Жалость унижает ментов и бандитов
Состав наконец двинулся, на ходу закрывая двери.
Электричка была из дальних, что редко ходят. Набитая любителями зимнего лова - в ватных брюках, брезенте поверх полушубков. Дребезжащая. Темная.
" Сволочи! У н и х там не то, что начальник отдела - президент государства звонит семье полицейского, чтобы выразить соболезнование... "
Впереди Игумнов снова увидел милиционера-старослужащего . Напротив него оказалось свободное место.
Милиционер уже садился, когда сразу с двух сторон закричали:
- Куда, твою мать?!
- Привыкли - на машинах! Да пьяных обирать...
Злобный старичок, без ватника, со значком Участника войны заорал страшным голосом:
- Гад! - Он готов был сожрать милиционера вместе с потрохами. Лицо его перекосило. - Не видишь, пачка сигарет лежит! Занято!
По другую сторону прохода тоже вскочили.
- Я-те счас!..
Игумнов шагнул, стараясь удержать бешенное дерганье ноги. В глазу появилась ставшее уже привычным в минуту волнения серое небольшое облачко.
Он сгреб Участника за китель. Притянул.
Вагонные звуки внезапно исчезли, электричка катила совершенно бесшумно в ватном неслышном пространстве.
Время остановилось.
Крепкий когда-то армейский габардин старика пополз под пальцами.
Пелена в глазу поднялась выше, теперь она закрывала скамьи и сидящих; рука, прихватившая ветерана, налилась свинцовой тяжестью. Казалось, никакой силе ее уже не разжать.
Освобождение наступило неожиданно.
Сначала вновь появился стук колес, затем и общий звуковой фон. Разговоры, голоса...
Каким-то чудом Игумнову удалось разжать руки. Серое пятно в глазу замерло. Постепенно начало рассеиваться.
Он отпустил старика. Повернулся. Стараясь никого не задеть, вышел в тамбур.
Впереди в дверном стекле показался Онкологический Центр
- поднявшаяся на полнеба огромная литровая банка, расцвеченная огнями.
После Афгана никогда не было еще так плохо.
" Бакланов, Никола... Теперь э т о!"
Все шло своим чередом.
Начальство устраивало свои дела. Жулики воровали. Менты ловили воров.
Электричка, жестко набитая до предела, подрагивала на стыках. Пассажиры за стеклянными дверями доставали бутылки, закусь...
" Сволочи! Вы нам верите, когда в нас стреляют..."
Автор предоставляет читателям судить самим о степени
достоверности описанных событий.