших краях таких не часто встретишь.
–На вид светлая, но темная магия ниоткуда не берется, значит были в родне темные? – спросил у Бакура, изучая генеалогическое древо девушки.
– Никто не без греха, но официально в роду лишь светлые маги и один носитель драконьей крови, несколько поколений назад, и никаких темных магов, – я и сам это видел, только вот кто-то из предков адептки Юрски похоже взял грех на душу.
– Ну, не буду отвлекать вас более, – ректор Бакур поднялся и протянул мне руку для пожатия, а я вот нисколько не хотел изображать радушие к этому, явно вздохнувшему с облегчением магу.
– Не страшно вам девушку одну оставлять в оплоте темных сил? – ректор убрал протянутую руки и пожал плечами, – Юрски теперь тоже темная, и я вам всецело доверяю, коллега.
Жизнь перевернулась, нет... она просто закончилась, родители мертвы, а я темная, как это могло произойти и почему со мной, на душе было совершенно пусто, из зеркала на меня смотрел кто-то другой, кто-то чужой, ногти синие, как и губы, как и тени под глазами, волосы страшно лезут, пришлось обстричь свою роскошную золотистую косу до плеч и в порыве ярости я выкрасила их в черный цвет, но краска отмылась и мои волосы стали какого-то непонятно коричневого цвета с прожилками светлых тонов, но мне было все равно, внешний вид, это последнее, что волновало меня.
Ректор Бакур исключил меня, темному магу не место в Высшей школе магических технологий, пусть не официально, но это было учебное заведение для светлых, и мне там не место, мне вообще теперь нет места... наревевшись в туалете и умывшись ледяной водой, я пошла к кабинету ректора, через полчаса мы отправимся в Академию магических искусств в Устросе, темную академию с дурной славой, в ее стенах был воспитан не один маг смерти, и именно туда ректор собрался меня отвести.
В приемной ректора АТМИ было на удивление уютно и вкусно пахло цветочным чаем, а я ожидала гору человеческих черепов и зомби, что стоят тут в надежде пожрать мой мозг, и не могу сказать, что стала бы сопротивляться. Секретарь ректора все время мило улыбался и болтал, он задал мне кажется миллион вопрос и его совершенно не смутило то, что он не получил ни одного ответа.
– Зайдите, адептка Юрски, – пригласил меня ректор Бакур, не могу отрицать, у меня теплилась надежда, что он не оставит меня здесь, но и она угасла, стоило молодому