Протозанщики. Дилогия (СИ)
— И как его зовут? — изрек глупость Антип.
— Не думаю, что это так уж важно…
— «Нет Бога кроме Аллаха…» — вспомнил Рустам.
— Действительно, другого Бога нет.
— Мусульмане правы?!! — подпрыгнул поэт.
— Вы главное поймите, что ВСЕ ВЫ ПРАВЫ! — начал уставать Истинный, —
А имя лишь традиция, завет!Поступки, замыслы, несущие спасенье,Доступны пониманию Его!— Так, богов много? У каждого свой?
— Да нет же, нет! Всего один Он!Но принимает всех, кто за Добро!Кто признает Систему — Справедливость!А имя лишь набор красивых букв.— Не будь козлом, и тебе это зачтется! — фраза неожиданно для него самого слетела с губ Антипа.
— Послушай, это глупенькая фраза,Но времени у нас совсем в обрез,Давай считать, что в этом нашем споре,Покамест это правильный подход!— согласился палач.
— Получается, все религии не правы?
— Вопрос непрост, понадобиться время,Чтобы подать развернутый ответ.Но если взять и упростить решенье,То, скажем, ВСЕ РЕЛИГИИ ПРАВЫ!— Да, как же так?
— Скажи, чем так разнятся ваши веры?
— Ну-у, — протянул Антип, — Им там…как бы… отрезают, а нас брызгают водой…
— Твои познанья умиляют, право, — засмеялся Серебристый, —
Да, в ритуалах разница видна.Есть и другие, но сейчас не будемПеречисленьем время отнимать.Едина цель у всех — к Добру стремленье!Все прочее — традиция, обряд.— Значит неважно, как креститься? Все равно как обращаться к Богу? Могу выдумать новые способы и то же буду услышан, если верю, что это Добро?
Палач начал терять терпение; он не готовился к подобным расспросам и сейчас жалел, что начал этот разговор, что тратится драгоценное время.
— В теории, конечно, можешь много,Но практика не так-то и проста:Традиции, насыщенные верой,Налиты энергетикой людской.За сотни лет терзаний, горя, счастья,Обряды ей пропитаны насквозь.А новшества не будут многосильны…К тому же, надо точно понимать,Зачем кому-то создавать Ученье?По глупости? Устроить чтоб раскол?Чтоб подчинить себе людей? Гордыня?Все это вариации греха…— Бр-р-р! Ты меня совсем запутал… А как же этот, как его, эгу… эку… экуменизм, — с трудом выговорил Антип, — Там же, вроде, хотят объединить всех христиан. Разве, это плохо?
— Намеренья, возможно, и благое…
Однако, есть детали, что понять,И я, признаюсь, не всегда способен…Но главное не этом. Весь вопросВ том, что нельзя объединить всеобще,А значит, выделятся те, кто против них.И станет одним верованьем больше,Что только лишь усугубит раскол.— Но, у нас один Бог! — перебил Рустам, думающий о чем-то своем, — А у христиан толи два, толи три вообще!
— Ты говоришь о силе Триединства… — начал палач, но останавливается, — Да, что я с вами взялся рассуждать?!!
Нашлись мне то же горе — богословы,Что стали верить пять минут назад.И то лишь из-за вредности природной,А в теологии познаний — ноль!Скажи-ка мне, о «верный» мусульманин,Сколько намазов совершил сегодня ты?Ну, а когда наш «славный» православный,Последний раз ко Храму подходил?И эти люди мне твердят о Вере…Но креститься Рустам отказался наотрез. Истинный, не надеясь на результат, предложил Антипу принять магометанство, но и бандит не захотел ничего слышать о смене конфессии. Запинался, нервничал, сыпал то мольбами, то угрозами, но решения не поменял.
— Все ясно! Спорить с вами глупо,А времени у нас совсем чуть-чуть, — отмахнулся палач, —Готовы будете пройти обряды,Что кажутся традицией для вас?Что стали вдруг такими дорогими… — не удержался от сарказма собеседник.
— Да! — согласился Антип.
— Еще раз? — испуганно спросил Рустам, поневоле съеживаясь.
— Не бойся, резать не придется больше!Но ты запомнить должен кое-что:Когда получишь новое прозванье,Необходимо скрыть его от всех!Чтобы ни друг, ни враг, ни птица,Стремительно пронзая небеса,Не знали имени, полученного снова.Иначе быстро станешь на виду!— А мне? — спросил Антип, но ответа не последовало — Истинный уже сменил тему и быстро объяснял предстоящие ритуалы.
Он коротко поведал, что проводить все будет сам. Пришлось коротко остановиться на понятиях Миров и их назначении. В нескольких словах рассказал о Саврииле и Израдце, о Добре и Справедливости.
Далее… А вот далее он совершил ошибку, повлекшую за собой кучу неприятностей. Сосредоточившись на деталях, Истинный пропустил главное — он ни слова не сказал о Златнике. В сумбуре начатого бунта, протозанщики не согласовали всех мелочей. Палач был уверен, что ребята знают о монете, а любой разговор на эту тему мог открыть новые детали, которых он знать не хотел — боялся выдать под пыткой. У самих друзей стояла простая цель: занести фото Волны в церкви Херсона. Что будет дальше? Как с ними свяжутся? Все это они оставили на волю потусторонних.
«Где я, а где Добро и Справедливость?», — с иронией размышлял Антип, но где-то глубоко внутри зародилась приятная, теплая мысль о возможном искуплении. Лучшая доля после смерти настойчиво рисовалась в преступной голове. Рустам же беззаботно вышагивал рядом, чувствуя себя защищенным.
— Ответьте теперь мне: как догадались,Что электричество спасет от палачей? — произнес на ходу Истинный, —Что в Олове другого нет оружья?Кто дал вам знать, как нас перемещать?Антип пожал плечами. Идея родилась у Рустама, ему и отвечать, но парень и сам не знал, как вышло, что шокер оказался в его руках.
— Пистолет не помог, ящик тоже, — перечислял Рустам, — Кроме шокера ничего не оставалось. Поэтому и взял его. Кажется, все так и было… Там такое творилось…
— Как интересно! Снова убеждаюсь:Зажатым в угол, открывают дверь…