Пять поэм

  
Конец книги, хвала Аладдину Корпа-Арслану
 
 
 
Только пробой осветился звонкий золотой,
 
Что в Гяндже был по-румийски отчеканен мной,  [346]
 
 
 
Начертал я имя шаха, чтоб моя рука
 
Прославлялась по вселенной долгие века.
 
 
 
Шах — в румийских одеяньях славный властелин;
 
Рум ему налоги платит, дань большую — Чин.
 
 
 
На стезе наук и знаний, словно на весы,
 
Разум Бахтишу он ставит и престол Исы.
 
 
 
Все творение земное дышит только им,
 
Небо, преклонясь, целует землю перед ним,
 
 
 
Ты, на милость чью надеждой полон Низами,
 
Средь касыд и песен века — песнь мою прими.
 
 
 
Коль найдет по нраву книгу твой высокий вкус,
 
Я, как твой венец высокий, в мире вознесусь.
 
 
 
Капельки росы медвяной стынут на шипах,
 
Божий дар небесной манной падает в песках.
 
 
 
Я тебе из сада мысли отдал лучший плод,
 
Чистый, сладостный, как в сливки погруженный мед.
 
 
 
Как инжир, в плоде роскошном сладки семена,
 
Сердцевина же — отборным миндалем полна.
 
 
 
В нем, для тех, кто ценит внешность, внешность хороша,
 
А ядро для тех, кем выше ценится душа.
 
 
 
Мой дастан — ларец закрытый, полный жемчугов,
 
Ключ к нему — в особом строе и значенье слов.
 
 
 
Я для мудрых этот жемчуг стал на нить низать,
 
Что сумеют самый трудный узел развязать.
 
 
 
Все, что доброго и злого в ней ты видеть мог,
 
Это — мысли указанье, разума намек.
 
 
 
Я семи царевен сказки нанизал подряд.
 
То — не сказки; в каждой сказке потаенный клад.
 
 
 
Сказку — у которой платье было коротко,
 
Я стихом своим крылатым удлинил легко.
 
 
 
Ну, а сказка, что сверх меры — мнилось мне — длинна,
 
Для тебя была искусно мной сокращена.
 
 
 
Я подарок царски щедрый подношу царю,—
 
Кость тебе со сладким мозгом жирную дарю.
 
 
 
Книгу я украсил тонко, росписью одел,
 
Чтоб ценитель благосклонно на нее смотрел.
 
 
 
Почему же так узорно изукрасил я
 
Семь сокровищниц, в них тайну смысла затая?
 
 
 
Это потому, что чтенье утомляет глаз,
 
А на росписи узорной отдыхает глаз.
 
 
 
Почему так длинно, спросишь, повесть я развил,
 
Чтением глаза, а уши пеньем полонил?
 
 
 
Потому, что много мыслей было у певца,
 
Как красавиц узкоглазых в глубине дворца.
 
 
 
Я — творец, мне был каламом сахарный тростник.
 
Пальма, полная плодами, — эта книга книг.
 
 
 
Я — жестоко осажденный в городе родном —
 
Убежать не мог, сражаться я не мог с врагом.
 
 
 
Словно с голубем, с дастаном весть я шлю сейчас,
 
Чтобы шах пришел и друга от осады спас.
 
 
 
Ты, чьи серьги носит вечный небосвод в ушах,
 
В драгоценных одеяньях светоносный шах,
 
 
 
Посмотри, какое чудо мой калам явил
 
В дни, когда ты добрым словом дух мой окрылил!
 
 
 
Завершил я эту книгу в срок, когда идет
 
По Хиджре без семилетья шестисотый год.
 
 
 
На четырнадцатых сутках  [347]месяца поста
 
Утром положил калам я и закрыл уста.
 
 
 
Пусть благословеньем будет книга для тебя,
 
Чтобы ты со славой правил, правду возлюбя.
 
 
 
Пей из этих бейтов воду жизни и любви,
 
Словно Хызр, живой водою упоен — живи!
 
 
 
Будь во всем велик душою, с жизнью подружись,
 
Царствуй долго, и да будет радостною жизнь.
 
 
 
Коль простишь мне, что на зов твой не явился я,
 
То позволь, чтобы достойно объяснился я.
 
 
 
Хоть и в море наслаждений, царь мой, ты живешь,
 
В этой книге наслажденье вечное найдешь.
 
 
 
И всего, что ценно в мире, выше в наши дни
 
Эта книга, остальное — тяготы одни.
 
 
 
Пусть сто лет наш век продлится, даже пусть — пятьсот,
 
Самый долгий прекратится век и в тьму уйдет.
 
 
 
Этот клад, что освятил я именем твоим,
 
Вечен будет, как небесный светоч, негасим.
 
 
 
Здесь, мой шах, я слово правды завершить хочу,
 
И тебя с открытым сердцем восхвалить хочу.
 
 
 
Счастлив будь! Пусть будет солнце хлебом для тебя,
 
Пусть стремянный будет послан небом для тебя!
 
 
 
Да пошлет творец владыке радостный удел
 
И счастливым увенчает завершеньем дел!
 
 
  
Искендер-наме
 
 Перевод К. Липскерова 
  
Книга о славе
   
Восхваление единства аллаха
 
Глава содержит традиционное восхваление единственности, вечности и всемогущества творца, речь о сотворении мира, молитвы Низами об избавлении от тягот и т. п.
  
Тайная молитва
 
Традиционная внутренняя беседа с Аллахом. Содержит мольбы о прощении грехов, о милости, о помощи, хвалы богу и т. п.
  
Восхваление последнего Пророка Мухаммеда
 
Глава содержит хвалы величию пророка, речь о его значении в мироздании и т. п.
  
О вознесении Пророка
 
Традиционная глава, схожая с подобными главами всех предыдущих поэм Низами (см. «Сокровищница тайн», «О вознесении Пророка»).