Игрушка Тёмного Лорда (СИ) (художник Лиана Воскресенская)

сжала платье на груди. У неё не было выбора, в очередной раз обречённо подумала она. Не было выбора.Только лечь грудью на это пыточное сооружение и надеяться, что она не захлебнётся своими криками.Она выскользнула из платья, оставшись в чёрных чашках лифчика и высоких чёрных трусиках, и сделала шаг вперёд, сбрасывая туфли. Может быть, она сможет снова втянуть его в разговор, чтобы оттянуть пытку ещё на полминуты?- Не пытайтесь, мисс Риаз, - лениво произнёс он. - Я вижу вас насквозь. И, раз уж вы попытались меня обмануть и отвлечь, вам придётся за это заплатить.- Как?- Ваша новая спальня запирается на обычный ключ, я проверил. Вы отдадите его мне, и я сделаю копию.- И... сможете приходить ко мне в любой момент?- В этом весь смысл.- А я, конечно, такого ключа от вашей комнаты не получу, - вызывающим тоном сказала Кира, вскинув подбородок.Профессор смерил её спокойным взглядом.- Не получите, пока не заслужите, - подтвердил он. - И пока не заслужили, дерзкая девчонка. Пожалуй, я буду куда менее мягок, чем собирался: ваше наказание станет куда опаснее.Он подошёл к кровати и коснулся собственного запястья одной из пластин. Его пальцы дёрнулись под разрядом, но он даже не поморщился. Вместо этого он продемонстрировал Кире порез на кисти, задетой острым краем пластины.- Вы можете встать с этого ложа, не повредив даже пальца, - задумчиво сказал он. - А можете... додумайте сами. Всё в моих руках.- Зачем... зачем вы мне это говорите?- Затем, что хочу. Ложитесь. И не смейте шевелиться без моего разрешения.Дрожь прошла по коже, и Кира не могла бы сказать, чего в ней было больше: испуга или предвкушения. Она наклонилась над антикварной сетью, полыхающей током на кровати. И вскрикнула, когда профессор подхватил её, насильно укладывая на кровать, раскинул её руки в стороны и резко повернул голову набок.Его пальцы втирали в неё душистое масло, проникая между грудей и за косточки лифчика. Медь тоже была пропитана неизвестным составом, пряным и жарким, и Кира почувствовала первые предвестники возбуждения. Которые только усилились, когда в её бельё впились зажимы, и два ремешка затянулись за её спиной.А потом дразнящий палец провёл по её обнажённой спине, оставляя за собой след душистого масла с незнакомым ароматом, и по её телу, скованному медью, прошёл первый разряд. Кира не сдержала вскрик.- Итак, мисс Риаз, - произнёс профессор таким академическим тоном, будто они сидели в аудитории. - Не будем ходить вокруг да около. Милорд Антейн защищал меня от мистера Хили, как вы сказали, а я не очень-то нуждаюсь в защите. Значит, было от чего, и я услышу каждое слово. Что мистер Хили знает обо мне, и что он вам обо мне говорил? Выкладывайте.Она замедлилась с ответом, и второй разряд хлестнул её уже настоящей болью.- Что вы...Она попыталась приподняться, но его рука с силой прижала её голову к подушке.- Что я говорил о том, чтобы не двигаться без моего позволения?Третий разряд, ожёгший её, едва исчезла его рука, был другим. Чувственным, сильным, неотвратимым. Кира вдруг резко ощутила и пластины, обхватившие соски, и медные диски, отделённые от её лона лишь полоской белья. И ей захотелось, чтобы эта дрожь сотрясла её тело снова.- Райли рассказал мне о вас только одну вещь, - сглотнув, начала она. - Вы двое попали под одну и ту же магию. Плохую магию. И он не рискует подходить к вам близко.Профессор стоял к ней спиной, и она не видела его лица. Но он резко вытянул руку в сторону, и она вскрикнула, когда электрические разряды пошли от спины к ягодицам, массируя и возбуждая её.- Даже так? И что ещё сказал вам мистер Хили, мисс Риаз?- Что... - Кира силилась вспомнить.- Быстрее.Четыре разряда вошли в её тело одновременно, взрываясь в её груди и бёдрах, и тонкая пластина, впившаяся в трусики, начала вибрировать. Кира застонала. Это было словно во сне: рядом с ней не было любовника, её никто не ублажал, казалось, что ласки и касания возникают из ниоткуда, из воздуха, но это было слишком невесомо, слишком тягуче и болезненно, и она не могла, никак не могла это прекратить, чтобы хотя бы отдышаться, живые токи ласкали её без перерыва, и это было слишком много, слишком долго...- Пожалуйста, - выдавила она. - Я на всё отвечу, только... хватит!В этот раз в её просьбе не было притворства, и профессор тут же взмахнул рукой. Пластины на ней зазвенели - но следующего разряда не было. Кира выдохнула.- Он сказал, что вы, к примеру, могли быть замешаны в какой-то закрытой... закрытой операции Протектората. Или Министерства. Так ли это точно, он не сказал, просто привёл пример. И сказал, что узнать об этом вы не должны.- И всё?- И всё! - Кира почувствовала знакомое покалывание в сосках и беспомощно закусила губу. - Я больше ничего не знаю!- И я уже почти готов вас отпустить. Но я был бы дураком, не проверив вашу честность, не так ли?- Не надо, - кусая губы, вымолвила она. Медный диск, холодящий низ её живота, вот-вот готов был вцепиться острой кромкой в нежную ткань её бёдер, она не смела шевелиться, но электрические дуги пронзали её тело одна за другой, она сотрясалась в сладких судорогах, вот-вот готовая достичь пика, и...... И волна накрыла её, когда ток пронзил её в последний раз остро и властно, словно это его пальцы нажали на её самый чувствительный бугорок, доводя Киру до сладкого и желанного изнеможения.- А-а-ах, - выдохнула Кира, и всё кончилось.- Ну вот, - раздался спокойный насмешливый голос, - теперь вы смело можете рассказывать всем, что я вырвал у вас признание под пыткой.Его руки накрыли её тело, и Кира послушно приподнялась, позволяя расстегнуть на ней упряжь и отложить в сторону. Тело Киры было расслабленным и покорным, и её исподволь охватывала тихая сонливость.- Вы всё ещё нужны мне сегодня, - пробормотал голос у неё за ухом. - Впрочем, это может подождать до вечера.Его губы коснулись её уха, прошептав магическую формулу, и Кира мгновенно уснула.Когда Кира проснулась, за окном стемнело, и комнату освещал неяркий уютный свет. Она свернулась на широкой кровати в клубочек, укрытая пледом, а её холодный и недоступный профессор...... Лежал на другом краю кровати на животе, читая книгу, и Кира беззвучно ахнула, глядя на него.Потому что вообще-то она представляла читающего профессора совсем другим. На подоконнике, за столом в строгой мантии;