Сказки моей жизни

И опять бабушка одна:
 
 
На горе корову белка лаяла,
 
ноги растопыря, глаза выпуча,
 
как овца в гнезде на яйце сидит,
 
по поднебесью сер медведь летит.
 
Он ушками, лапками помахивает,
 
он черным хвостом потряхивает…
 
 
И после каждой строчки толпа дружно подхватывала припев: «Небылица в лицах…»
И когда кончили петь, выступил наш командир:
— А теперь, граждане, я вам расскажу о нашем ковре-самолете, о нашем Коньке-Горбунке. Вы его сами видели, вот он стоит на реке под обрывом. Вековая сказка, о которой вам говорила бабушка, стала явью. Гордый человек победил воздух. Не сразу ему далась победа. Тысячи лет он стремился к ней, много сильных и смелых людей погибло в борьбе с воздушной стихией. Теперь человек летает.
…Летать по воздуху безопаснее, чем ездить по железной дороге. Крушения самолетов становятся все реже и реже. И скоро будут почти невозможны.
…Наш самолет поднимает только шесть человек. А уже построены самолеты, поднимающие по двадцать-тридцать человек, построят и еще больше. Нашей великой советской стране нужны такие самолеты. Они с неслыханной быстротой переносят людей из страны в страну, из одной части света в другую. Самолету везде дорога. Ему не надо ни шпал, ни рельс, ни сторожей, которые флажками и фонарями указывали бы ему дорогу.
…Я живу летом в деревне под Москвой. По понедельникам и пятницам из Германии над нашей деревней пролетает аэроплан. Ровно в семь часов вечера, не опаздывая. Пусть ветер, дождь, туман — в семь часов аэроплан летит. В деревне частенько говорят: «Летит. Семь часов. Сейчас стадо пригонят». Как, бывало, определяли время по поезду. «Вечерний поезд прошел — значит, семь часов…»
Таков был рассказ нашего командира. И всем он показался чудеснее, чем бабушкина сказка. Толпа шумно приветствовала командира.
А командир взял бабушку за руку, подвел к столу, и они двое кланялись шумной, смеющейся толпе.
Она — старая сказочница.
Он — сказочник новый.
  
СКАЗКИ НАШИХ ДНЕЙ
 
Бегут годы, как зайчики по полю. Скок, скок! И нет их — пробежали. А оглянешься назад, все памятно, и словно бабушка недавно рассказывала мне свои сказки. Но бабушки уже нет, и сказки, про которые я рассказывал, сбылись давно.
И вот на наших глазах родятся новые сказки. Эти сказки — наши дела. Их каждый день во всех концах Советской страны создают самые смелые, самые чудесные строители — большевики.
Бабушке моей и не снились такие чудеса.
Первого мая пошел я в Москве на Красную площадь. Сотни тысяч людей шли там со знаменами, с песнями. В небе над площадью летали стаи самолетов, кувыркались, играли, как веселые ласточки-щебетуньи. Гул от их полета сливался с песнями народа. И вдруг откуда-то послышалось могучее гудение, от которого задрожал весь воздух. Люди подняли головы к небу, а в небе летел могучий самолет, перед которым все остальные самолеты показались воробьями.
На крыльях у самолета стояло его имя: «Максим Горький». Это уже целый дворец летел, а не ковер-самолет, дворец, в котором летают семьдесят пять человек сразу. В нем есть каюты, столовая, коридоры, электричество, радио. Все отделано так красиво, как в сказочных дворцах.
Я видел в селе Тушине, под Москвой, как на парашютах с пяти самолетов спрыгнули сразу сто человек и медленно стали спускаться к земле. Целая туча людей летела с неба на землю! Каждый парашют был окрашен в особый цвет — синий, красный, зеленый, желтый. В небе будто расцвели огромные цветы. Это было зрелище, похожее на самую красивую сказку.
Не так давно я видел, как улетал в небо стратостат. В прозрачном воздухе быстро уходил в небо воздушный шар, у которого вместо корзины была круглая, похожая на мячик гондола. Он уходил все выше, выше и скоро скрылся из глаз в бледном осеннем небе. Никогда еще человек не залетал так высоко! Стратостат достиг высоты 19 километров, а потом благополучно спустился на землю.
Совсем на днях я ездил в поезде метро, глубоко в земле под Москвой. У входа в метро — красивая, похожая на волшебный домик станция. По движущейся лестнице мы спускались все ниже и ниже под землю. Стены входа выложены мраморными плитами; яркий свет заливает лестницы. Глубоко внизу протянулась подземная платформа с красивыми колоннами, тоже залитая светом. Тихо гремя колесами, к платформе подошел поезд метро. Яркие вагоны полны света, все в них удобно, все ласкает глаз. Начальник станции подал знак, и поезд быстро полетел по тоннелю. Вагоны чуть вздрагивали. И я подумал невольно: вот мчится железный конь под землей, а высоко над нашими головами по улицам ходят люди, мчатся автомобили, трамваи, стоят дома, дворцы, заводы. Это разве не сказка наяву?
А вот недавно я видел Беломорско-Балтийский канал. Через леса, через скалистые холмы, через болота и порожистые речушки от моря до моря протянулась глубокая река, сделанная рукой человека. По реке идут большие пароходы — везут людей, везут грузы. Чтобы попасть из Ленинграда в Архангельск, эти пароходы должны бы идти вокруг Швеции и Норвегии, мимо Эстонии, Финляндии, Латвии, Германии, Дании, Англии — идти тремя морями и двумя океанами, идти много дней. А теперь у них прямой и короткий путь.
Еще я видел корабль, десять лет пролежавший на дне морском и вытащенный оттуда сказочными богатырями — нашими водолазами.
Смотрите, сколько новых сказок стало вокруг нас!
Не дожила моя бабушка до этих сказок. А я вижу их наяву на каждом шагу.