Вселенная файа. Трилогия
Однако они не двигались, разглядывая лагерь, бывший их страдалищем несколько последних лет. Гараж с провалившейся крышей ярко пылал, освещая всё вокруг, внутри ограждения метались гексы, - одни усердно разламывали стену, окружающую лагерную тюрьму, другие ещё штурмовали комендатуру, третьи уже пытались вырваться из её двора, - его ограда уже была проломлена в нескольких местах, но почти все твари пока оставались внутри. По лагерю, словно привидения, метались заключенные, несколько гекс гонялись за ними, топча их и хватая. Философ видел, как один парень взобрался на уцелевшую вышку и, развернув пулемет, стал бить длинными очередями по собравшимся на плоской крыше комендатуры охранникам, - несколько прошитых десятками трассирующих пуль громил повалились замертво. Остальные заключенные тоже полезли на вышки, - по комендатуре начали стрелять из пулеметов и отнятых у убитых охранников автоматов. Завязалась перестрелка.
- Пошли! - нетерпеливо крикнул Уэрка.
- А куда? - ответил Философ, - куда нам идти?
- На запад. До границы двести миль, но это наша единственная надежда.
Беглецы пробежали по лесу больше мили и уже достигли пустынного шоссе, соединяющего Кен-Каро с Цетой, когда до них донесся гул вертолетов. Они повалились в траву, не надеясь на спасение. Но три огромных, пятнистых, черно-серых машины, заливавших землю сиянием ртутных прожекторов, пронеслись чуть выше верхушек деревьев, направляясь к лагерю. Через минуту до них донеслось характерное шипение ракет и раскаты взрывов.
- Надеюсь, они перебьют всех тварей, - заметил Уэрка, - но если промажут и попадут в здание, тоже выйдет неплохо.
- Что это было? - спросил Философ, - почему гексы взбесились, разнесли заборы и напали на охрану? Я чувствовал страх, а теперь он вдруг исчез! Это явно дело чьих-то рук, может, даже... Кто мог устроить такое?
- Помолчи, - буркнул Уэрка.
Они еле дышали после бега через темные заросли. Все дрожали от холода, их одежда была изорвана колючками.
- Подумай лучше, как нам переправиться туда, - он показал на запад, где за дорогой, среди пышных черных лугов, блестела широкая, - не меньше вэйда, - лента реки Каро. Луга на том берегу упирались в высокий обрыв, увенчанный лесом. Если они окажутся там...
Уэрка осторожно вышел на шоссе, пустынное в оба конца, насколько видел глаз. Над ним раскинулось бескрайнее чистое небо. Но дымчато-паутинную темноту туманности рассекала бритвенно-острая дуга зловещего света, а золотистую чистоту сияющей зари пятнали дымные тучи, - в двадцати милях к югу горел Кен-Каро.
- Сюда! Смотрите! - крикнул он.
Остальные выбрались из зарослей, удивленно разглядывая клубящийся дымный шлейф. До них вновь донесся гул, - не меньше дюжины военных вертолетов промчалось низко над рекой, направляясь на юг.
- Неужели началась война? - спросил Истми Сурт, бывший до ареста простым учителем.
- С кем? - брезгливо ответил Уэрка. Его лицо исказило внезапное сомнение. - Может, и началась...
Он замолчал, осознав, что, хотя вертолеты и пролетели, гул не стих.
Обернувшись, он увидел военный фургон, мчавшийся прямо на них. Все бросились врассыпную, кроме Уэрки и Философа, которого он схватил за руку, - Нэркис заметил, что фургон единственный, и в его кабине, - всего двое файа. Фургон резко затормозил. Философ заметил удивление на молодых лицах сидевших внутри.
- Стреляй! - крикнул он.
Уэрка вскинул автомат и дал длинную очередь. В кабине разлетелись стекла, файа ткнулись лицами в панель. На этом всё закончилось. Убитые не успели взяться за оружие, их фургон оказался загружен продуктами.
- Поедем прямо в город, - сказал Уэрка, брезгливо устроившись на окровавленном сидении и глядя, как остальные сбрасывают трупы в придорожную канаву, - там Высшим, похоже, сильно достается, и там есть мосты.
Они помчались по шоссе, пока оно не взлетело на пригорок, и им не предстали огни разгоравшегося пожарища.
* * *
Маоней Талу стоял на высоком переходном мосту, наблюдая за погрузкой гекс. Огромные существа спокойно занимали места в решетчатых вагонах, подчиняясь командам невидимых операторов. Рядом мощные краны ставили на платформы огромные восьмиколесные бронетранспорты. Их дюймовой толщины броню покрывал хаотичный узор из черных, серых и бледных пятен, - маскировочные цвета темного Уарка. Везде сновали файа и люди.
Талу нетерпеливо следил за погрузкой. Как только она закончится, он начнет свою первую серьезную поездку, - на таинственный и немирный юг. С ним отправлялись двести отборных гекс, находившихся в его личном подчинении. Они должны были усиливать пятый батальон первого, товийского, истребительного отряда, - шестьсот бойцов и тридцать бронетранспортов. Ими командовал мастер-истребитель 3-го ранга Черзмали Мато.
Следующие эшелоны доставят на юг ещё сто боевых операторов и две тысячи гекс из "Золотых садов". Двести самоходных платформ для их перевозки уже грузились в другом конце огромного товийского вокзала.
Талу посмотрел вниз, - погрузка уже почти закончилась, пора спускаться. Улыбаясь неизвестно чему, он побежал вниз, и ветер трепал его волосы.
* * *
Несколько часов спустя, когда поезд скользил по темным просторам Товийской равнины, Маоней поднялся в застекленный колпак на крыше штабного вагона. Они стремительно мчались на юг, минуя россыпи темных, едва освещенных строений, перемахивая по эстакадам спокойные, неподвижно-черные озера, в которых застыло отражение пламенеющей зари. Там, впереди, горизонт заслоняла линия округлых темных гор, поросших лесом, - первые отроги хребта Монриат. Выше в полнеба раскинулось багровое волокнистое зарево, заливая всё вокруг мертвенно-тревожным светом. Несмотря на щемящее ожидание неведомых испытаний, сердце Маонея пело, - жизнь поистине великолепна.
И лишь кровавое зарево показалось ему предвестником грядущей страшной судьбы.
* * *
Вернувшись в свой дом, Анмай испуганно замер, - его никто не встречал. Он быстро вышел в коридор, заглядывая в комнаты. Хьютай спала у себя, подсунув руку под голову. Вэру немного помедлил, - не хотел её будить. Разувшись, он беззвучно проскользнул внутрь и сел прямо на пол, любуясь подругой. Её лицо казалось отлитым из гладкой коричневой стали, - столь правильными и четкими были его черты, столь безмятежно-спокойной была она сама.
Словно ощутив его взгляд, Хьютай проснулась, и тут же улыбнулась ему.
- Вижу, что нам повезло. Ты не расскажешь мне, в чем?
Анмай усмехнулся. Скрыть что-то от подруги он не мог, - да, правду говоря, не слишком и старался.
- Повезло так, что я даже не знаю, будем ли мы живы, когда всё закончится.
- Так серьезно? Ладно, расскажи мне.
Анмай невольно опустил ресницы; глядя на наготу подруги, он никак не мог собрать мысли. Потом рассказал, - если не ей, то кому же?
Когда он замолчал, она задумалась, - это длилось не менее минуты. Анмай почти видел, как в её голове проносится миллион новых возможностей. И опасностей тоже. При всем множестве своих недостатков, дурой Хьютай Вэру не была.
- Пока всё слишком смутно, - наконец сказала она, опустив ресницы. - Трудно понять, но я чувствую себя... словно хочу прыгнуть в воду с высоты, - и радостно, и всё внутри сжимает. Я не знаю, что из этого выйдет, но думаю, это приведет нас к звездам.
- Может быть. Через одну или две тысячи лет.
- Я надеюсь, что быстрее. Ты летишь на Хаос?
- Да.
- Сейчас?
- Нечего ждать.
- Разве что меня.
Анмай вздохнул.
- Там может быть... опасно.
- Фи. Если я всё поняла правильно, опасно будет везде. Боишься, что я надоем тебе?
- Нет. Боюсь, что тебя опять понесет...
- То есть "да, дорогая, мы едем?".
- Ты мне всю голову запутала!
- Будто было, что путать!