Этикет следствия (СИ)
Келин Алекс
Этикет следствия
Глава 1
Понурый парень лет двадцати в испачканной краской и провонявшей гарью робе неловко вытер нос, чуть оцарапав себе щеку наручниками.
На щеке задержанного остался мазок сажи.
- Я... Я демонов сжег! Вы не понимаете... она их разводит, и нашей братии подсаживает. Вам ее надо арестовать, а не меня!
Младший следователь Виктор Берген привычно подавил желание несолидно ухмыльнуться.
Дело о поджоге художественной галереи госпожи Сафоновой могло стать для тем еще геморр... хм, той еще бумажной волокитой. Поджигатель есть, вот он, но "квалификация содеянного зависит от стоимости пострадавших ценностей". И пришлось бы разбираться, где унылая мазня, а где - шедевр кисти гения. Со всеми шансами свернуть себе мозги, общаясь с искусствоведами. Но единственной фразой про демонов горе-художник избавил Виктора от проблем.
Младший следователь кивнул, снял с него наручники и пододвинул чернильницу:
- Пишите. Зачем поджигали, как поджигали, кто помогал... И про демонов - со всеми подробностями.
Парень подобострастно глянул на Виктора снизу-вверх и мелко закивал.
- Да! Я! Я сейчас! Все напишу, пусть эта стервозина ответит!
Задержанный потер запястья, снова шмыгнул носом, сгорбился над столом и застрочил, поминутно оставляя на бумаге жирные кляксы.
Виктор встал (парень, увлеченный бумагомаранием, на него даже не покосился), подошел к двери в допросную, пригнулся в проеме, не рассчитанном на его двухметровый рост, выглянул и негромко свистнул. Из-за стойки показалась физиономия дежурного сержанта.
- Живо гони курьера к инквизиторам, - стараясь сохранять серьезную мину, велел Виктор, - это не наш клиент. Это их клиент.
Сержант, не стесняясь, расплылся в довольной улыбке.
- Как прикажете! Стража не спит - никто не спит, - бодро отозвался сержант и чуть тише добавил: - а инквизиторам вообще спать незачем.
Виктор усмехнулся, вернулся в допросную, откинулся на спинку стула и стал наслаждаться моментом. Нечасто выпадает возможность спихнуть гору бумажной работы на кого-то другого. Обычно в управе вся нудятина доставалась ему, как самому младшему из следственного. Но демоны - особый случай. Если в деле фигурируют "потусторонние сущности", расследование тут же переходит под юрисдикцию епископского Тайного приказа, проще говоря - инквизиторам. Еще пару месяцев назад они занимались и преступлениями с использованием магии, но то ли епископа жадность подвела, то ли были еще какие-то подковерные игры...
На очередную просьбу увеличить финансирование Тайного приказа епископ получил от князя Гнездовского совсем не тот ответ, какого ожидал. "Не справляетесь? - говорят, хмыкнул князь Николай, - ладно, передавайте дела с магией страже, они и так за вас половину работы делают. А сами гоняйте призраков, демонов и одержимых".
По итогам этого судьбоносного заявления получился мудреный циркуляр, общий смысл которого можно было перевести так: "Если в деле есть потустороннее - это проблема инквизиторов. Если это дела людские, пусть даже маги подрались с огненным штормом, градом лягушек и толпами зомби - расследует стража". Магам за сотрудничество со стражей князь посулил громадные налоговые льготы, а шеф следственного управления так быстро сформировал штат отдела магической экспертизы, что стало ясно - у хитрого полковника все было готово давным-давно.
"Демоны есть демоны, - ухмыльнулся про себя Виктор, наблюдая за стараниями задержанного, - даже если поджигатель просто псих - пусть это выясняют ребята в рясах. Нам и так проблем хватает с высокородной толпой княжеских гостей".
Когда объявили, что на ежегодный летний бальный сезон в Гнездовск съедется не просто окрестная знать, но еще и все владетельные господа Заозерья, шеф созвал общее собрание следственного.
- Итак, наша задача - обеспечить безопасность высоких гостей князя. Усиленные патрули организует городская управа, но и нам с вами скучать не придется. Нужно, чтобы все наши жулики-злодеи во время балов сидели тихо, как мыши под веником. Не приведи Господь, у какого-нибудь княжича фамильную цацку украдут - позора не оберемся. Так что напрягаем агентуру и приструняем всех, до кого дотянемся. Дела расследовать быстро и жестко, никакого затягивания сроков. Есть сомнения - сажайте в камеру, потом разберемся, кто виноват, а кто мимо проходил.
Подчиненные кивали, подсчитывая в уме оплату сверхурочных. Подсчеты явно всем нравились, а что пахать придется от рассвета до рассвета - так следственному не привыкать.
Бальный сезон запланирован на две недели, два дня из них уже прошли - и все, вроде, идет достаточно неплохо. Благородные господа развлекаются в княжеском замке, их приближенные разбрелись по Гнездовску, делая годовую выручку кабакам, борделям и игорным домам. В драки они ввязывались умеренно, а местные жулики, понимая, каких проблем могут отхватить, притихли. Сенька Шустрый, правда, попытался какого-то кошицкого паныча в карты надуть - но Сеньке свои же быстро пересчитали ребра, и все закончилось вежливыми, хоть и слегка натужными извинениями.
Задержаный закончил писанину. Виктор пробежал глазами корявые строчки - все в порядке, про демонов старательный художник накатал аж три страницы. Даже жуткую картинку на полях изобразил. Есть все основания для передачи дела инквизиторам. Вот и хорошо, хмырь с воза - следаку легче.
- Так как делами с участием потусторонних сил ведает Тайный приказ канцелярии епископа Гнездовского, ваше дело я передам им, - официальным тоном сообщил Виктор задержанному, - их представитель скоро прибудет.
В дверь постучал конвойный. Видимо, инквизитора все-таки добудились глухой ночью.
Виктор в глубине души злорадно хихикнул и отправился передавать дело.
До конца его дежурства оставалась еще уйма времени.
*****
...Ой! Скользко... Развели грязищу, свиньи... Не измазаться бы... Баба опять пилить будет. Послал же Бог женушку! И чего ей не хватает! Я и так с утра до ночи в мастерской, пилю да строгаю, и платят мне хорошо, я же столяр высшего - ик! - мастерства!
Даже господин помощник бургомистра мне - ик! - стол - ик! - заказывал!
Проклятая икота... перейди на Федота... Хы... Не повезло Федоту. С Федота на Якова... Э, нет, на Якова - на меня! - не надо никакой икоты!
Ик!
Вот дрянь.
На Стражу бы не нарваться, они сейчас нервные - жуть. Бдят, чтоб княжь - ик! княжьих гостей не обидели. А и обидели бы! Тоже мне, всякие понаехавшие дороже своих!
Ик!
Ох, не на улице же отливать, где тут какой закоулок? А то стража... Жена тупой пилой распилит, и вообще - я же приличный человек! Не абы кто!
Уф, вот и тупичок, ворота склада какого-то... Никто не увидит. Ик!
Фу, вонища... И темно тут, как в заднице... Сейчас я быстренько... не навернуться бы в эту пакость, набросали всякой дряни... Ой. Ну вот. Упал. Свинью тут, что ли, потрошили?
Потрошили. Свинью.
Иисус-Мария-Иосиф! Господи, спаси, сохрани и помилуй!
Столяр Яков, истошно вопя, на четвереньках отползал от искромсанного трупа, на который только что рухнул, поскользнувшись в луже свежей крови. Луна появилась в просвете туч, и развороченное нутро мертвеца маслянисто заблестело. Распахнутые глаза, казалось, следили за незадачливым пьяницей. Какая-то мелкая тварь - похоже, крыса, до появления пьяного столяра лакомившаяся свежим мясом, забилась в щель под воротами.
Перемежая проклятия и молитвы, Яков попытался встать, но ноги подвели его. Отвести взгляд от блестящих глаз покойника было невозможно.