Кологверат: найти себя (СИ)

– Мы и сейчас на острове?
– Те, кто состоял в корпорации, кто успел купить места здесь, да. Жители низших миров где-то в государственном бункере на севере России.
– Подожди, я запутался! Жители низших миров это кто?
– Кто-кто? Твои горячо любимые трущобовские. Какой-то сумасшедший филантроп купил для них миллион VR-капсул, ещё миллион выделило государство. Так нам до начала катастрофы удалось спастидва миллиона нищих.
Я слушал её молча, но внутри все бурлило и закипало от негодования.
– Да как же так?! – не выдержал я. – Вам удалось спасти всего два миллиона простых людей?! Всего два миллиона?! Да какого черта? Почему вы их спасли, а затем швырнули в Колесо перерождений?!– только на последней фразе я понял, что навис над старухой и кричу ей в лицо.
– Потому что, – невозмутимо отхлебнув чай, ответила она. – Потому что они устраивали мятежи и всё ещё порывались свергнуть власть. То, что происходило в реальном мире, наверняка бы началось и здесь. Поэтому и было придумано все так, чтоб избежать их вторжения и захвата Серединного мира. Ведь там управление, там Вездесущий. Этого категорически нельзя было допустить. Серединный мир изначально планировался как мир элиты, Божественный мир создан как буферная зона. А низшие миры, которые раньше были игровыми, вынесли за пределы, таким образом, расширив пространство. А Колесо было необходимой мерой, сама программа уже была создана, кстати, тобой же и создана. Оставалось только вручить её Вездесущему, а он уже сам сделал все как надо, упорядочив и дополнив миры. Так жители трущоб, попав в миры, во-первых теряли память и больше не бунтовали, во-вторых обретали ауру и имели возможность, в конце концов, попасть в Божественный мир, если удавалось накопить положительную ауру. Кстати, между перерождениями они помнят себя и у них есть выбор, а так же доступ к панели распределения накопленного опыта, навыков и силы, у некоторых даже есть возможность выбрать мир и семью при перерождении. Видишь, это вполне гуманные меры, тем более так было решено на всеобщем голосовании в Серединном мире.
– Да кто вы такие? – от злости у меня запульсировало в висках. – Да кто вам дал право решать, кто чего достоин? Кто дал высшим право решать, кого лишать памяти, а кого нет?
– Ох, Олег! У элиты всегда было такое право. В Серединном мире сейчас находятся пять глав государств из дружественного альянса. Там же и все политики, миллиардеры, знаменитости, ученые. Все те, кто имел весомый голос в реальном мире. Они были у власти до киберконсервации, они есть и будут у власти в Кологверате, и после пробуждения они снова встанут у руля. Так было и будет.
– Вы чудовища, – закрыв глаза, пробормотал я.– Это не правильно, ужасно.
– А ты? Сам-то какой? – возмущенно воскликнула Туя. – Что-то я не помню, чтоб тебя это слишком беспокоило раньше. Когда предложили модерировать низшие миры, когда дали возможность стать богом в этих мирах? Почему-то тогда тебя ничего не смущало, и сам же с радостью ухватился за эту возможность, никто тебя не заставлял. И властью не побрезговал! А теперь ты посмотри, миротворец какой, Робин Гуд хренов!
Туя разгневано грохнула скрюченной рукой по столешнице.
Я покачал головой, пытаясь упорядочить полученную информацию, устало плюхнулся на высокий барный стул и уткнулся лицом в ладони.
– Все равно это какая-то бессмыслица, – глухо пробурчал я.
– Хватит, бессмыслица – не бессмыслица. Система работает уже несколько лет, и всех все устраивает. Кологверат наш мир, созданный нами за наши же деньги. И не удивительно, что мы здесь устанавливаем свои правила. Жители трущоб должны быть благодарны нам и за это. По крайней мере, мы не бросили их медленно умирать в бункере голодной смертью, предоставили им VR-капсулы, дали возможность переждать.
Я зыркнул на нее исподлобья, но ничего не ответил. Ульяна Николаевна слишком погрязла в своих иллюзиях, и переубедить эту закоренелую эгоистку я не мог. Но я все пытался понять, почему же сам так спокойно смотрел на этот кошмар? Неужели из-за денег и я очерствел? А может власть вскружила голову? Мне стало гадко от самого себя.
– Ты так и будешь молча страдать, или, наконец, начнешь задавать правильные вопросы? Ты зачем ко мне пришел?
– Хочу вытащить Нику и Виолетту из Колеса перерождений, – я запнулся. – Хотел.
– А сейчас уже не хочешь? – недовольно проскрипела Туя.
– Хочу, – ответил я, наконец, взяв себя в руки. – Знаешь как?
– Ну наконец-то! А то думала уже не дождусь вопросов по существу, да так и помру.
– Ты же не можешь умереть, – усмехнулся я.
– Точно, – засмеялась Туя.
Затем она резко прекратила смех, встала, отряхнула юбку, взмахнула рукой, и в воздухе засиял и заискрился портал.
– Куда мы? – насторожился я.
– К Каагмару, – невозмутимо произнесла туя, – узнаем, где спрятал твои доспехи.
– Мне по-прежнему нужны доспехи? – скривился я. А ведь только начал надеяться, что Туя сейчас взмахнет рукой, хлопнет в ладоши, и Ника с Виолой предстанут передо мной.
– Конечно, а как ты еще попадешь в свой мир? Только оттуда ты сможешь их вытащить, ведь Колесо – это твой божественный дар.
– Что еще за дар? – крикнул я, но Туя уже исчезла в сиянии барьера и не слышала меня. Я шагнул следом.
  
Глава 23
 
Я шагнул за Туей в портал. Уже наступил глубокий вечер, и Божественный барьер, оказавшийся перед нами, светился легким белым маревом. Позади нас высился мрачной тенью лес, я пытался понять, это тот же Колючий лес с обратной стороны или какой-то другой. Хотя, это сейчас не имело никакого значения. Где-то далеко протяжно взвыл волк, затем совсем близко ухнул филин. Прохладный ветерок обвевал моё изуродованное лицо, будто успокаивал разгорячённые, полные гнева и негодования мысли. Я ещё не мог смириться с тем, что рассказала ведьма.
Тем временем Туя поднесла руки к губам, в ладонях вспыхнул светящийся клубочек. Она что-то быстро-быстро нашептала на него и клубок, взлетев вверх, медленно поплыл вперед, пока не скрылся в тумане Божественного барьера.
— Каагмара позвала, – пояснила Туя, заметив мое замешательство.
– О каком даре шла речь? – почти шёпотом спросил я. – Что ещё за Божественный дар?
– У каждого бога есть особая способность, — так же тихо ответила Туя, вторя шелесту листьев позади. — Точнее артефакт, дарующий такую способность. Например, у тебя была купель, способная вытащить любого из Колеса перерождений прямо в Божественный мир. У Лиады «Горн времени» она могла посылать своим жрицам в прошлое послание.
— Как это – в прошлое? — удивился я, пытаясь представить, как можно такое осуществить технически.
– Удивительная штука, — усмехнулась ведьма. — Влада сама придумала эту систему. Сообщение отправляется не дальше чем на сто пятьдесят лет. Отправляется обычно жрицам кинцемори или провидицам. Так вот, это послание перезаписывает память всех кто к нему причастен, меняет события, и даже историю. Но вот использовать она его чаще, чем раз в сто лет не может. Да и у неё тоже память перезаписывается, поэтому она даже не может оценить последствия или преимущества этого горна.
– Подожди, я что-то не совсем понял. Как это перезаписывается? То есть Лиада послала своим жрицам послание обо мне, к примеру, вчера, и оно отправилось на сотню лет назад. Но ведь кинцемори мне о нём мне уже говорили... Уже сейчас о нем знают все...Я ведь... Время ведь ещё не наступило, выходит, что это всё произошло иначе, и вездесущий просто перезаписал память и события?
Я усиленно пытался представить себе весь процесс и масштаб, но получалось плохо.
— Не пытайся понять, – махнула рукой Туя. — Все артефакты привязаны к Вездесущему, и он меняет память и структуру. И каким именно образом это работает, знает только он. Вот вернёмся в реал, сам у него и спросишь.
Я задумчиво взглянул на барьер, протянул руку к нему и шагнул навстречу. Я не мог не попробовать ещё раз коснуться его, попытаться пройти в Божественный мир. Теряясь в сумрачном тумане, я снова уткнулся в упругую преграду. Не удивился, лишь кольнуло слегка от досады, что путь по-прежнему закрыт.