Проделки купидона
— Для Геркулеса? — воскликнули разом леди Брэндрейт и Александра.
— Да‑да. Он все еще существует. Я его ненавижу. При одном упоминании его имени дамы начинают охать и ахать. Ну, я полетел.
— И это все? — спросила леди Брэндрейт. — А где мне искать бюст? Я думала, что его забрал Зевс.
— Ничего не знаю, — отвечал Меркурий. — И не спрашивайте, я все равно ничего не могу сказать. Раньше я гадал о будущем на скорлупе грецких орехов, но вот уже несколько сот лет, как бросил это занятие. Я и сам нахожу эти слова оракула загадочными, но такова жизнь на Олимпе. Да и на земле тоже! — Крылатые ноги вынесли его в окно, и он тоже скрылся в восточном направлении.
Александра вздохнула. Подул прохладный осенний ветерок, и она вздрогнула. Нужно было возвращаться в бальную залу, но ей не хотелось. Она не желала расставаться с Психеей, Купидоном… и даже с Энтеросом.
Шум из замка доносился все громче. Дверь распахнулась, и несколько сильно подвыпивших джентльменов скатились с лестницы. Александра не могла удержаться от смеха. Брэндрейт и Лонстон поспешили на помощь гостям.
Один из них заплетающимся языком объяснил, в чем дело.
— Мы видели человека с крыльями на ногах. Мы пытались найти его, но не могли. Хотели попросить его, чтобы отнес нас в ближайшую таверну за ромовым пуншем. Вы его видели?
— Нет! — дружно отвечали Лонстон и Брэндрейт.
Веселый джентльмен рухнул на землю.
Леди Брэндрейт подошла к дочери.
— И на пирах у Вакха тоже такое бывает?
Александра засмеялась.
— Ты думаешь, Зевс снова заставит нас все забыть? — спросила она.
— Надеюсь, что нет. — Маркиза всматривалась в ночное небо. — Мне так приятно думать, что Психея существует на самом деле. Но подумать только! У меня родятся близнецы!
Александра обняла мать.
— А у меня будут братья!
Маркиз и Лонстон проводили подвыпивших джентльменов в замок. Дамы последовали за ними.
За ужином лорд Брэндрейт объявил о помолвке своей дочери с лордом Лонстоном. Столовую огласили восклицания, аплодисменты и поздравления.
Когда шум немного утих, Майлор Грэмпаунд встал с бокалом в руке. Устремив долгий многозначительный взгляд на Джулию, он поднял бокал.
— За любовь! — сказал он.
— За любовь! — с энтузиазмом подхватили гости.
Лонстон взял Александру за руку. Она сжала ему пальцы.
— За любовь! — прошептала она.
Никогда в жизни она не испытывала такого счастья, как в этот миг. Полночь миновала, страхи ее исчезли, будущее сулило ей только радость…
…Леди Александра Стэйпл вздрогнула и очнулась. В камине весело и шумно трещали дрова, и в причудливой пляске жаркого пламени, казалось, рождаются непостижимые и чарующие картины. Дождь неумолчно шумел за окном, и в гостиной царил уютный полумрак. В отблесках огня длинные тени на стенах двигались как живые.
Девушка протерла глаза, покачала головой, все еще во власти фантастического, сладкого видения. Боже милосердный, да ведь она одна здесь, в полумраке гостиной! Неужели она попросту задремала в кресле после ужина? И все, что было с нею, — только сон?
Коварство Афродиты и Энтероса, улыбка крылатого Купидона, самоотверженная доброта Психеи… но главное, главное — объятия, поцелуи, жаркие признания Лонстона! Неужели это и вправду ей только приснилось? И она, словно глупенькая дебютантка, грезила в вечерней полутьме о любви человека, которому она нисколько, просто нисколечко не нужна?
Хотя в камине жарко пылал огонь, Александре вдруг стало зябко. Она вздрогнула, обхватила себя руками за плечи и медленно, очень медленно перевела дыхание, боясь, что вот‑вот расплачется навзрыд. О, как все это грустно, как больно!.. Кажется, лишь минуту назад Александра была любима и безмерно счастлива — и вот все исчезло, развеялось, словно дым из треножника древнего оракула… Хм… странно. С чего бы это ей вспомнился оракул?
И тут в коридоре заскрипели шаги, и дворецкий, войдя в гостиную, внушительно объявил:
— Приехал Ньюлин Сент‑Ив, виконт Лонстон. Он просит дозволения побеседовать с вашей милостью о весьма важном и неотложном деле…