Люди как боги (илл. С. Цылова)

Первая, ближняя планета нас не заинтересовала. Это был огненно-дымный шар — океаны лавы и тучи сернистого газа над ними. Никакие формы жизни не могли существовать в этом адском пекле. Две крайние планеты тоже не привлекали: они были покрыты толщами вечного льда.
Но вторая,Сигма, вспыхивавшая вечерами розоватым сиянием, была похожа на Землю: океаны, горы, леса и реки. Одно поразило нас: приближаясь, мы сигнализировали радиоволнами и светом, но ответа не получили. Побаиваются неожиданных пришельцев, думали мы. Оба звездолета повисли над планетой, а к ней направился планетолет: Андре, я и Лусин с Трубом. Из осторожности много людей решили в разведку не посылать.
Сперва мы облетели Сигму- обнаружили четыре города и десяток поселений, но ни жителей, ни машин не увидели. Внизу лежали четко распланированные ящики глухих зданий,они складывались в улицы, улицы вливались в площади- и улицы, и площади были пусты.Андре выбрал лужайку в леске недалеко от города и вылез первый. Когда я стал выбираться, меня обогнал Труб. Ангел с шумом вырвался наружу.Как ни просторно в звездолете,но здесь ему было вольготней. Он стонал от восторга и кувыркался в воздухе, как мальчишка на авиетке.
— Отправимся на поиски местных жителей,- сказал Андре.
Труб понесся вперед, стараясь обогнать авиетки, но вскоре отстал. Лусин посадил к себе пристыженного ангела. Мы не торопясь продвигались к городу. После пещерных жилищ альдебаранцев и защитных рощ вегажителей город нас не поразил.Здесь все же были здания- ящики без окон и дверей, с какими-то отверстиями у крыш, приземистые,угрюмые, непомерно длинные- иные простирались на километр и больше. Если бы не исполинские размеры помещений, я сказал бы, что они напоминают дома альтаирцев.
— Ручаюсь,что жители здесь крылаты,-сказал Андре.- Что-нибудь вроде нашего Труба.
Но они были скорей похожи на кузнечиков, чем на ангелов. Мы вскоре увидели группу таких кузнечиков,ростом с наших десятилетних детей,зеленых, чешуйчатых, прозрачнокрылых, шестиногих, с прямо поставленной, узкой, почти человеческой головой- мертвых… Они лежали у стены, окровавленные, расплющенные,ни у одного не билось сердце, ни один не дышал. Мы молча стояли перед ними, лишь Труб со свистом рассекал воздух крылами.
— Нет мира под звездами,- хмуро сказал Андре. Он поманил Труба.- А ну, приятель, просунь голову в дырку и доложи, что видишь.
Труб пролез в одно из верхних отверстий и пропадал минуты две. Потом он камнем рухнул вниз.
— Смерть!- хрипел он в волнении.- Все убиты!
Я подозвал Труба. Он с готовностью подставил спину. Этот крылатый парень был силен как бык и легко доставил меня к отверстию. Я просунул вниз ноги и сел, ухватившись руками за край отверстия.
— Внутрь и побыстрее, Труб! — сказал я.
Он мигом проник в другое отверстие и подлетел ко мне изнутри. Я шире его в плечах и не мог пролезть так легко. Труб дернул меня за ноги и подхватил на лету. Я засветил карманный прожектор.
В гигантском каменном сарае были навалены штабелями мертвые кузнечики с человеческими головами. Везде лежали мертвецы, одни мертвецы — никто не приподнял головы, никто не шевельнул крыльями.
— Мор или побоище?- спросил Андре, когда мы с Трубом вернулись.
— Вероятней, что побоище. Жители города прятались под защитой стен, смерть настигла их в укрытии.И произошло это недавно, может, несколько дней или часов назад. Трупы расплющены, очевидно, удар из гравитационных орудий.
Впереди тянулась стена здания, перегородившего улицу, мы свернули налево, Лусин вдруг побежал, крича:
— Человек! Мы. Такой же.
Мы поспешили за ним, нас опередил с клекотом Труб.
На крохотной площади, образованной торцами трех зданий-сараев,стояла скульптурная группа из трех фигур.Высокий человек обнимал двух человекоголовых кузнечиков.Все трое смеялись,поднимая лица вверх, они чему-то одинаково радовались. Желтый, нарядный камень, не похожий на холодный мрамор наших статуй, дополнял впечатление радости.
— Галакт,- сказал Андре,показывая на изогнувшиеся в разные стороны пальцы центральной фигуры.
— Встреча друзей,- сказал Лусин.- Сошел с неба. Ждет других.
Я не мог оторваться от галакта. Скульпторы Земли не умеют с такой живостью передавать лица,в изображениях всегда остается что-то безжизненное, показывающее,что перед тобой камень,а не тело. Здесь было живое лицо, до того живое, что хотелось улыбнуться в ответ на его улыбку. И снова меня поразили огромные глаза галакта.Почти четырехугольные,они захватывали добрую треть лица. И у них было свое выражение- сквозь веселье проступала тревога, художник мастерски передал ее: кузнечики с умными человеческими лицами только радовались, обнимая галакта, он и радовался, и тревожился, был счастлив и насторожен, он, казалось, не одних веселых известий ожидал, вглядываясь в небо.
Я мысленно вызвал Веру. Во вспыхнувшем видеостолбе я увидел командирский зал, в креслах сидели Вера, Ольга и Леонид.
— Не беспокойся,- сказала Вера.- Мы следим за вами.
— Значит, вы видели ужасы этого города мертвецов? И понимаете, что это значит?
— Да, Эли. Вы защищены мощными полями, пользуйтесь ими.
Вокруг нас летал Труб, то взмывая, то падая вниз. Внезапно он унесся в сторону,и вскоре раздался его призывный клекот.Он кричал так страшно, что мы со всех ног кинулись к нему.Я вспомнил,что он не обучен пользоваться защитными полями, и огородил его своим. Труба отбросило от глыбы, на которую он с яростью кидался.Я поспешно снял поле.Труб так и не понял,что произошло. Он потом рассказывал, что невероятная сила схватила его за волосы и метнула прочь.
— Враг! — надрывался Труб, снова бросаясь на глыбу. — Подлый!
Но это было не живое существо, как показалось Трубу, а снова камень.
На отполированном пьедестале возвышалось нечто странное: не то раздувшаяся черепаха, не то рыцарский шлем из земных музеев. А из середины каменной опухоли вздымалась гибкая- змеиным телом- трубка, и на конце ее был нарост, вроде ананаса.Он сверкал,этот нарост,от него отбрасывались лучи,но не как от лампочки — сплошным сиянием, а словно от тысячи колюче-ярких остриев, как если бы он был инкрустирован драгоценными камнями и каждая грань блистала особо.В облике удивительного сооружения ощущалось что-то зловещее,и я понимал Труба, набросившегося на него с таким неистовством.
— Не разрушитель ли это?- сказал Андре без обычной уверенности.
— Скорей боевая машина разрушителя,-высказался я.- А огурец на шее — глаза или перископ.Конструкция,живая или механическая, которую так и хочется назвать головоглазом.
— Третья!- крикнул Лусин, бросаясь в проход между зданиями.- Головоглаз первоклассный! И галакт- тоже!…
Третья скульптурная группа в самом деле была великолепна. Слово «великолепна» относится к мастерству, а не к содержанию. На краю постамента громоздилась такая же каменная туша со сверкающим наростом, а в центре и с другого края располагались два галакта и восемь жителей Сигмы.
Притихшие, мы замерли перед скульптурой. Вторично, после уничтоженной картины альтаирцев, мы видели ужасную сцену неволи. На шее галактов висели цепи,такие же цепи были и у жителей Сигмы. Это была процессия невольников, и первыми невольниками шли галакты, а сверкавший перископом головоглаз был, очевидно, надсмотрщиком.
— И все-таки кое-чему я во всем этом безобразии радуюсь,- сказал я.- И знаешь чему, Андре? Теперь мы можем спокойно закрыть одно твое открытие. Я имею в виду твою грозную теорию невидимок.
— Не могу передать, как я сам рад!- воскликнул Андре.- Вид у этой бронированной опухоли отвратительный, но все же это тело, а не привидение.
— И я думаю… — начал я, но не закончил.
— На помощь!- отчаянно крикнул Андре.
Ошеломляюще острый свет ударил нас по глазам,и необоримая тяжесть швырнула на стену здания.
Мне показалось, что я попал под пресс и раздавлен.