Отважная лягушка. Часть 3 (СИ)
Бар Акций Новум искренне полагал, что вечер удался. Её величество тоже пребывала в прекрасном расположении духа. Проводив гостей, она направилась в свои покои, приказав лекарю следовать за ней. Расслабившемуся царедворцу внезапно ужасно захотелось поведать Докэсте Тарквине новость, которая вот уже несколько часов вертелась у него на языке.
- Государыня, вам ещё интересно, кого регистор Трениума выбрал в мужья Юлисе? - не выдержав, спросил придворный, когда они шли по коридору.
- Кого? - императрица даже остановилась, уставившись на спутника с искренним любопытством.
- Оказывается, госпожа Септиса не врала, - криво усмехнулся тот. - Они, действительно, ещё ни с кем не подписали брачного договора. Но на следующий день после приезда племянницы к регистору Трениума приходил в гости сенатор Касс Юлис Митрор с Постумом Аварием.
- О боги! - вскричала собеседница. - Неужели ты считаешь, что они хотят отдать Юлису за этого старого лагира?
- Посудите сами, ваше величество, - чуть развёл руками лекарь. - Для сенатора Юлиса семейство Септисом не слишком...
Он замялся, подбирая подходящее слово.
- Состоятельно. Если бы Касс Юлис знал его племянницу достаточно давно, можно было бы предположить, что он ей очень сильно увлечён. Но они никогда раньше не встречались. А Аварий давно мечтает породниться с каким-нибудь знатным родом. Он бы и на кобыле женился, будь та аристократкой!
- Ему больше подойдёт жеребец! - презрительно фыркнула спутница и задумчиво покачала головой. - Ещё до отъезда я слышала, что сенатор Юлис чем-то не угодил Ганию, а Аварий будто бы сумел их помирить.
- Если так, государыня, - торжественно объявил царедворец. - То вполне вероятно, что сенатор хлопотал за Юлису затем, чтобы устроить её брак с Аварием!
- Наверное, так оно и есть, - зевнув, согласилась императрица, подходя к дверям спальни. - Бедная девочка, надеюсь, небожители помогут ей пережить такого ничтожного мужа.
- А если нет, ваше величество? - усмехнулся Акций, входя в комнату вслед за ней.
- Значит, так распорядились боги! - обернувшись, женщина мягко положила ему руки на плечи. - Кому что на роду написано.