Гиблое место
– Понял тебя, понял…
* * *После списания донельзя заслуженной «восьмерки», в Отдельном вертолетном полку, работающем в Зоне, стало жутко не хватать вертолета ПСС (поисково-спасательной службы). Летали ведь, в конце концов, в условиях максимально приближенных к боевым. Поэтому было принято соответствующее решение, и вскоре один Ми-24 вернулся из капремонта в совершенно новом обличье.
Машина лишилась практически всего подвесного вооружения, (его место заняли дополнительные баки и кое-что еще), остался только один носовой пулемёт и шкворни-крепления в бортах для еще двух. Был серьёзно переделан десантный отсек, обычные для «двадцать четвертых» распашные створки дверей заменили сдвижными, и, самое главное, по правому борту установили лебёдку. В Зоне (да и не только там) везде ведь не сядешь, а вот терпящих бедствие людей приходится иногда вытаскивать из самых неожиданных и пакостных мест…
Кокпиты тоже не остались в первозданном виде. К стандартному бортовому оборудованию добавились дополнительные приборы, и еще около сотни килограммов различной хитрой (и весьма недешевой) электроники, выполнявшей роль отнюдь не балласта. От её всевидящего ока не укрылась бы и мышь, не говоря уже о чем-то покрупнее. Разумеется, только этим её полезные функции не ограничивались. «Ангел-хранитель» получил возможность спокойно летать даже самой темной и безлунной ночью, в туман, да и вообще в сложных метеоусловиях, кроме, конечно, урагана. Привязку к местности и обнаружение аномальных образований бортовая аппаратура выполняла безупречно.
В довершение всех переделок новоявленную ПСС-овскую вертушку на заводе выкрасили в ядовито-оранжевый цвет, отчего к машине мгновенно и навечно прилипла кличка «Рыжий», ставшая официальным позывным борта. Экипаж поначалу пробовал слегка шебуршиться, требуя, чтобы их называли не иначе как «Рыжим крокодилом», но очень быстро вторая часть позывного как-то сама собой забылась, отвалилась, как хвостик у ящерки. В конце концов: что такое крокодил? Всего лишь большая ящерица…
Но историю спасательной вертушки нам рассказали уже в госпитале на базе.
* * *– Тополь – Шмелю-пятому. «Рыжий» в воздухе, идет в твой квадрат. Как у тебя с топливом?
Короткое молчание.
– Пятерка – Тополю. Топлива на двадцать пять минут полета.
– Пятый, оставаться в квадрате еще пятнадцать минут, потом на базу. Внимание всем бортам! Проводится спасательная операция! Быть готовым к сигналу «Зебра»!
Снова томительно-долгая пауза.
– Тополь – Шмелю-пятому. «Рыжий» на подходе, подлетное – три минуты. В твой квадрат идет дежурная пара «Стрижей», и «восьмерка» с десантом. Прикроют, если что.
– Понял пятый…
* * *– Шмель-пять, я Рыжий. Вижу тебя на десять часов. Ты над точкой?
– Пятый – Рыжему. Да. Обозначить шашкой?
– Не надо, сам справлюсь… Так, порядок, засек. Пятый, отойди в сторону.
– Выполняю. Рыжий, аккуратно, здесь рядом две плеши!
– Понял, спасибо. Да, вижу две аномалии… Тополь, я Рыжий. Людей обнаружил. Вот они, прямо подо мной сейчас… Снижаюсь, приступаю к эвакуации.
– Тополь – Рыжему. Понял тебя, действуй. Пятый, уходи на базу. «Стрижи» и «Автобус» на подходе.
– Я Шмель-пять. Принял, иду домой.
* * *Гул турбин и стрекот винтов накатывался с каждой секундой. Четыре вертушки одна за другой вынырнули из-за леса, едва не цепляя вершины деревьев.
Я вытащил из кармана дымовую шашку, сорвал чеку и, не глядя, швырнул в сторону. Потом занялся ногой Монаха. Делая укол, краем глаза я видел, как пара «двадцать четвертых» разошлась в стороны, а из зависшей чуть поотдаль «восьмерки» вылетели паутинки десантных тросов, и по ним тут же заскользили вниз маленькие фигурки спецназовцев…
Оранжевый вертолет завис у нас над головой, медленно снижаясь. Рев двигателей, маленький ураган, поднятый воздушным потоком – все, как и в прошлый раз. Но я смотрел на него, отчаянно боясь, что это мираж, что он сейчас исчезнет, растворится в сером небе Зоны, как те проклятые призраки, за тайнами которых мы сюда и пришли…
Дата: 14/06/2004